Всего за 490 руб. Купить полную версию
Мы пересекли мост и въехали на брусчатку площади. Перед баром на лавках сидело всё мужское население России не больше дюжины джентльменов в возрасте от пятидесяти, одетых очень свободно.
Утром понедельник, сердито буркнул Берт, затем выгрузил велосипед, развернулся и с треском отбыл, оставив меня наедине с новыми соседями.
Меня приветствовал виденный днём патер. Видно было, что сюда он заглянул сразу после окончания вечернего воскресного таинства, и сейчас, задрав подол сутаны, под которой виднелись серые клетчатые брюки и рыжие стоптанные мокасины, махал мне рукой с крепко зажатой в ней большой пивной кружкой.
Мы с открытыми сердцами приветствуем вас, пришелец! Присоединяйтесь к нам. Мы как братья разделим все ваши тревоги и заботы. Мы единая, одна семья. Мир вам! Добро пожаловать!
Аминь! загалдели и засмеялись отдыхающие.
Я поклонился гостеприимным хозяевам. Ко мне подошёл хозяин бара мужчина лет пятидесяти с узкими, бегающими по сторонам пронзительными глазами. Он протягивал мне полную кружку.
Добро пожаловать, рюс. Ян рассказал о вас. Мы будем рады быть полезными вам. Моё заведение открыто круглые сутки. Меня зовут Фриц. Вашу выпивку могу записывать в кредит.
Спасибо, Фриц. Вы не поверите, но я не пью.
Джентльмены загалдели, затопали и засвистели.
Не может такого быть, ты врёшь! вперёд выступил невысокий, крепко сбитый бородач. Все русские пьют, как кони. У нас ходят легенды о том, столько выпил царь Петер, просто ужас. Раз в год мы устраиваем грандиозную сельскую попойку, которую так и называем «Царь Петерборрел».
Может быть, не все русские пьют, раздался голос моего хозяина. Откуда вам известно? Разве вы видели здесь хоть одного русского? Все они едут прямо в Амстердам и пьют там. А именно этот непьющий, и потому приехал к нам.
Фриц, пиво он не пьёт. Ты принеси водку. От водки ни один русский не откажется, раздался голос. Водка для русских как молоко, они пьют её с купели.
Фриц вынес и поставил на столик по бутылке «Столичной» и «Смирновской», затем достал из нагрудного кармана крохотную стопку, виртуозно пожонглировал ею, протёр фартуком и поставил между бутылками. Ну что же, почему бы разок не выпить, чтобы не разочаровать этих милых людей, подумалось мне.
Фриц, водку я выпью. Только дайте мне стакан, а не этот дамский напёрсток.
Фриц поставил узкий высокий стакан. На тонком стекле алела броская надпись «Кола. Выпей и засмейся». Вокруг стихло. Я наполнил стакан до краёв столичной и опрокинул его. Залпом не получилось из-за узости сосуда, но и три больших, звучных глотка в один миг произвели впечатление. Выпив, я ткнул пальцем в лозунг:
Кола. Выпей и засмейся. Ха-ха-ха!..
Боже! Рюс, рюс, как ты? С тобою всё нормально? захлопотал Фриц, перейдя на «ты» и обмахивая меня полотенцем. Рюс, может быть дать воды? Тебе без газа?
Фриц, водку пьют из гранёных стаканов толстого стекла. Обязательно купите, ответил я. Из гранёного не запивается, само собою льётся.
Есть, есть у меня такие, запричитал с облегчением де Вильт. Есть кожаный дорожный саквояж с дюжиной таких стаканов и серебряными подстаканниками. Стаканы дарю тебе бесплатно, а за подстаканники попрошу по двенадцать с половиной гульденов за каждый
Сзади меня одёрнули. То была госпожа де Вильт, настроенная решительно.
Не пей с алкоголиками, зашипела она. Иди домой. Ведь сопьёшься. Посмотри на эти рожи! Ты этого хочешь?
Э-э-э, дорогая Нел, почему вы здесь? Ведь здесь только джентльмены, закричал бородач. Ведь мы имеем право без помех отдыхать после трудовой недели.
Право у вас есть, а совести нет, отрезала моя хозяйка. Ведь смотрите, сколько у гостя книг. Ему их читать надо, а не с вами пить. Чтоб вы провалились в преисподнюю, алкоголики!..
Её супруг потихоньку подавал знаки не спорить и идти прочь. И когда госпожа де Вильт потащила меня к дому, то я не стал упираться.
Рюс, ты пьёшь как царь Петер, неслось вслед. Приходи, пей, гуляй!..
Твою выпивку запишу в кредит, вторил Фриц.
Я наклонился, чтобы подобрать книги, но выпитое ударило в голову. Заметив, как качнуло меня, госпожа де Вильт подхватила меня в железные тиски и затащила по трапу наверх.
На столике бутылка карнемелка. Выпей сразу, как проснёшься, если не желаешь иметь больную печень, сказала на прощание хозяйка, с трудом спускаясь по трапу.
Окна мансарды были распахнуты настежь, и свежий воздух наполнял всё вокруг звуками и ароматами сельской ночи. Трелью заливался соловей, тихо булькали лягушки, временами где-то ржала лошадь и вздыхала корова. Замок Мауден чеканным контуром был выгравирован на бледном диске луны. Я вглядывался в очертания его башен, затем они перевернулись, закружились, и сон забрал меня в свои объятия.
IV.
Утром меня разбудил церковный колокол. Пробило шесть. Протерев глаза и опрокинув стакан карнемелка, босиком я взлетел в ротонду. Было тихое, нежное утро. Дали затягивала пастельная пелена клочковатого прозрачного тумана. Через сильный морской цейс я чётко видел дремлющих лебедей и уток, скачущих кроликов и мышкующих кошек. Большая стая канадских гусей серыми пятнами усеяла дальнее поле. Выпасы заполняли стада чёрно-белых молочных коров. Ярко-оранжевый трактор, пуская в небо дымок, бойко носился по полю, оставляя за собою тугие синие тюки.
Из церкви, в домашнем халате и резиновых чёрных сабо, вышел патер.
Худеморхен! поприветствовал я его.
О, благодарение тому, кто выше нас, вы живы. Я молился о вашем здравии всю ночь, ответил он, задрав голову. Вам нужна помощь? Я могу отвезти вас в госпиталь.
Вашими молитвами, всё хорошо. Спасибо. Данкевел!
Меня зовут Сибран, и, кажется, мы с вами погодки. Заходите в церковь. Расписание служб на двери. Днём я всегда в приходской школе, это за церковью. Хорошего вам дня! патер помахал рукой и отправился по своим делам.
Ополоснувшись, я сбежал вниз. Хозяйка уже копалась в огороде.
Доброе утро, мифрау де Вильт. Вы уже трудитесь? Бог вам в помощь.
Пропалываю огород, а Ян уехал на рынок. Ты-то как? Жив, цел, здоров? Дать тебе аспирин? Виданное ли дело пить водку стаканами. Мы даже воду так не пьём.
Да что случится со мною? Ведь водку я не пью вообще. Скажите, можно ли окунуться в канале?
Вода проточная, чистая, но здесь купаются лишь дети. Взрослые ходят на реку, на Фехт. Обогни церковь, там начинается Фехтпад, которая выходит к парому. А ты иди через калитку среди складов.
Что за склады, мифрау де Вильт?
Бывшее имение Синт-Петерсбург, лесопилка и дровяные склады Русланд. Ты иди свободно, там о тебе знают. Попадёшь в самое удобное место для купания. Подожди, я дам тебе завтрак.
Госпожа де Вильт скрылась в доме и через минуту вернулась с корзинкой, накрытой белой салфеткой.
Что это, мифрау де Вильт?
Твой завтрак и яблоко. Иди!
Вручив мне корзинку, она вернулась в огород, а я вышел на площадь, обогнул церковь, за которой начиналась узкая Фехтпад, и, увидев калитку, обрамлённую розами и украшенную вывеской «Русланд», вошёл в неё.
Путь пролегал среди старых зданий, сараев и складов. Перед одним из сараев молодой парень копошился под капотом белой «Тойоты». Перед другим сушились разнокалиберные свежевылепленные гончарные горшки. Тут и там были аккуратно сложены садовый инвентарь, рабочий инструмент, поленья дров, брёвна и прочий скарб. Местами, перед некоторыми постройками были разбиты цветники и высажены искусно подстриженные живые изгороди. В просторном птичнике, важно кудахча, расхаживали лохматые брахманы.
Рыча, навстречу мне выбежали две большие собаки, но тихий свист остановил их. За зелёной изгородью стоял старик с обветренным лицом и рыжими усами.
Рюс, вы куда идёте? спросил он.