Всего за 296 руб. Купить полную версию
Да приятно
Ну хорошо. Я тебе потом батарейки для него запасные принесу. Ладно, пока, теть. Занята немножко, у меня встреча. На неделе после работы как-нибудь забегу, посидим.
Пока
Валентина Петровна стояла в ванной с телефоном в руках и смотрела на «беса». Затем она улыбнулась, затем усмехнулась и начала хохотать. Смех смешался с плачем, она и плакала, и смеялась, и смеялась, и плакала Потом она долго рассматривала своего мучителя, на борьбу с которым она приводила домой священника.
Ах да, священник! Надо же сообщить ему! Валентина Петровна позвонила отцу Алексею и, смеясь, поведала ему про огурец. Смеялись долго оба. Потом священник сказал:
Вы знаете, а я ведь старцу звонил насчет беса-то. Спрашивал, что делать. Вишь, беспокоюсь за тебя.
Ах! И что старец?
Да ничего толком не сказал. Только Библию процитировал. Между нами говоря, Петровна, я, конечно, старцев уважаю но как-то оно было, знаете как будто бы я Библии не читал и в семинарии не учился. Библию и я могу цитировать, хоть я и не старец.
А что процитировал-то?
Из послания апостола Петра. Трезвитесь, бодрствуйте, потому что противник ваш диавол ходит, как рыкающий лев, ища, кого поглотить. Противостойте ему твердою верою
(1 Пет. 5, 89)
А, ну понятно. Батюшка, спасибо вам! И простите, что столько хлопот причинила.
Да ничего. Слава Богу, что все уладилось. Каков бес-то, хе-хе! Сколько живу, а таких случаев еще не было. Ха-ха!
Собеседники снова посмеялись и попрощались наконец. Валентина Петровна, чувствуя себя абсолютно счастливым человеком, пошла готовить ужин. Ей теперь даже хотелось снова услышать «бесовский чих» и посмотреть, как она отреагирует на этот звук, зная его происхождение.
Любимая квартира снова стала для нее уютной. Ей даже показалось, когда она проходила мимо зеркала, что морщины на лице как-то разгладились. Запах из ванной доносился действительно приятный (а она-то удивлялась, откуда благоухание в квартире!) «Ну бывает же такое в жизни, думалось пенсионерке. Ох и Соня, проказница!»
Кстати, да Соня! Нужно пригласить ее на чай и рассказать про «беса»! Валентина Петровна снова позвонила племяннице. Договорились встретиться завтра. Теперь надо было ставить опару для теста, решить насчет начинки для пирогов, продумать другие угощения к чаю Пенсионерка погрузилась в привычные кухонные хлопоты. В ванной раздался знакомый чих. Валентина Петровна улыбнулась и стала доставать из морозилки ягоды для пирога.
Приглашение на казнь
Отец Николай сильно задерживался. Договорено было на семь тридцать, часы показывали девять, а его все не было. Сколько можно ждать? Дима ходил вокруг автобусной остановки кругами и злился.
Отец Николай и Дима встречались раз-два в месяц здесь, на конечной остановке метро, и отсюда ехали за город, в колонию. В тюремном храме Дима исполнял функцию клироса и проводил катехизаторское занятие. Отец Николай служил литургию, исповедовал, говорил проповедь.
Батюшка частенько задерживался, но так, как сегодня, никогда. Проблема была даже не в том, что Дима устал ждать и замерз, а в том, что ехать надо было именно в тюрьму. И не просто в тюрьму, а в колонию строгого режима.
Там парни постятся, ждут службы с раннего утра. Дима обещал им быть в восемь тридцать, а уже начало десятого. Давать обещания и не исполнять это всегда и везде нехорошо, а в тюрьме и подавно. Такие опоздания проповедникам авторитета точно не прибавят
Ну наконец-то! В веренице машин, тянущихся по трассе, Дима различил синий «Ниссан» отца Николая. Батюшка свернул в «карман» возле остановки, Дима запрыгнул в машину. Холодно поздоровавшись, он уже набрал в легкие воздуха, чтобы произнести что-то вроде: «Батюшка, ты знаешь, в некоторых случаях христианство начинается с прийти вовремя». Дима с отцом Николаем дружил с незапамятных времен, так что в некотором смысле имел право на такие пассажи.
Однако, посмотрев на священника, Дима осекся. Батюшка был очень бледен и как бы сам не свой. Дима выдохнул «обличительный» воздух и стал ждать. Отец Николай заговорил первый.
Димон, я только что человека побил.
Ого! Такого Дима совсем не ожидал. Согласитесь, не каждый день услышишь от священника подобные откровения. Отец Николай продолжал:
Читаю я молитвенное правило. Пять утра. Случайно глянул через окно во двор смотрю, возле моей машины какой-то человек стоит, в замке ковыряется. Сбегаю вниз а он уже внутри, пытается завести мотор! Говорю: «Выйдите из машины». Он не реагирует. Я стал его вытаскивать, он попытался сопротивляться. Ну и
Надо сказать, отец Николай был в отличной физической форме, ходил на греко-римскую борьбу, любил поколотить боксерскую грушу и ежедневно качал свои и без того рельефные мышцы. Он уже давно поборол всех приходских пономарей и даже покушался на любительскую схватку с настоятелем.
Ну и, в общем, побил я его. Знаешь, одно дело, когда ты на груше тренируешься, а совсем другое когда живой человек. Увлекся я, понимаешь
Приемы разные отработал на нем. Когда опомнился, гляжу, а парень то весь в крови и синяках. Он вообще странный какой-то, честно говоря. Сначала немного сопротивлялся, а потом уже нет. Я бил, а он просто молчал.
И что дальше?
Ну что. Отпустил я его. Он кое-как поднялся и ушел. Еле ноги волочил. А я сел и думаю: как же теперь литургию служить-то? Пришел домой, рассказал матушке. Знаешь, что она выдала?
Что?
Говорит: «А вдруг это был Сам Христос?»
Да ладно. Христос машины не угоняет.
Отец Николай шумно вздохнул и замолчал.
Дима тоже не нашелся, что сказать еще. Случай действительно был непростой. Согласно церковным канонам, священник не имеет права драться и проливать кровь. Тем более перед литургией, к которой христиане вообще-то готовятся постом, молитвой и примирением с ближними. Получается, батюшке нельзя сейчас служить, после всего происшедшего.
Но вот уже полдесятого, и их ждут в тюрьме люди, для которых литургия это действительно праздник, причем долгожданный. Служба на зоне бывает раз в месяц, и заключенные перед ней говеют целую неделю: постятся, читают правила, стараются следить за своим поведением, каются в грехах перед Богом. Службу у них нельзя отменить. Что же теперь делать?
У Димы мелькнула мысль, которую словно через воздух поймал и отец Николай. Посмотрев на Диму, он сказал: «Звоним настоятелю».
Вообще-то идея тоже была не самая лучшая. Настоятель храма, в котором служил молодой священник отец Николай, давно имел зуб на батюшкуспортсмена. То отец Николай повергал на землю очередного пономаря, испытывая новый прием; то проповедовал в таких местах, куда настоятель никак не благословил бы идти проповедовать; то борол в армрестлинге всех священников на собрании благочиния; то, выпив на именинах настоятеля, веселил отцов говорением на «языках», пользуясь старыми протестантскими навыками
Короче говоря, отец Николай был батюшкой неспокойным, и настоятелю он постоянно доставлял какие-то проблемы.
Понятно, что от такого звонка могли быть неприятности. Но наверняка их было бы еще больше от звонка епископу. Уф, какая сложная ситуация! В тюрьму не поехать невозможно, но и служить отцу Николаю сейчас по канонам нельзя требуется особое благословение священноначалия. Самым близким звеном в данной ситуации все равно оказывался настоятель. Да, придется звонить ему.
Отец Николай достал телефон, нашел номер настоятеля и нажал кнопку вызова. Никто не брал трубку.
Слушай, он, наверное, исповедует сейчас. Ведь служба у нас уже идет, догадался Дима.
Предположение оказалось верным. Настоятель перезвонил сам, сразу после того, как друзья написали ему сообщение: «Срочный разговор. Возьмите трубку».