Всего за 480 руб. Купить полную версию
Бабушка умерла.
О-о, прости. Не знал. К слову сказать, у тебя замечательное видение предмета. Это редкое качество у начинающего художника. Но рука у тебя пока слабовата. Если хочешь, могу дать несколько уроков. Бесплатно. У тебя есть талант, мне это сразу бросилось в глаза. Может быть, покажешь все наброски?
Опять протянутая рука. И лёгкая улыбка, такая доверительная. Я протянул руку с помятыми рисунками. Зашелестели листы. Лицо мужчины выражало удивление и непонятную радость.
Я тебе сейчас напишу адрес и телефон. Позвони или приходи в любое время. Мне обязательно нужно посмотреть, как ты работаешь. Я мог бы тебя многому научить. Если ты захочешь, конечно. Поверь, тебе обязательно нужно учиться и развивать талант. Нет, лучше передай телефон родителям. Пусть они мне позвонят, я смогу им лучше объяснить, чем тебе. Тебя может ждать великое будущее.
Речь мужчины звучала несколько сбивчиво и торопливо. Он, кажется, волновался сильнее меня.
У меня нет родителей. Я сирота.
Слова вылетели помимо воли. Я совсем не хотел открываться перед незнакомым человеком. Видимо, жажда общения была так сильна, что подсознание само вытолкнуло слова наружу, не утруждая себя мыслями о последствиях такого рода откровений. Впрочем, мне уже было всё равно.
Я устал быть один. Устал молчать. Устал скрываться. Устал бояться.
Где же Как Гм, хочешь поесть? Пойдём, я тебя покормлю. У меня сегодня много денег я продал одну из своих картин. Да и время обеденное! Пойдём!
Предложение было так заманчиво, так притягательно. Мысли заметались в голове, рот тотчас наполнился слюной, не давая словам выскочить наружу.
Кто он Николай Львович?
Правду ли говорит?
Зачем хочет меня накормить?
Если пойду с ним, смогу ли вернуться назад?
Хочу ли я назад?
А чего хочет он?
Возможно, это шанс выбраться из добровольного плена. Нужно его использовать. Незнакомец ничего не сможет сделать мне плохого бегаю я быстрее его. И назад всегда сумею вернуться. Путь мне знаком. Нет, ничего плохого не случится, если я на время выйду отсюда. Как я соскучился по жизни!
Спасибо. Я с удовольствием поем с вами.
Всё! Рубикон перейдён! Моё желание, опережая чувства и мысли, материализовалось в слова. Мышцы, повинуясь приказу, напружинились и сжались, заставляя ноги идти вперёд. Мы развернулись и пошагали к выходу. Николай Львович, разгладив о бедро мои рисунки, аккуратно положил их в большой накладной карман куртки. Он говорил что-то не очень важное, я отвечал невпопад, потому что чувствовал, что приближаюсь к другой степени свободы. Двигаюсь к свободе от плена, который по ошибке посчитал когда-то обычной свободой.
Жизнь!
Выйдя за большие тяжёлые двери Эрмитажа, в котором провёл бесконечные дни и месяцы, я остановился, зачарованный увиденной картиной. Настоящие, не за окнами стёкол, деревья, широкие улицы, по которым можно идти без конца. Люди, спешащие по своим делам, а не стоящие молча перед скульптурами. Машины, движущиеся широким потоком. И воздух! Я стоял, прикрыв глаза, вдыхал полной грудью свежий воздух. Лёгкий ветерок шевелил отросшие волосы, рассыпанные по плечам, и мне казалось, что это бабушка гладит их ласковой рукой. У меня закружилась голова, увлажнились глаза. Как, оказывается, можно ошибаться!? Вот она жизнь, передо мной! Вот оно долгожданное счастье жить свободным!