Всего за 309 руб. Купить полную версию
Всем остановиться!
Я резко втягиваю воздух. Мимо моего укрытия проходит мужчина, вынуждая меня отодвинуться от края гобелена в закуток между тканью и стеной. Если бы мужчина не нес в руках ящик, закрывавший его лицо, то он бы точно заметил мою высунувшуюся голову.
Я прижимаюсь спиной к прохладным камням. А затем разминаю сжатые в кулаки пальцы. Торчу здесь уже довольно долго, выжидая подходящего момента, чтобы прокрасться к дереву в горшке, куда Сабина кинула костяной нож. Но большой зал наполнен слугами, готовящимися к первому фестивалю Ла Льезон.
У нас чрезвычайная ситуация! заявляет мужчина.
Бам. Он с грохотом ставит ящик на стол.
Вы только посмотрите. Это свечи из жира, а не пчелиного воска. Он замолкает на мгновение, ожидая возмущенных вздохов. Но вокруг царит тишина. Видимо, свечник не получил наш заказ, а все магазины Довра закрыты на праздник. Он вновь замолкает, постукивая ногой по полу. Неужели мы позволим, чтобы дымящиеся свечи испортили первый фестиваль, на котором будет присутствовать Его Королевское Величество, и оскорбим особого гостя принца?
«Особого гостя»? Я едва сдерживаю усмешку. Это так Казимир называет свою любимую пленницу? Представляю, как Аилесса сидит рядом с ним сегодня вечером и вокруг ее лодыжки обвивается цепь, приковавшая ее к стулу. А затем в памяти вспыхивает другой образ: Аилесса в катакомбах со связанными веревкой руками и ногами. Связанными мной. Внутри все переворачивается. Да, я тоже похитил ее, но при этом считал, что она бессердечная убийца. И никогда не притворялся, будто спасаю ее, как это сделал принц.
Ответ «нет», продолжает мужчина. Видимо, он дворецкий. И вот как мы спасемся из этой ситуации. Вы обыщете замок и осмотрите все канделябры, фонари и подсвечники, выискивая любые свечи из пчелиного воска. Забирайте их, даже если они уже зажжены. Самые высокие из них мы установим на главном столе, а остальные используем для других мест. Он дважды хлопает в ладоши. Что стоите? Поторопитесь!
Слышится топот ног. И шепотки десятка собравшихся слуг стихают, когда они разбегаются в разные стороны. А затем, судя по решительным шагам, дворецкий следует за ними.
Теперь у меня появился шанс.
Я выскальзываю из-за гобелена и осматриваю зал, чтобы убедиться, что все разошлись, и бросаюсь к дереву в горшке, стоящему у другой стены. К счастью, поблизости нет гвардейцев. Казимир приказал им обыскать замок на случай, если Сабина пришла не одна.
Сабина. Я невольно стискиваю зубы. Почему она сбежала так внезапно? Она же с легкостью могла отбиться от принца и его людей. Могла бы просто отвлечь их, а я бы за это время освободил Аилессу. Но теперь мне придется все делать самому после того, как Аилесса убьет Казимира.
Я достаю костяной нож из дерева в горшке и, развернувшись, шагаю обратно. В коридор, который ведет к лестнице на третий этаж. Сабина должна была проверить королевские покои, а я планировал обыскать темницу, но судя по сказанному Казимиром что он хочет, чтобы слуги добавили полевых цветов для Аилессы, предполагаю, он держит ее в одной из лучших комнат Бо Пале. Но вряд ли стоит считать принца заботливым, скорее, он манипулирует Аилессой.
Впереди появляется лестница с массивными ступенями из известняка, с мраморными столбиками и железными перилами. Ее покрывает бархатная дорожка цвета лесной зелени. Наверное, на деньги, которые отдали за нее, можно было бы целый месяц кормить всех беспризорников Довра.
Я быстро поднимаюсь по лестнице, перепрыгивая через две ступеньки. Колотая рана пульсирует в боку, но я не замедляюсь. Скоро должны вернуться гвардейцы и
Парень-слуга с взъерошенными волосами появляется из-за угла следующего пролета. С виду он младше меня года на три, ему четырнадцать или пятнадцать, а его руки заняты пятью восковыми свечами. Парнишка внимательно смотрит себе под ноги, лениво напевая что-то себе под нос.
А я замираю на восьми ступенях ниже, сжимая в кулаке костяной нож. Дергаю рукой, чтобы скрыть это. Но уже слишком поздно. Парнишка поднимает глаза. Они карего цвета с легкой рыжинкой, всего на оттенок темнее, чем у Аилессы. Я вижу ее в каждом встречном. Но ее лицо не побледнело бы при виде вооруженного незнакомца. Она бы на месте парнишки разозлилась. А затем встала бы в защитную стойку и приготовилась дать отпор.
Я не сделаю тебе больно, говорю я. Просто не
Помогите! кричит он во всю силу своих легких.
кричи.
Мои плечи опускаются. Громкие голоса и топот сапог эхом доносятся сверху из коридора внизу.
Merde.
Я перескакиваю последние ступени до парнишки. А он швыряет в меня две свечи.
Ай! вскрикиваю я, когда третья отскакивает от моего лба. Перестань!
Я отбиваю четвертую, которая летела мне прямо в глаз. А затем преодолеваю последние три ступеньки и пытаюсь схватить его. Парнишка пытается отбиться от меня последней свечой, но я вырываю ее из его рук и выбрасываю с лестницы.
Помогите! снова кричит он.
Да замолчи ты. Я прижимаю его к стене и подношу костяной нож к его горлу. Я же сказал, что не сделаю тебе больно.
Придется взять его в заложники. На какое-то время. Только так я смогу скрыться от гвардейцев.
Парнишку сильно трясет. Он худой и хрупкий на вид. И даже не пытался дать мне отпор, потому что просто не знает, как это сделать.
Стук гвардейских сапог звучит громче. А затем раздаются крики, призывающие доложить принцу Казимиру о произошедшем. Парнишка тихо хнычет, отчего у него начинают течь сопли.
«Пожалуйста», одними губами произносит он.
Мышцы на его шее напрягаются, когда он пытается отодвинуться от ножа.
Я покрываюсь потом. Перехватываю рукоятку покрепче. Ладони стали липкими. Нет, я не могу поступить так снова взять другого человека в плен ради собственной выгоды.
Поэтому опускаю нож. А затем отступаю назад и киваю в сторону.
Иди.
Мой голос звучит хрипло и грубо. Как теперь освободить Аилессу?
Мальчишка срывается с места и, протиснувшись мимо меня, уносится вниз по лестнице. Навстречу ему выскакивают два гвардейца и, пропустив парнишку, бросаются ко мне. Еще трое спускаются с верхнего пролета.
Арестуйте вора!
Я поднимаю голову. С третьего этажа замка, перегнувшись через перила, на меня смотрит принц Казимир. Его плечи расправлены, и даже отсюда чувствуется уверенность.
Выхватываю второй нож и просчитываю свои шансы на побег. Они не очень большие, учитывая травмированную спину. Скорее, даже нулевые.
Я быстро прячу костяной нож в ножны, а затем сжимаю второй нож в зубах. И как только первый гвардеец, поднявшийся снизу, протягивает руку, чтобы схватить меня, перепрыгиваю через перила и цепляюсь за них с другой стороны. Носками ботинок я упираюсь в край едва выступающих за перила ступеней, а затем начинаю спускаться вниз так быстро, как только могу.
Но гвардейцы уже бросились за мной.
Увидев, что до пола осталось метра два, я прыгаю. Колотую рану тут же простреливает боль. Но я вытаскиваю нож изо рта и заставляю себя двигаться вперед.
Несусь по коридору в сторону большого зала и к фойе, из которого можно выбраться во внутренний двор и дальше к колодцу замка.
«Прости, Аилесса. Грудь пронзает острая боль. Я вернусь за тобой, обещаю».
Надеюсь, в следующий раз ее лучшая подруга не бросит меня, выпрыгнув в витражное окно.
И лучше бы Сабине пережить это падение. До реки очень далеко, в чем я убедился сам, подкравшись к разбитому окну после того, как Казимир с гвардейцами ушли.
Гвардейцы уже догоняют. Я ускоряюсь и уже добрался до первой колонны большого зала. Она обвита гирляндами из полевых цветов, как приказал Казимир, чтобы порадовать Аилессу.