Смирнов Андрей Анатольевич - РККА: роковые ошибки в строительстве армии. 1917-1937 стр 10.

 либо 34-месячные советские командные курсы 19181923 гг.,

 либо ускоренный курс нормальной военной школы (к этой категории следует отнести и бывших офицеров русской армии производства 19151917 гг.  прошедших лишь 4-, 6- или 8-месячный ускоренный курс военного училища либо 34-месячный курс школы прапорщиков),

 либо 4-, 6- или 8-месячные курсы среднего начсостава (с конца 1935 г.  курсы лейтенантов), работавшие с 1933 г. при военных школах и штабах корпусов, округов и Приморской группы ОКДВА (на них направляли младших командиров сверхсрочной и, реже, срочной службы и одногодичников, то есть лиц со средним и высшим образованием, призванных на одногодичную срочную службу с целью подготовки из них командиров РККА).

Во-вторых, часть комсостава «предрепрессионной» РККА вообще не имела военного образования (в лучшем случае закончив полковую школу где готовили младших командиров или пройдя курс подготовки командира запаса в гражданском вузе).

Представление об удельном весе обеих этих частей можно получить, взяв данные по самому крупному советскому военному округу Украинскому/Киевскому. Из «Отчета о состоянии боевой подготовки соединений и специальных частей УВО» от 17 октября 1934 г. явствует (см. табл. 4), что всего за год до знаменитых Киевских маневров в одной из трех важнейших стратегических группировок РККА полноценного, а то и вообще какого бы то ни было военного образования не имели как минимум 31,8 % среднего, 18,8 % старшего и 20,9 % высшего комсостава, то есть как минимум около 25 % общего числа командиров (как минимум так как неизвестно, сколько из окончивших нормальные школы прошли лишь ускоренный их курс).

Таблица 4

Уровень военного образования комсостава УВО на 17 октября 1934 г. (в %)

92

Примечание. КУКС курсы усовершенствования командного состава.

Спустя два года в выделенном из УВО Киевском округе этот процент стал еще больше. 4 октября 1936 г. начальник политуправления КВО армейский комиссар 2-го ранга М.П. Амелин доложил в Москву, что в 10 проверенных в округе соединениях военного образования в объеме нормальной военной школы не имеет 38 % комсостава (а с учетом прошедших лишь ускоренный курс такой школы и еще больше.  А.С.) и 48,8 % начсостава!

93

Таблица 5

Уровень военного образования командного состава ряда частей и соединений 17-го стрелкового корпуса КВО на 15 февраля 1936 г. (в %)

94

В другой половине бывшего УВО Харьковском округе процент комсостава без военного образования в объеме нормальной школы до 3540 дошел еще в 1935-м: согласно годовому отчету ХВО от 5 октября 1935 г., не имевшие «систематического военного образования» бывшие сверхсрочники и одногодичники составляли тогда 43 % среднего комначсостава округа

95

96

«75 % ротных командиров из бывших сверхсрочников, не имеющих образования [в объеме.  А.С.] нормальной школы очень много»,  подчеркнул 8 декабря 1935 г. на Военном совете при наркоме обороны командующий войсками ХВО И.Н. Дубовой; «их подготовка, конечно, недостаточна»

97

Побывав в марте 1935 г. в 27-й стрелковой дивизии БВО, заместитель начальника 2-го отдела штаба РККА С.Н. Богомягков тоже отметил, что «пехота вынуждена выращивать значительную часть среднего комсостава из состава младших командиров»

98

Тогда же в комсостав танковых частей и соединений БВО влилась масса одногодичников. В 3-й и 5-й мехбригадах они составили значительную часть помощников начальников штабов танковых батальонов и комсостава артиллерийских подразделений, заняли ряд должностей техсостава, возглавили 3 из 18 танковых взводов 2-го и 3-го танковых батальонов 5-й мехбригады и все три взвода разведроты 3-й мехбригады. А трое сразу получили танковые роты две во 2-м и одну в 3-м танковом батальоне 5-й мехбригады!

Бывало и еще хуже. В 29-й стрелковой дивизии БВО в том году должности среднего комсостава «весьма часто» замещали «лицами мл[адшего] нач[альствующего] состава», то есть лицами, не произведенными в командиры РККА и, следовательно, не имевшими никакого военного образования!

99

 16,6 % помощников командиров стрелковых и пулеметных рот (2 из 12),

 20 % командиров стрелковых и пулеметных взводов (9 из 45),

 25 % командиров батарей (1 из 4),

 66,7 % командиров взводов связи (4 из 6)

 и единственный в полку помощник командира роты связи

100

Правда, в сентябре все они должны были сдать испытания за курс нормальной военной школы, но для таких, как они, это было не так-то просто. В УВО весной 1935 г. держать испытания прибыли «совершенно неподготовленные» командиры; из 105 младших командиров Приморской группы ОКДВА, экзаменовавшихся в октябре 1935 г. по курсу нормальной школы или по программе подготовки командира запаса, испытания, «несмотря на слабые требования», выдержали только пятеро

101

Одну лишь полковую школу закончили и старший лейтенант А.С. Соколов командовавший в 19351937 гг. одной из рот 11-го стрелкового Сычевского полка «ударной» 4-й стрелковой дивизии и П.С. Никитин, назначенный в мае 1935 г. командиром взвода учебной (!) роты отдельного танкового батальона 37-й стрелковой дивизии. Это только то, что известно из немногих сохранившихся от «предрепрессионного» БВО приказов по округу о перемещениях комсостава

Массовое пополнение комсостава «выдвинутыми из числа младших командиров» и призванными из запаса (то есть, как правило, тоже не кончавшими нормальной школы.  А.С.), «значительная часть» которых «представляет собой малоопытных, недостаточно подготовленных как в общеобразовательном отношении, так и по специальной подготовке командиров»,  отметил и годовой отчет политуправления КВО от 4 октября 1936 г.

102

103

104

В пехоте СКВО к осени 1936 г. военного образования не имели 30 % командиров рот и полурот вышедшие из сверхсрочников и одногодичников

105

«Наши кадры особые»,  внушал 9 ноября 1936 г. подчиненным командующий ОКДВА В.К. Блюхер

106

107

При этом некоторые такие комроты военного образования, возможно, не имели вообще! В 26-й стрелковой дивизии ОКДВА младший командир Коваленко (кстати, в армию пришедший «совершенно неграмотным») получил 2-ю стрелковую роту 78-го стрелкового полка которому вскоре после этого, 1 февраля 1936 г., тоже пришлось столкнуться с японцами просто после пяти лет сверхсрочной службы, без прохождения каких бы то ни было курсов

108

Ситуация, когда порядка 4045 % комначсостава РККА не имело полноценного военного образования, сохранялась и в первой, «дорепрессионной» половине 1937 г. Так, в 40-й стрелковой дивизии ОКДВА весной 37-го такого образования не было у 40 % командиров и начальников (кстати, осенью 35-го только у 25 %)

109

110

Показательны данные случайной выборки, образованной теми из стрелковых батальонов, признанных по итогам 1936/37 учебного года лучшими в своих округах или соединениях, по которым удалось найти хотя бы частичные сведения об их комсоставе. Таких батальонов два и в обоих оказывается как минимум по одному командиру роты, не кончавшему нормальной школы (причем получившему роту еще до начала чистки РККА). Лучший комроты 1-го батальона 23-го стрелкового полка 8-й стрелковой дивизии БВО лейтенант И.Н. Хорошкевич окончил лишь курсы лейтенантов при 5-м стрелковом корпусе, а командир одной из рот 2-го батальона 146-го стрелкового полка 49-й стрелковой дивизии МВО лишь «сокращенные» курсы при Нижегородской пехотной школе. То есть даже среди командиров рот в этих двух батальонах лица «без законченного военного образования» составляли как минимум 25 %. С учетом же и командиров взводов этот процент мог приближаться к тем же 3840 и в любом случае намного превышал ворошиловские 10 %.