Павел Шушканов - Магритт стр 14.

 Я посмотрел все модели ланей в Хризантеме. Все, что можно было найти. Ни одна из четырех моделей даже близко не похожа на нее.

Комиссар присел, ощупал щиколотку и голень Лани.

 Номера нет, и он не срезан. Ты понимаешь что-нибудь? А я, кажется, понимаю,  он закурил и долго прищурившись смотрел на Алину. Пепел падал на его пальцы и мятую футболку.  Красотуля, спрячь упаковщика на денек к себе, пока я не решу, что делать. С меня причитается. Я прямо сейчас пошлю в твою квартиру, Кирилл, человека забрать твои вещи то, что нужно на первое время. И, кстати, как там коробки с барахлом Моно? Ты их еще не распродал, а это нужно сделать, но, видимо, я сам займусь, пока ты пытаешься остаться живым хотя бы до следующего Праздника фонарей. Так что ты,  он ткнул меня пальцем в грудь,  сиди тихо, как будто ты тоже лань, только поглупее настоящий тупой эксклюзив. Понял?

Он погладил Лань по гладкой щеке, всмотрелся в ее пустые глаза.

 Кем ты была, девочка? Не скажешь нам?

 О чем это ты?  качнула головой Алина и шагнула ближе.

 Не дошло? Вон, даже упаковщик понял. Она все-таки не лань, и я бы не сказал, что меня это сильно радует. Наша куколка, судя по всему, настоящий живой человек. По крайней мере, была когда-то.

***

Снаружи выл ветер. Над головой со скрежетом и свистом проносились вагоны монорельсовой дороги. Алина устало взглянула на меня и пошуршала пальцами, словно одним жестом манила и меня и Лань.

 Идем. Комиссар велел вас припрятать, так что поедем ко мне. Только учти это на день, максимум два. Я не слишком жалую квартирантов. Мои вещи не трогать, в холодильнике не копаться. И дополнительный гостевой пакет оплатишь сам я не тайный миллионер.

 Слушай,  я догнал ее, стремительно зашагавшую к платформе и развернул к себе, рискуя получить по лицу,  ты, наверное, думаешь, что я сильно рад всему этому? Что мне очень хочется вломиться к тебе в квартиру и раздражать там своим видом? Знаешь, не против вернуться к себе. Могу даже пару дней пожить на работе. Я серьезно. Без обид. Только одна просьба возьми ее к себе пока,  я кивнул на молчаливую Лань, с кажущимся любопытством разглядывающую мачту монорельса.  Я с ней как в желтом плаще виден с любой точки города. Прошлый раз она чуть не лишилась пальцев, и если эти ребята подготовятся

 Помолчи,  спокойно сказала Алина.  Идем. Мой дом не развалится от пары гостей.

 Эй, упаковщик!  голос позади меня показался знакомым. Лицо тоже городовой с выбритым и выкрашенным в розовый затылком. Он держал подмышкой две коробки и сумку и торопливым шагом направлялся к нам.  Комиссар велел захватить твое барахлишко. Твое и твоего прищурившегося друга, но, думаю, его коробочки никуда не убегут, а твою зубную щетку я притащил он усмехнулся и кивнул в сторону девушек.  А ты просто монстр, как я вижу. Одной игрушки мало?

Я сжал кулаки в карманах плаща. Городовой вроде бы как заметил этот жест и расплылся в улыбке еще сильнее.

 Дно придерживай пальцами лучше. Я случайно разворошил твою коробку все может высыпаться. А ты, красотуля, что смотришь? Нашла человека прибраться в своей квартире?  он подергал себя за лацканы кителя и сделал едва заметный неприличный жест.  А я давно предлагал свои услуги. Причем сделаю все культурно, бесплатно и даже не наслежу.

Я ожидал, что Алина влепит ему по лицу, но та только тихо смеялась, прикрыв рот.

 Марк, отстань от нас. Работы мало?

 Работы полно,  он слегка пнул коробку.  Но для приятных людей минутка найдется.

Он бросил мою сумку на землю, отсалютовал Алине и также торопливо скрылся за углом дома.

 Никто из нас тебе не помощник,  сказала Алина, взглянув на вещи.

Я пожал плечами и поднял с земли коробки и сумку.

 Думала, что ты ему врежешь,  сказала Алина, взяла Лань за руку и зашагала к платформе. Я старался не отставать.

 То же самое думал про тебя.

 Бить Марка? Он же идиот, хотя забавный и даже симпатичный идиот.

 Можно без комментариев?

Алина удивленно взглянула на меня, делано подняв брови.

 Ревность? Мы даже не друзья.

 Я не об этом.

 О том, как ты поберег его смазливое личико? Ладно, не сердись. Я не подумала, что ваши «теплые чувства» могут быть взаимными она ловко сложила из пальцев десятку.  Мир?

 Бить городового при исполнении в моем случае плохая затея. Особенно сейчас.

 По пути к площади Шань ты не был так рассудителен.

Я не сразу понял, что она имела в виду.

 Постой! Ты что, следила за мной?

 Ты был не в себе. Я должна была убедиться, что все будет в порядке. И не думай, что это обычная забота о клиентах или входит в счет моих услуг. Ты мог легко привести ко мне кого угодно, хоть своих гостей,  она смотрела на несущийся к нам вагон монорельса.  А еще у тебя на руках теперь почти ребенок. Который, правда, никогда не заговорит и не возьмет ложку. Так что, мир и «десять», Кирилл?

Я угрюмо кивнул.

Глава 5. Лотос и Хризантема

Монорельсовый вагон остановился на платформе в самом центре здания, в котором жила Алина. Под нами сто метров и над нами примерно столько же стеклянной башни, с вершины которой по городу рыщут лучи прожекторов. Севернее и южнее еще две таких же башни, стройные и изуродованные наростами кондиционеров, балконов, антенн, пучков тяжелых кабелей и прикрученных тут и там экранов вот, собственно, и деловой центр Яндаша. Вокруг серые тридцатиэтажки офисов и отелей, а за ними суетливые опутанные проводами и рельсами кирпичные районы. Я полагал, что мы окажемся в одном из маленьких зданий у реки, под окнами которых темнеют загаженные тротуары. Но Алина жила в квартире, на которую не стал бы смотреть снисходительно даже Марсель Моно.

 Пакет придется оплатить здесь, на этаже. Тут повсюду кое-что посерьезнее Сяо,  Алина указала на цветной терминал у стеклянной двери. На нас внимательно смотрели четыре равнодушные камеры.  Соседей почти нет, и это радует. Один клерк в конце коридора подозрительно вежливый. Думаю, это он пишет жалобы в Управляющий совет дома, чтобы, как там было «избавить приличный дом от сомнительных персон». Но с моей социальной подпиской все в порядке. А за стенкой тестировщик из картеля «Ши». Мы иногда пьем с ним по выходным. Приятный парень, но шалит руками, когда переберет лишнего. Приходится пресекать.

 Зачем мне это знать?  спросил я.

 Это к тому, что тут есть кого позвать на помощь.

Я усмехнулся.

 Ты все еще думаешь, что я опасен?

 Из того, что я узнала про вас за последний день: вы сделали девочку сиротой, избили бродягу возле мусорного бака, дружили с контрабандистом и в вашей квартире пять трупов, а корпорация «JB» этим очень недовольна. Мой распускающий руки сосед и анонимщик из квартиры по коридору куда более спокойная компания.

 Откуда тебе знать, что они не тайные маньяки-психопаты?  фыркнул я.

Алина постучала себя по карману, откуда торчали сложенные очки.

 Я навела справки. Вы оплачивать будете или как?

Я воспользовался анонимной картой не слишком надежная конспирация, но для тех, у кого нет проблем с полицией или Службой безопасности сойдет.

За тяжелой лакированной дверью с черным иероглифом, обозначавшим имя Алины, пряталась квартира, достойная древних императоров. Пожалуй, именно такими я и представлял каждую из девятисот девяноста девяти комнат Запретного города в детстве. Под потолком медленно разлился мягкий ровный свет, отразившись на глянце редкой черной мебели. Окна потускнели, и за стеклами теперь едва различались стена соседней башни и крыши далеких домов, словно все снаружи окутал привычный густой смог. На стене вспыхнул голубым неоновый коктейльный стакан с зонтиком, а под ним размашистая надпись название бара. Но я не читал на латинице. Беззвучно вспыхнул огромным экраном телевизор.

 Наслаждайтесь,  Алина отыскала и бросила мне пульт.  Мне нужно отменить встречу и принять душ. А потом мы возможно даже выпьем что-нибудь.