Всего за 449 руб. Купить полную версию
Вдруг в дверь позвонили. Это за мной пришёл папа. Мы с Мейсоном переглянулись. Вид у него был очень серьёзный.
Никому ни слова, понял? процедил он сквозь зубы.
Я кивнул.
Мейсон поднял мой стакан из-под сока, закрыл двери на террасу и положил мяч в карман. Мы стянули кроссовки и надели бахилы. Я заметил на новеньких кроссовках Мейсона фиолетовую полосу. Он быстро потёр её пальцем, и, когда она исчезла, я вздохнул с облегчением. Мы вбежали в прихожую как раз в тот момент, когда Тамара открыла дверь.
Привет, пап! выпалил я сразу, как только его увидел.
А потом как можно быстрее снял бахилы и обулся. Мне хотелось убраться отсюда поскорее. Папа растерянно улыбнулся. Наверное, он не понимал, почему я единственный гость и зачем мне эти синие мешки на ногах. Я поднял брови, намекая ему, что лучше об этом промолчать.
Вы хорошо провели время? спросил папа.
Мы с Мейсоном кивнули, но ничего не сказали.
Папа Мейсона вышел к нам с огромным куском торта, завёрнутым в салфетку.
Вот, Коул, возьми. Поделишься со своей сестрёнкой.
Спасибо, мистер Фергюсон, ответил я, опустив голову.
Они чудесно себя вели, сказала мама Мейсона, очевидно, забыв о том, как попросила нас быть потише. Сидели как мышки, правда, Хью?
Она говорила так, будто нам было по пять лет, а не по двенадцать.
Мы были очень ему рады, добавил папа Мейсона. Заходи к нам когда угодно, Коул.
Я подумал про черносмородиновый сок на дорогом ковре и сглотнул.
Спасибо, что пригласили, пробормотал я, выдавил короткое «пока» для Мейсона и вышел на гравийную дорожку вслед за папой.
Всю дорогу домой он расспрашивал меня, чем мы занимались. Я сказал, что Мейсону очень понравился мяч-попрыгунчик, и папа похлопал меня по спине.
Видишь, Коул? Простой подарок может оказаться даже лучше дорогого.
Ещё я рассказал ему про кинокомнату и мультфильм с койотом и птицей. Папа рассмеялся и заметил, как он рад, что нам было весело. Тогда я решил не упоминать про черносмородиновый сок.
Мейбл постоянно что-нибудь роняла и проливала, но мои родители совсем не сердились. Только я подозревал, что мама и папа Мейсона отнесутся к этому по-другому. Оставалось надеяться, что ему не слишком сильно влетит за пятно на ковре.
Глава третья. О том, как папа приходил в школу
Первое, о чём я подумал следующим утром, было пятно на белом ковре в доме Мейсона. Если от моих родителей потребуют возместить ущерб, заплатить им будет нечем. И я не смогу помочь карманных денег у меня нет.
Я встал с кровати и поёжился. Кажется, обогреватель опять барахлил. В комнате у меня было холодно и свежо, совсем как на улице. Я поспешно надел носки и набросил домашний халат. Он был мне мал, и рукава доставали только до локтей.
Я спустился на первый этаж и увидел, что мама ещё дома. Обычно она уходила на работу до того, как я просыпался.
С добрым утром, солнышко, сказала она. Я немного задерживаюсь. Возьми себе хлопья на завтрак. Только всё не высыпай, оставь на потом, ладно?
Я достал из шкафчика миску и насыпал в неё коричневые хлопья. Их вывалилось слишком много, и я вернул несколько ложек обратно в пакет.
Мама наблюдала за мной, ломая пальцы. У меня оборвалось сердце. Похоже, родители Мейсона уже ей позвонили и пожаловались на испорченный ковёр.
Что-то случилось? спросил я, изображая саму невинность.
Мама глубоко вдохнула, как бы собираясь с силами, и ответила:
Боюсь, ничего хорошего, Коул. Музей закрывается. Скоро я останусь без работы.
Что?! Как?
Я посмотрел на маму. В глазах у неё блестели слёзы. Мне сразу стало не по себе. Откуда мы возьмём деньги на счета и на еду, если мама потеряет работу? Мы и так еле перебиваемся!
Посетителей слишком мало, объяснила мама. Мы с доктором Сабиной всегда знали, что рано или поздно музей закроется, но надеялись оттянуть этот момент, насколько возможно.
Кроме мамы и Сабины, в музее никто не работал. И доктором Сабину называли не потому, что она умела лечить больное горло и переломы. Она была доктором исторических наук.
А как же все ваши мероприятия? спросил я. «Встреча с египетской мумией» и «Секреты работы геолога»?
Это всё были выставки и квесты, на которые приглашали детей во время летних каникул.
На них мало кто приходил, Коул, со вздохом ответила мама. И неудивительно. Денег на рекламу у нас не было. Откуда люди узнают, что наш музей полон удивительных экспонатов, если никто им об этом не расскажет?
А что обиднее всего, маме безумно нравилось там работать. Она собиралась изучать историю в университете, но уже в восемнадцать лет у неё появился я, и времени на учёбу не осталось. Когда я был ещё малышом, она ходила в местный музей и добровольно помогала, бесплатно. У неё так хорошо всё получалось, что ей дали подработку. А после того как родилась Мейбл, ей предложили полную ставку, и тогда папа ушёл со своей работы, чтобы приглядывать за детьми.
Что же мы будем делать, мам? спросил я. Как мы будем жить, если ты потеряешь работу?
Не переживай, ответила мама с неловкой улыбкой. Я поищу новую. И твой папа всё ещё пытается найти вечернюю подработку.
Она ласково сжала мою руку. Я догадался, что мама едва сдерживается, чтобы не расплакаться.
В пижаме с разномастными кофтой и штанами зашла Мейбл. Наверное, она почувствовала неладное, потому что сразу подбежала к маме и обняла её за ногу.
Как бы мне хотелось завлечь в музей больше посетителей, добавила мама. Так обидно! У нас хранится столько сокровищ, но никому они не интересны.
Тут на кухню спустился папа и включил чайник.
Доброе утро, Коул. Мама уже всё тебе рассказала?
Я кивнул и помешал хлопья в миске. Аппетит совсем пропал.
Не грусти, сказал папа и похлопал меня по плечу. Мы что-нибудь придумаем.
Опять нет горячей воды, Дженни, добавил он, стукнув по бойлеру. Он меня с ума сведёт!
Квадратная металлическая коробка на стене у задней двери вздрогнула, будто собираясь ожить, но через секунду ахнула и затихла. Это был наш водонагреватель, и он постоянно ломался.
Я посмотрел на папу, одетого в простые джинсы и старую футболку с названием любимой рок-группы, и мне вдруг захотелось крикнуть: «Почему ты не можешь всё починить, пап?! Почему не можешь работать, как все другие отцы?»
Я вспомнил отца Мейсона с широкой, яркой улыбкой и в стильной рубашке. У него точно хватило бы денег на то, чтобы заплатить за ремонт бойлера. У него была нормальная работа. Как и у всех обычных отцов. А мой папа ничего не делал, и что хуже всего все в моей параллели об этом знали.
Когда Мейбл было всего несколько месяцев и я ещё учился в начальной школе, учительница отправила письма всем родителям, чтобы они пришли на особый урок «Мир профессий». До того как я родился, папа путешествовал с рок-группами по всей Европе. Помогал заносить оборудование и инструменты в концертные залы, а ещё устанавливал и настраивал аппаратуру на сцене. По-моему, это была потрясающая работа, и я очень обрадовался, когда папа согласился выступить перед одноклассниками.
Сноски
1
«Старый король Коул» это британский детский стишок, известный как минимум с 1708 года. В нём рассказывается про весёлого короля, который требует подать ему трубку и чашу и позвать музыкантов и сам играет вместе с ними на скрипке. Прим. пер.
2
В Великобритании две ступени школьного образования: начальная и старшая школа. Старшую школу посещают дети с 11 до 18 лет. Прим. пер.
3
Рудольф северный олень с красным носом, символ Рождества. Его история отчасти напоминает историю знакомого нам «Гадкого утёнка», но Рудольф не меняется, а понимает, что особенность, отличающая его от сородичей, на самом деле достоинство, полезное для Санта-Клауса, поскольку яркий красный нос освещает путь в ночи. Прим. пер.