Всего за 199 руб. Купить полную версию
Двор будто вымер, только над оградой реяло зеленовато-красное марево. Защита и от живых существ, и от мёртвых, пришедших с враждебными помыслами.
Ты бы присела, сочувственно шепнула мерцающая под потолком призрачная герцогиня. Утомишься только зазря.
Да как я могу? рявкнула некромансерка. Вышло едва ли не суровее рыка декана боевого факультета. Их там уже, может, убили всех! А я здесь, как в клетке! И даже если сейчас сбегу, просто не успею добраться до пещер пешком по ночному лесу!
Даже если успеешь, что ты сделаешь? Драться не умеешь, магической силы в тебе немного. Разве что эльфов неприличными выражениями обругаешь, вместе с их богиней. И то поможет ненадолго.
В самом деле, поможет? усмехнулась Ниенна.
В их случае да. Остроухие произошли от лесных духов, которым поклоняются до сих пор. А те не любят нецензурную брань. Вас наверняка учили в лесу не ругаться: мол, леший заведет
Учили, кивнула девушка. Но я думала, это бабкины сказки.
Сидеть с призрачной Инессой было не так тоскливо, и Ниенна невольно отвлеклась. Но как только снова взглянула в окно, тревога усилилась.
Что-то было не так. Не из-за драки с остроухими, не из-за возможной гибели товарищей и преподавателей. Нечто тяжелое, не злое, но темное, ворочалось под ногами, глухо стонало и плакало. Ушами эти звуки расслышать невозможно, но сердце и разум их чувствовали и бесновались.
Госпожа де Монсельон, вы ничего не ощущаете? Мне как-то не по себе.
Это земле под нами не по себе, девочка моя. Слишком уж много крови невинных людей и нелюдей в этих краях пролили, а похоронить их и провести за грань, как положено, никто не удосужился. Как думаешь, что будут чувствовать сотни неупокоенных душ при приближении потомков своих мучителей?
Пальцы Ниенны сами собой сжались в кулаки:
Я бы на их месте захотела отомстить.
Они и хотят. Вот только надо вывести их отсюда, а до этого хоть немного плотности придать, энергию свою влить. Но тут сила мага минимум третьей степени нужна. Или же эликсирами под завязку накачаться, но сама знаешь, как это опасно.
Опасно? так и взвилась некромансерка. А подруге моей валяться на каменном алтаре в роли жертвы-носительницы для духа чокнутой богини не опасно? А адептам, что ушли сражаться, не проучившись и половины срока, не опасно? А целительницам, которые тяжелее скальпеля оружия в руках не держали?
Ярость заклубилась в горле, не давая дышать. И именно в это мгновение Ниенна краем сознания услышала жалобный детский плач. Она бегом ринулась к окну и распахнула ставни.
Комната магистра Рейвана располагалась на втором этаже. К ней примыкал изящный балкон, обвитый плющом. В любое другое время Ниенна восхитилась бы его красотой, но сейчас даже не заметила лаковых, влажных после дождя листьев и дивного цветочного аромата, наполнявшего ночной воздух.
Прямо перед ней, сидя на самом краю, всхлипывал полупрозрачный мальчик лет шести и вытирал заплаканное лицо ладошкой правой руки. Вместо левой из оторванного рукава торчала обезображенная культя. Призрачная, но выглядящая не менее жутко, чем живая.
Малыш, шепотом позвала Ниенна. Ты откуда? Тебя как зовут?
Мальчик поднял голову, и девушка увидела растерянный взгляд, курносый нос на бледном личике и щёки, обильно покрытые веснушками.
Нет, поняла она, приглядевшись. Это не веснушки ожоги, нанесенные раскаленным железным прутом.
Отсюда, шепнул в ответ малыш и махнул уцелевшей рукой в сторону. Меня там долго мучили, и я плакал. А потом умер.
Он снова всхлипнул.
Меня звать Ленок, а маму мою Оляна. Она говорила, что после смерти нас Всеблагой Левий заберет на небушко, где послушные детки живут в новом домике, у них много игрушек и есть даже пирожные на завтрак. Но я вел себя хорошо, а на небушко почему-то не попал. И Вилкин не попал, это друг мой, он орка. Он тоже маму слушал и кушал всё-всё, что дадут, даже капусту. Но и его не забрали. И маму его не забрали, хотя её мучили больше всех. И Рудика из дворфов, хотя он даже плакать в конце не мог
Ниенна тяжело привалилась к оконной раме.
И много вас тут таких, малыш?
Много. И большие совсем, и маленькие. Только мы боимся сильно. Злые дядьки и тетки опять пришли, будут нас мучить
Но там наши преподаватели. Они обязательно победят, они сильные!
Не победят, покачал головой Ленок. Они уже почти проиграли. Злые остроухие дядьки через дырку сияющую пришли, их там много. Пуляются штуками, которые двигаться мешают. А один, самый страшный, требует всех в живых оставить, говорит, в жертву принесем Как нас, наверное.
Сердце человека очень сильное, ведь оно состоит из живого куска плоти. И, видят боги, Ниенна была сейчас этому рада. Будь оно хрустальным, как у чародеев в страшных сказках, неминуемо треснуло бы и разлетелось на куски от невыносимого горя.
Наверное, её старые няньки обязательно попытались бы успокоить мальчишку и остальных застрявших между мирами замученных существ. А ещё предложили бы молиться богам, вдруг они всё же услышат и вмешаются?
Ниенна знала, что это не сработает. Если и оставались в мире какие-то боги, то со слухом у них был явный непорядок, раз они вообще допустили такое паскудство. Да и меньше всего сейчас мальчишка без руки нуждался в утешении, как и его товарищи по несчастью. Нет, им нужно было совсем другое.
Ниенна шагнула вперед и осторожно погладила мальчонку по тому месту, где начиналось плечо.
Не бойся, маленький. Мы просто сейчас пойдём и убьем их всех.
Все-е-ех? ахнул Ленок. Но они же жутко злые!
А я жутко страшная некромансерка и поднимаю из земли мертвецов, подмигнула ему Ниенна. И никого не боюсь. А раз я не боюсь, то и тебе не стоит. Ну что, пойдёшь со мной? А друзья твои пойдут?
Пойдут, тихо шепнул Ленок, словно не веря её словам. А потом вдруг радостно завопил, как сорванец-хулиган: Пойду-у-у-ут!
И рванул наружу в темноту. А Ниенна наоборот, в комнату.
Эликсиры усиления, бормотала она, с остервенением роясь в шкафу декана Рейвана. Эликсиры, мать его, должны же быть! Или кристаллы. Хоть что-то!
Она сдвинула стопку запыленных учебников по истории магии и смущенно хихикнула, увидев спрятанный за ними тончайший корсет ручной работы, расшитый листьями всех оттенков зеленого и золотого. Пикантная деталь женского гардероба была аккуратно перевязана кожаным шнурком от плети-многохвостки. Весьма неожиданно было увидеть подобное в шкафу сурового декана боевого факультета.
Дриады-то, поди, магистра нашего в плену держали не совсем против его воли.
То-то и оно. Боевой маг его уровня сбежал бы от лесных баб уже на второй месяц, подпалив вдобавок священную рощу от края до края, лукаво заметила герцогиня. Но ты не туда смотришь, девочка. Глянь наверх.
Ниенна глянула.
Внутри, у самой стенки шкафа, на небольшой подставке сверкал золотым бочком кубок. Тот самый, который они искали в пещерах.
Посудина, говорят, волшебная, многозначительно подняла брови Инесса де Монсельон. А вон в том милом бочонке, замаскированном под вазу, декан Рейван хранит березовый сок. Недавно как раз заливал его доверху. Но берегись, девочка. Кто из кубка этого отопьет, прежним уже не будет. Сила увеличится в десять раз, но и цена за это будет немалая.
Не больше, чем цена жизни нескольких десятков адептов, наставников и моей подруги, пожала плечами некромансерка. К тому же остроухие нас всё равно запытают, если победят. Лучше уж в бою сгинуть. А с увеличенной силой я подниму и уплотню всех замученных людей и нелюдей. Если же в итоге погибну, то
Я поделюсь с тобой меховым одеялом, печально и ласково вздохнула герцогиня. Вижу, ты уже всё решила и отговаривать тебя бесполезно. Что ж, поднимай и уплотняй заодно и моего коня. На нём ты быстрее доскачешь до пещер.