Всего за 419 руб. Купить полную версию
Их не окружали цветные сполохи, они не были мрачными фигурами, превратившимися в тени. Они были единственными, кого Шеннон видел так же, как остальные, и общение с кем приносило ему душевное спокойствие. Только в них в единственных созданиях, которые не пытались осуществить мечты и не страдали из-за этого, он видел отдушину.
Шеннон поднес телефон к уху.
Вы наверняка не спите в этот поздний час, да? Я неподалеку от вашего дома. Зайду?
Тебе всегда рады. Посмотришь на своего последнего потеряшку. Мы сделали ему операцию, и Кайл, пока выхаживал его, так к нему привязался, что В общем, я не удержалась.
Шеннон расплылся в улыбке и остановился посреди улицы.
Вы решили его оставить?
Да! Лейла рассмеялась. Ты подарил нам нового члена семьи.
Тогда я обязан зайти.
Шон обрадуется.
Шон? Почти тезка? Кого благодарить?
Это наше общее решение. Я приготовлю чай. Прибегай скорее.
Он положил трубку и двинулся в сторону парка, срезая дорогу, думая, что, быть может, с каждым животным, подобранным им и выхоженным Лейлой, мир становится чуточку лучше: больше любви и меньше одиночества, больше счастья и меньше необходимости бороться за выживание.
Шеннон усмехнулся, глядя под ноги. Он и сам был бы не прочь стать подобранным животным.
Почти у входа в парк, на скамейке под деревом лежал мужчина, положив под голову драную сумку, посильнее запахнув такую же истрепанную куртку.
У вас доллара не найдется? хрипло спросил он, когда Шеннон, замедлив шаг, поравнялся с ним.
Тот нерешительно выудил из кармана две банкноты и медленно, дрожащей рукой протянул их бездомному, чувствуя, как спина покрывается липким потом.
Спасибо тебе, отозвался мужчина, почти вырывая деньги из рук. Ты так смотришь устало усмехнулся он. Это не на дурь, на еду. Честно. Хотя, он махнул рукой, вы все так смотрите. Пугаетесь, как чумы, словно быть бродягой заразно.
Я не поэтому так смотрю, замотал головой Шеннон, встрепенувшись, отводя взгляд от темного полупрозрачного смога, накрывающего лицо нежеланного собеседника.
У него не было мечты. Так давно, что тени вокруг его силуэта стали почти угольными и такими густыми, словно в них можно было задохнуться.
«Человек-копоть», произнес про себя Шеннон, двигая одними губами.
Бездомный округлил глаза.
Шизик, что ли?
Пусть лучше думает так. Пусть лучше не знает, что стоящий напротив парень отчетливо видит сизый туман за его спиной, лижущий его впалые щеки, и понимает, как его грезы растворились без возможности вернуться и наполнить жизнь новой краской.
Шеннон тяжело сглотнул подступивший к горлу ком. Знал в глазах засветилось сочувствие, от вида чужой безысходности даже задрожали на ресницах первые слезы.
Угу, отозвался он, дрожа и отворачиваясь, быстро удаляясь в глубь парка, игнорируя брошенное вдогонку сиплое «спасибо».
Что хуже видеть мечту человека и знать, какой болью и разочарованием она обернется, или разговаривать с утонувшим в пепельном тумане? Он не находил ответа на этот вопрос. Он бы предпочел не видеть ни того, ни другого, но жизнь распорядилась иначе.
Жизнь никогда не спрашивала.
Глава 3
Лейла Эллингтон открыла дверь, широко улыбаясь.
Как твой отпуск? спросила она, притягивая друга к себе, обнимая подкачанными руками, не обращая внимания на его подрагивающие плечи.
Шеннон зажмурился, постарался расслабиться в объятиях подруги головная боль усилилась, в глазах потемнело, словно кадры фотопленки в сознании задвигались, картины, виденные не раз.
Отпуск удался, соврал парень, мягко отстраняясь, силясь не закашлять.
Лейла была старше его на десять лет. Поджарая, высокая, с гладко зализанными темными волосами, стянутыми в хвост, со всегда горящим взглядом, она могла решить любую проблему любого хвостатого пациента, которого приносили на ее медицинский стол.
Она сияла бирюзой, почти такой же, как ее Кайл. Их мечты почти слились в одну за годы совместной жизни и работы, их души принадлежали друг другу с момента встречи, как говорили они сами.
Шеннон тяжело моргнул и потряс головой, пытаясь остановить разноцветные пестрые стеклышки калейдоскопа, от которых мутило. Но они никогда не слушались, только кружились в своем безумном танце, приподнимая завесу истины, которую видеть не хотелось.
Кайл с Шоном, моет его перед сном, улыбнулась Лейла, махнув рукой в сторону спрятанной за шторкой двери. Скоро придет. Чай, кстати, заварился на славу, пока мы тебя ждали. Будет крепко.
Люблю крепкий чай.
Знаю, подмигнула Лейла, поманив Шеннона за собой.
Он прошел через знакомую прихожую ветеринарной клиники, которая вела в зал ожидания и холл двухкомнатной квартиры, где уместился быт Кайла и Лейлы, и скользнул за шторку.
Зато на машину тратиться не надо дверь открыл и уже на работе, улыбнулся Шеннон, ответно подмигивая подруге.
Эта шутка была стара как мир, но парень упорно повторял ее, переступая порог их квартиры, несмотря на то что в их распоряжении уже несколько лет были два отличных автомобиля. Лейла видела друга насквозь забудь он сказать эту незамысловатую фразу, давно заученную наизусть, точно бы налетела на него с вопросами вроде «что не так на этот раз?».
Пол вымыт, снимай ботинки, шутливо погрозила она пальцем.
Свадьба-то скоро? спросил Шеннон, проходя мимо двери ванной комнаты, из которой доносились смех Кайла и громкий лай.
Скоро, хитро прищурилась Лейла. Бирюзовое свечение за ее спиной стало ярче, дрогнуло, разрастаясь. Ты будешь первым приглашенным гостем. Даже шафером, если согласишься.
Я лучше буду подружкой невесты.
Лейла расхохоталась.
Они уселись в гостиной у дешевого электрического камина, по экрану которого периодически пробегали помехи.
Лейла встретила Кайла на курсах повышения квалификации, которые вела в местном университете. Из группы будущих ветеринаров девушка выхватила взглядом одного бледного блондина с яркими голубыми глазами, которые светили прожекторами в толпе, и без памяти влюбилась в его «исправно работающую соображалку» и умение находить подход к любому человеку. И пусть за эти три года совместной работы и жизни они так и не надели кольца друг другу на пальцы в основном из-за неодобрения этого разновозрастного брака родителями Лейлы, оба были счастливы.
Не устали от круглосуточной работы? спросил Шеннон, делая глоток обжигающего черного чая и в десятый раз за трое суток вспоминая легкую терпкость гранатового стамбульского.
Его туда тянуло невыносимо, а чувство непонятной тоски и остатки призрачной надежды мешали исполнить данное себе обещание больше никогда не возвращаться к Босфору.
Держимся. Сам понимаешь, животные как члены семьи. Круглосуточные больницы на каждом шагу, а круглосуточные ветеринарки по пальцам можно пересчитать. Это неправильно. Лейла помотала головой и всплеснула руками. Ты же не будешь ждать до десяти часов утра, если у твоей бабушки прихватит сердце?
Буду, наигранно серьезно кивнул Шеннон.
Изверг, рассмеялась Лейла и собиралась было толкнуть друга плечом, но топот мохнатых лап, стремительно приближающийся к ним, отвлек ее.
Шеннон откинулся на спинку дивана, подальше отставляя кружку, в тот момент, когда Шон, произведя идеальный метровый прыжок, приземлился ему прямиком на колени.
Ты будешь облизан, успел сообщить выбежавший из ванной с полотенцем на плече Кайл взлохмаченный, но счастливый, когда язык овчарки-подростка коснулся щеки Шеннона.
Привет-привет, красавчик! Ты что, вырос? засмеялся парень, не очень активно уворачиваясь от поцелуев пса.
Он обхватил мохнатую морду руками и заглянул в карие, почти человеческие глаза.