Всего за 199 руб. Купить полную версию
Будь сценаристом, сочинил бы для своей версии америкэн-боя замечательный сериал с рабочим названием «Приключения янки в поисках души». Смысл идеи: когда находишь ее (душу то есть), теряешь покой; когда распростишься с ней спокойно живешь, попивая текилу.
Представь, сон про душу имел продолжение.
Явилась как-то ночной порой, села у кровати и вопрошает:
Ну, как ты тут жил без меня?
Моя радостная улыбка должна была засвидетельствовать: ничто не может стереть страниц, написанных вместе несказанно рад, мол, встрече с тобой! Только в словах не хватило мажора.
Так себе ни зла, ни добра много не сделал. Ты вернулась, сбежав?
Понял, наконец, от чего отказался? От сути своей. Человек, который не знает, кто он не человек, а ходячий мираж. И ради чего жить такому?
Для тебя ж старался!
Сделал доброе дело! усмехнулась душа. Тоже мне, страховой агент Деточкин.
А ты поняла там, рядом с Богом, кто из нас курица, а кто яйцо ты меня сделала мною или я тебя вот такой?
Ты о чем сейчас, в свой последний час?
Хорошая тема! я изумился. Ты пришла напугать?
Пришла сказать, что другому теперь меня отдают, а твой жизненный срок, увы, истек.
Потрясающе!
Удивительное спокойствие от наступающего собственного конца света овладело сознанием. Настал, стало быть, мой черед. Бессмертие, конечно же, подозревалось, но всерьез не ожидалось сказка про волшебника Изумрудного города и та правдоподобнее.
Я потер лоб и задумался. Состоялась ли жизнь моя? Если засесть за мемуары, на добрый десяток романов событий, пожалуй, хватит. Но все ли я понял, над чем ломал голову? Ответил ли на главный вопрос тварь я дрожащая или право имею?
В молодости думал, что обязательно стану знаменитым в политике, в бизнесе, в ратных делах. Да мало ли где, но обязательно лучшим из всех. И женщины все в мечтах эротических наипервейшие раскрасавицы. Зло наказывал, защищая Трою от свирепых данайцев, изгоняя бледнолицых, алчущих золота в Новом Свете не было пределов фантазиям. И везде, и во всем у меня абгемахт, ибо знал ошибки предшественников, у которых не получилось.
Свою жизнь писал с чистого листа и в результате имею не то, что хотелось.
Но себя ли винить? Завиню Обстоятельства. А они от кого? Так и не понял стало быть. Как говорят в интервью западным СМИ наши сбитые летчики, попавшие в плен: «Учите, братцы, матчасть ох, и бьют больно!». Нелепость, достигшая совершенства не засесть ли за библию? Только поздно теперь.
Ну, ладно, пора, говорит мне душа. Не могу представить, что мы больше уже не увидимся. Даже не знаю, что сказать напоследок ничего подходящего в голову не приходит. Ты мне, признаться, нравился, хоть и мнил о себе несусветно. Прощай.
Чернота ночи проглотила ее, как крокодил зазевавшуюся лысуху.
Мой сон плавно перешел в явь. Проснулся с мыслью, что еще не готов покинуть мир этот не чувствую усталости сознания, каких-то неизлечимых болезней в теле. Мне не за что ненавидеть жизнь. Поезд, под который захочется броситься, еще не набрал оборотов. А если появится вдруг и сейчас, я просто на него сяду и поеду жить дальше. Ведь, кажется, только-только нашел свою точку равновесия.
Но, Боже, как прекрасна жизнь, когда она уходит!
Даже такая. Было все у меня нищета и достаток. Находки, и потери. И разочарования. И бесценные приобретения в прямом и переносном смысле. Все было кроме скуки. Совсем нескучной была моя жизнь. Считаю без пафоса: для счастья нужно совсем немного оптимизм рассудка и чуток фантазии в голове.
Говорят, человеку удается либо первая половина жизни, либо вторая. А мне грех на что-то жаловаться детство прошло замечательно, а юность романтично. И второй доволен вполне: хватает ума не упрекать судьбу.
Решить бы последнюю проблему как же быть с верой?
Может, ты посоветуешь? Может, совок проклятый сидит во мне, и душит надежды на встречу с Богом? Может, ментальность ущербная такая присягнул одной вере, так на всю жизнь? Или этот вопрос из разряда умственных парадоксов и клинической дебильности взялся вроде бы наставлять, а сам совета прошу? Любой конформизм удобен в отношениях отца и сына, пока он не доходит до абсурда, то есть до своей противоположности. Почти по Некрасову напрашивается твой ответ: «Тебя, слышь ты, клинит, а мне-то к чему?»
Но вернемся к простому мирскому.
Не случись Перестройки и последующих событий, я, может быть, до сих пор с увлечением строил коммунизм и не заморачивался по поводу существования Отца Небесного. Прежние партайгеноссе теперь в КПРФ не все, конечно, но есть. Обижаются что же ты перекрасился? В уши дуют мы-то еще о-го-го! мы всколыхнем народ!
Да где там! Обратного хода жизнь не дает. Хотя печаль по советскому строю уютная и бесстрессовая: вся страна в затяжном прыжке в светлое будущее напивалась, блевала и чувствовала себя счастливой. О Боге тогда и не думалось, о верующих снисходительно чем бы дитя не тешилось.
Потом КПСС объявили вне закона и наступили жуткие времена в России все торговали: бабки с лотка, кооперативные ларьки на каждом углу; толпы бандитов, грабящих все, что движется; появились бомжи и нищие. Все кидали всех слово «порядочность» вызывало гомерический хохот. Гадко было смотреть на приватизацию когда хитрованы растаскивали по карманам то, что строили миром.
От этого ехала крыша. Общественные отношения и сознание людей стремительно мутировали. И до меня, наконец, дошло коммунизма не будет.
Верить кому? Верить во что?
Ясно было одно дальше так продолжаться не может: нельзя ненавидеть все на свете, где-то надо искать отдушину. Однако жизнь наша так устроена: кто бы какими путями ни шел, каждый в конце получает свое Бога, богатство, самого себя; кто-то в бомжи подался, кем-то кладбище омолодили.
Новая тенденция появилась в духовности раньше в церковь шли, хоть и с оглядкой на общественное мнение, но с чистыми помыслами; теперь по уши извалявшись в грязи, испробовав все страсти (сиречь грехи) смертные. Зачем? Неужто душу грешную пристроить надеются? Что-то не верится в раскаяние. Как от таких прихожан попы не изошли испариной? Наверное, желтый дьявол промокал им тонзуру. Впрочем, не цепляйся к слову, блеснув эрудицией: тонзуру православные попики, знаю, не имут.
Однако следует отдать им должное падение КПСС не приветствовал колокольный звон: церковь оказалась выше мелкой радости над лютым поверженным врагом. И это было главным, что подвинуло меня к религии: благородство высшее из качеств человечности. Чувствовал тогда если б не был партийным, стал бы прихожанином, и не важно, что веры нет в Царя Небесного: вдруг бы себя убедил потом.
А пока не представлю как быть утешенным в церкви? И жизнь никогда не сводила с людьми, достойными доверия и испытавшими такое.
Как быть запуганным, могу представить. Сказать, что по сравнению с Адом Освенцим парижский Диснейленд. Страх, наверное единственное искреннее чувство верующих. Хотя не берусь утверждать наверняка.
Толпа растерянных и беззащитных, охваченная бредом боюсь и верую! вот что тормозит на пороге храма. Если втиснутся меж них, страх, может быть, растворится, а может, душу приберет к рукам как знать?
Вот ты скажи: когда-нибудь возникало желание перекреститься поблагодарить Бога, что избежал неких неприятных обстоятельств? Скажем, так: «Пронесло, слава те, Господи!» или «Уберегла, Царица Небесная!» или «Тьфу! Тьфу! Тьфу!» через левое плечо. И опять же троеперстием от чела. Если да, то ни что не ново под луной у меня сто тысяч раз такое было. Это синдром неверующего: пофартило и слава Богу!
Представь, каково верующему: молится-молится, бьет поклоны, а ему бац! и неудачей по морде. Как тут с претензиями не наехать на канцелярию небесную вы куда там, мать вашу так, смотрите!?