Всего за 439 руб. Купить полную версию
Мария выпрямилась на диване.
Я бы хотела ответить вам на них, но для всех нас это был такой же шок, как и для вас. Мы узнали о вашем существовании только от юридической службы Антона в Лондоне несколько дней назад. Это они должны приехать сегодня утром с завещанием, которое он обновил совсем недавно.
Я неуверенно нахмурилась.
Насколько недавно?
Два года назад. В 2015-м.
Я подумала.
Может быть, это произошло, когда он узнал о состоянии своего сердца?
Она с сожалением покачала головой.
Насколько я знаю, он ничего такого не знал. Он всегда казался здоровым как конь.
Где-то в доме громко хлопнула дверь, и я повернула голову на звук женских каблуков, звонко зацокавших по лестнице. Мария потерла виски.
Порка вакка[12]. Я заранее прошу прощения за то, что сейчас начнется.
В комнату ворвалась высокая, очень красивая итальянка с длинными темными волосами, белоснежной кожей и полными алыми губами. На ней был черный брючный костюм «Армани». Она разразилась громкой тирадой на итальянском, сопровождая бесконечные потоки жалоб размашистой жестикуляцией безупречных рук с французским маникюром. Я не понимала ни слова из ее речи, но подозревала, что это как-то связано с предстоящим визитом адвокатов.
Мария вытянула руку, пытаясь как-то успокоить ее. Заговорила с женщиной по-итальянски, но гораздо медленнее. Я могла только сидеть и смотреть.
В комнату влетела другая женщина. Эта была блондинкой, и заметно старше, возможно, лет шестидесяти с небольшим, но она тоже выглядела потрясающе. Было ясно, что она делала какие-то пластические операции.
Уйдет ли она! закричала блондинка.
Не уйду, потому что я тут живу! ответила ей итальянка.
Нет. Ты тут всего лишь гость, и тебя больше не хотят здесь видеть!
Молодая женщина ответила яростно эмоциональной пулеметной фразой на итальянском, которая продолжалась до тех пор, пока другая не подняла руки в поражении. Она выжидательно обернулась к Марии, явно желая, чтобы та вмешалась и сказала бы что-то, чтобы разрядить ситуацию.
Дамы! сказала Мария. С этим придется подождать. Мы не можем принять никаких решений насчет того, кто останется, а кто уйдет, пока не узнаем, что нам сообщат адвокаты.
Вот! отрезала итальянка. Я же говорила!
Они ничего не скажут насчет тебя! возразила блондинка. Антон написал завещание два года назад, а тогда он с тобой и знаком-то не был.
Итальянка трижды щелкнула пальцами перед ее лицом.
Ты думаешь, что знаешь все ответы, а это не так. Ничего ты не знаешь. Антон любил меня. Он сам мне так говорил. И ты не знаешь, о чем он думал перед смертью. Он мог что-то добавить. Написать какое-нибудь письмо. Я не знаю, как это все работает.
Конечно, ты ничего не знаешь. У тебя вместо мозгов помада.
А ты просто нахальная корова! Ты вообще тут только из-за денег! На него тебе было наплевать! Если бы это было не так, ты бы приехала навестить его, пока он был жив. Но тебя тут не было! А кто, кто был с ним, стараясь, чтобы его последние дни прошли как можно лучше?
Мария поднялась и простерла вперед руки, словно оркестровый дирижер.
Тачете![13] Поговорим об этом потом. Позвольте представить вам Фиону. Она только что приехала.
Обе тут же замолчали и повернулись в мою сторону.
Та, что помоложе, смотрела на меня как на гадюку в траве.
Это она?
Я встала и попыталась улыбнуться.
Бонджорно.
Это Кейт Уилсон, сказала мне Мария, указывая на блондинку постарше. Бывшая жена Антона. Она приехала из Калифорнии. А это София Романо Мария запнулась, подыскивая слова. Подруга Антона.
Я была ему больше чем подруга, возразила София. К моему изумлению, она уняла свою ярость и с улыбкой протянула мне руку. Приятно познакомиться, Фиона. Вы похожи. У вас его глаза.
Мне все так говорят, я пожала Софии руку.
Миссис Уилсон тоже сделала шаг вперед.
Вообще-то это довольно неприятно. Разрушает предположение, что вы на самом деле не его дочь.
В ответ на эту парфянскую стрелу Мария испустила неловкий смешок.
Миссис Уилсон оглядела меня с ног до головы холодным взглядом зеленых глаз. У меня появилось ясное ощущение, что она не одобряет меня ни в чем, особенно мою одежду. На мне были джинсы-скинни и легкий топ под черным кардиганом смесь спандекса с полиэстром, купленные в «Волмарте» ведь я была очень ограничена в средствах.
Вы проделали сюда долгий путь, заметила миссис Уилсон с обвинительными нотками в голосе.
Вы тоже, ответила я. Мария сказала, вы живете в Калифорнии?
Да, она свела приподнятые брови. А вы из?..
Таллахасси, Флорида.
Выпустив мою руку, она отступила назад.
Никогда не бывала в Западной Флориде.
Там очень мило. Заезжайте как-нибудь.
Миссис Уилсон слегка усмехнулась.
К этому моменту София вышла из комнаты и удалилась по лестнице наверх.
Миссис Уилсон обернулась к Марии.
Ее не приглашали на встречу, верно?
Нет, ответила Мария. В списке ее нет.
Хорошо. Мне потребуется ваша помощь в том, чтобы завтра же избавиться от нее. Если только Антон не наделал в свои последние дни каких-нибудь глупостей. Да поможет нам бог, если наделал, но даже это меня бы не удивило. Она снова покосилась на меня и тоже вышла из комнаты.
Мария опустилась в кресло.
Ми диспьяче[14].
Я тоже села.
Но вы же не виноваты. София была Я указала пальцем в опустевший дверной проем.
Си. Любовницей Антона. Не первой, но ей повезло, она стала той, кто был с ним до самого конца. Если честно, я не могу представить себе, чтобы он ей что-нибудь оставил. Он не был дураком, и она много всего получила от него при жизни. Были разговоры про ожерелье, на которое можно было бы целый год снимать в Риме квартиру. Думаю, она заслужила кое-что за то, что была с ним, когда он был так сварлив. Она правда была к нему привязана. Хотя Мария неодобрительно покачала головой. Ее мотивы вызывали подозрения, если вы меня понимаете. Он был немолод, а ее вы видели.
Думаете, она его обирала?
Возможно.
Не желая делать осуждающие кого-то предположения, я опустила взгляд на свои руки, лежащие на коленях.
Кажется, я не особо понравилась его бывшей жене.
Мария махнула рукой.
Из-за Кейт не переживайте. Она планирует свое третье замужество, а ее второй муж был еще богаче Антона, так что ей-то уж жаловаться не приходится.
А дети? спросила я напрямую. Они меня возненавидят?
Это уж точно, ответила Мария, взглянув на меня. Но что они думают, это неважно. Важно то, что написано в завещании, так что берите то, что он вам оставил, и уезжайте.
Удивленная ее откровенностью, я несколько раз моргнула.
Спасибо за совет.
Мария печально вздохнула.
Иначе у вас не будет никаких шансов. У этой семейки просто талант осложнять жизнь себе и всем окружающим. Все превращается в битву.
Но я же тут ни при чем.
Нет, конечно, ни при чем, глядя на меня, Мария начала крутить сережку в ухе. Что бы ни случилось здесь сегодня утром, не принимайте этого на свой счет. Нет и не было никаких шансов, что они смогут принять тот факт, что у их отца был еще ребенок. Но вообще-то Не знаю, почему они так уж изумлены. Мать увезла их в Америку тридцать лет назад. Не то чтобы их отец был монахом. В его жизни было много женщин.
Что-то в этой фразе обеспокоило меня, потому что я не хотела думать о своей матери как об одной из многих его пассий. И в то же время мне не хотелось предполагать ничего некрасивого на следующий день после похорон этого человека. Но у меня были свои подозрения.
Я снова выпрямилась.
Марко сказал, что ваш свекр, Доменико, работал на виноградниках до того, как вы с мужем заменили его. Может быть, родители вашего мужа знают что-нибудь, что произошло между Антоном и моей матерью?
Может, они что-то и знали, но они оба умерли. Мы с Винсентом начали работать здесь в 1988 году. Когда ваша мать приезжала сюда?