Все фокусы давно известны, холодно сказала она.
Мы будем оживлять мертвых! пояснил Кашеедов.
Было. Как его, знаменитый экстрасенс. Это для цирка не подходит. Вам лучше в центр традиционной медицины обратиться, там такие фокусы любят.
Можно это дело эффектно обставить, тем же неуверенным, губительным для предприятия тоном вставил реплику Басистый.
Мы сделаем так, что будет смешно! пообещал Кашеедов он готов был пообещать что угодно, лишь бы ему дали шанс заработать грошиков.
Друг посмотрел на него с недоумением: жизнь и смерть это не повод для смеха, и как можно весело реанимировать мертвых он не мог себе представить. То же самое, наверное, подумала и Альбина Витальевна.
Что может быть смешного в том, чтобы смотреть на трупы? Даже когда их оживляют, сказала она.
Вот увидите, сами убедитесь! горячо продолжил Кашеедов, уцепившись за тонкую ниточку интереса, который проявила администраторша.
Уговорили! вдруг сразу согласилась она, чтобы быстрее избавиться от надоедливых посетителей. Показывайте!
Басистый даже растерялся, потому что конкретно о том, кого же они будут оживлять, у них с Василием предварительной договоренности не было.
Лучше один раз увидеть, чем сто раз услышать, согласился Кашеедов.
Неторопливым движением он вытащил из-за пазухи бутылку с волшебной жидкостью, обводя взглядом стены и убранство комнаты. Что же можно здесь оживить, что? Хоть бы скелет какой-нибудь в углу или череп на столе! Но увы, ничего подобного не было в кабинете главного администратора цирка. Взгляд Василия привлекло едва заметное движение, которое сделала Альбина Витальевна. В ожидании фокуса она потеребила кулон, висящий у нее на шее, лишь вчера приобретенный за хорошие деньги. Кулон был сделан из янтаря и похож на каплю меда. В сердцевине камня застыл древний паучок. И этого невзрачного паучка углядел Кашеедов.
Молодой человек откупорил флакон и эффектным театральным жестом (где только научился таким?) отважно протянул руку в направлении администраторской груди. Жест показался женщине неприличным, и она шарахнулась в сторону, решительно оттолкнув руку Кашеедова, но несколько капель жидкости плюхнулись на ее великолепное пончо, а также и на кулон. Янтарь прямо на глазах растаял, а паук самый заурядный, ничем не примечательный, и не скажешь, что ему миллион лет, немедленно убежал восвояси.
А.., а попыталась что-нибудь выкрикнуть возмущенная дама, наливаясь пунцовой краской, но не могла произнести ни слова. Роза в ее волосах мелко тряслась, казалось, что она тоже пытается выкрикнуть слова возмущения.
Кашеедов сообразил, что сделал что-то не то, и начал тихо пятиться к выходу, Басистый за ним.
Как только процесс покраснения завершился, Альбина Витальевна закричала не своим голосом, а может и своим, может, оперные певицы всегда так кричат, когда их грабят, легко выводя самые высокие ноты:
Хулиганы! Полиция! Помогите!
Неудачливые фокусники нырнули в приоткрытую дверь. Они бежали резво, как бывалые скакуны, и до самого выхода их преследовал звучный голос администраторши. Даже тогда, когда они оказались на улице, проскочив мимо изумленного старичка-вахтера, в ушах у них слышались крики Альбины Витальевны.
В сказках говорят: «Скоро слово сказывается, нескоро дело делается». В нашем же случае было наоборот: рассказ был долгим, а на попытку пробиться в артисты приятели потратили не более получаса.
7. Петушиные бои
Расстроенные, друзья огляделись на месте, в котором оказались. Центр города они, конечно, знали хорошо.
От всех этих волнений я еще больше есть хочу, пожаловался Кашеедов. Он и правда немного устал, и казалось, что он сдувается, как резиновая игрушка через открытый клапан. Ему срочно требовалось подзарядиться энергией. Басистому, конечно, тоже.
Аркадий сказал, приуныв:
Мало того, что нас дома засада ждет, скорее всего, мафия, так после этого цирка еще и полиция нас начнет искать. Ты только вспомни, как эта Альбина вопила: «Полиция! Полиция!» А вдруг заяву написала? Да и там, в церкви «Хулиганы! Хулиганы!»
Да уж, наследили, согласился Кашеедов.
Давай финансы подсчитаем, предложил Басистый.
Друзья вытряхнули из карманов почти все деньги (почти, потому что маленькую заначку Кашеедов все-таки скрыл). Оказалось, негусто.
Все у нас как-то непродуманно получается и поэтому не клеится. Если о чем-то долго мечтаешь, строишь планы, хотя бы воздушные замки, то свалившейся удаче будешь не просто рад, а точно будешь знать, как ее использовать. Я вывод сделал: к большой удаче надо готовиться заранее и вообще нужно быть к ней готовым всегда. Случится, не случится, это уж как бог даст, но врасплох она застать не должна. А нас вот с тобой застала.
Болтаешь много и все не по делу, не слишком ласково прервал его разглагольствования Кашеедов. Нам понадобится еще много денег. Где их срочно взять?
Может, занять?
Аркадий предложил это не очень уверенно, ведь занимать ему было собственно не у кого, по крайней мере, значительную сумму его родные и близкие жили в другом городе. Кашеедов был местный и знакомых у него было больше, но занимать он принципиально не любил.
Занимаешь чужое, а отдаешь свое, сказал Василий. Лучше продать что-нибудь. У тебя, Аркаша, планшетик есть, простенький, но неплохой. Давай загоним.
Кашеедов был раздосадован тем, что у него не получилось легко заработать на чудо-изобретении, и зло вымещал на приятеле. Сердце у Аркадия от предложения продать планшет замерло.
Здесь мое все! Там вся моя жизнь! Нет!
За мой телефон копейки не дадут.
Телефон у Кашеедова был, правда, древний, но работал исправно и вполне его устраивал.
Басистому было жаль планшета чуть не до слез, но очень хотелось есть и альтернативного варианта он предложить не мог, поэтому уже готов был согласиться. Смилостивился Василий.
Предлагаю сдать планшет в ломбард. Скоро у нас серьезные деньги появятся, и ты его выкупишь.
Друзья побегали по городу, разыскивая ближайший ломбард. Наконец в углу жилого дома наткнулись на маленькое заведение с надписью «Ломбард». Чтобы попасть в него, нужно было взойти на высокое крыльцо. Кашеедов поднялся, толкнул дверь и отпрянул: за дверью были видны кресла, зеркала и фены типичные атрибуты парикмахерской. Он снова вышел наружу и еще раз осмотрел вывески: на двери «Ломбард», а еще выше, крупными буквами «Парикмахерская».
Ничего не понимаю, он пожал плечами.
Аркадий решительно вошел внутрь.
Девочки! громко сказал он, привлекая внимание занятых сотрудниц парикмахерской. А где тут ломбард?
Подождите минутку, я сейчас освобожусь, сказала тоненьким голосом молоденькая девушка, почти девочка.
В эту минуту над нею колдовала парикмахерша, выполняя поразительное дело, которое Басистый даже не мог бы себе придумать: специальными щипцами вытягивала, выпрямляла густые, пышные, волнистые от природы волосы девушки так, чтобы они свисали идеально прямыми, как ширмы в массажном кабинете, по обе стороны лица. Девушка, конечно, все равно оставалась хорошенькой, юность и красоту ничем не испортишь, но вызывало недоумение: зачем это делать? Разве кудрявые волосы не лучше?
Басистый готов был подождать некоторое время, чтобы посмотреть, какого результата достигнет парикмахерша в итоге, но в этот момент вслед за ним вошел Кашеедов и потребовал:
Нельзя ли поскорее! У нас нет времени!
Сейчас, сейчас, с неудовольствием ответила девчонка. Пройдите к окошечку.
Оказалось, что прямо в стене в прихожей было проделано маленькое застекленное окно, через которое и принимали ценности. Девушка прошла через внутренние помещения парикмахерской в свой ломбард, распахнула створки окошка и выглянула из него, как скворец из скворечника.