Титов Виктор - Страх и сомнение стр 11.

Саша улыбнулся и кивнул. Слова националистов. Воевать на двух фронтах, диверсифицировать риски. Пусть будет так.

Глава 17

Утром Вася проснулся от настойчивого стука в дверь. Замотавшись в халат, засоня пошаркал в прихожую. На пороге стоял курьер с небольшой бандеролью. Передав коробку и получив роспись, курьер быстро удалился.

Вася закрыл дверь и прошёл к журнальному столику. Коробка была обёрнута клеёнкой и скотчем. Незадачливый клиент аккуратно распечатал посылку и достал конверт с золотистым напылением. Не долго думая, он распечатал и его. Внутри была золотая карта швейцарского банка с его именем и фамилией. Вася присел на диван и вытер пот. На столике будто специально стоял включенный ноутбук и Вася вошёл личный кабинет. Через несколько секунд эмоции захватили его разум в едином порыве радости, растерянности и страха. На счету было пять миллионов долларов. Откуда, зачем и почему Всё оставалось загадкой. Ясно было одно. Всё это как-то связанно с клубом.

Деньги новоявленный миллионер благоразумно решил не тратить и не выводить. Мало ли какая ошибка могла произойти, и если вдруг к нему придут крутые парни со стволами, он всё отдаст. Жизнь, как говорится, бесценна. А вот мадам в клубе многое может разъяснить. Осталось ждать приглашения, без него, Вася это чётко понял, вход в клуб закрыт.

На работе Вася просиживал штаны, с нетерпением ожидая нового приглашения. Месяц, казалось, шёл целую вечность. Наконец появился очередной курьер и молча вручил Васе визитку. Сослуживцы с удивлением и завистью оглядывались, но никто не спросил, что было написано на прямоугольном клочке бумаги.

 Шашечный клуб. Пушкинская, 250. Суббота, 23:00. С-2,  еле слышно пробормотал Вася.

Глаза его искрились, будто у маленького ребёнка, получившего подарок.

 А если проиграю,  промелькнуло в голове.

Вася вздрогнул, будто кто-то за спиной произнёс это вслух.

 Отдам деньги,  успокоил он сам себя.

 Деньги он отдаст,  рассмеялся внутренний голос,  как будто не заметил, что ставки каждый раз повышаются. Накопленного точно не хватит, чтобы откупиться.

 Я выиграю!  громко произнёс Вася, так что все вокруг обернулись. Он тут же спохватился и поднял руки,  извините,  добавил бунтарь смиренно и утонул в кипе бумаг.

За деньгами так никто и не пришёл и Вася решил снять пару монет, чтобы удостовериться в их наличии. Всё прошло безупречно и вскоре деньги были на руках.

Настала долгожданная суббота. Не изменяя традициям, Вася занял стратегическую позицию в кафе, заказал кофе и бутерброд. За окном шёл снег и знакомые манекены переобулись в зимние наряды. Он думал о клубе, сопернике и предстоящей игре. Рвение захлестнуло с ног до головы и он решил заранее прийти в клуб и поговорить с мадам.

Бодро постучав в дверь, он протянул в щель визитку и стал ждать. Однако дверь не отворилась, а мадам сказала, что игрок слишком рано, и что ему следует прогуляться и прийти попозже. Створка захлопнулась, не дав Васе вымолвить и слова.

 Сам дурак,  буркнул про себя незадачливый клиент и минут пятнадцать бесцельно бродил по улицам.

Второй раз он пришёл к двери собранным и во всеоружии. На улице было холодно и Вася порядком замёрз. Дверь отворилась и мадам еле заметно кивнула. Несколько крепких парней за спиной в полумраке выглядели исполинскими статуями.

 Вас ждёт уровень С-2,  сказала мадам,  прошу к столу.

Соперником был тщедушный старик-китаец. Он беспрестанно теребил в руках чётки, чем отвлекал внимание Васи. Игра началась и каждый принялся осторожно прощупывать почву. Никто не торопился и не гнал лошадей. Не двигал задние фигуры и не пытался рубить напропалую. Доигрались до того, что не осталось ходов и Вася первым очень осторожно пожертвовал фигурой. Затем второй и третьей. Начался размен, в котором китаец всё время был чуточку лучше. Вася оборонялся и огрызался, пока при фланговой атаке не лишился одной шашки. Чётки онемели в руках китайца, будто хвост хищника, почувствовавшего кровь. Вася же застыл в нерешительности, судорожно перебирая в голове возможные варианты. Игра явно не клеилась, но он помнил, что было при ничье с преимуществом. Китаец действовал медленно и монотонно, будто удав. Вася так отвлёкся на игру, что не заметил, как его время подошло к концу. Последние ходы он делал быстро, почти без размышлений. И закономерно проиграл.

Только теперь, когда холодная рука мадам коснулась плеча, он понял, что произошло. Ноги подкосились, перед глазами возникла дымчатая пелена.

 Вам пора,  сказала мадам где-то на заднем фоне и Вася с трудом поднялся,  с вами свяжутся в следующий раз. При надобности.

Вася двигался, будто по палубе корабля, попавшего в шторм. Он медленно проплыл между столами и, спотыкаясь, вышел за порог клуба.

 Это же только игра,  пронеслось где-то в голове.

Но ощущение было, будто объявили о смертельной болезни. Холодный воздух, дунувший в лицо, показался дыханием смерти. Домой он пришёл с трудом, взяв по пути бутылку водки. Помирать, так в беспамятстве.

Глава 18

Вечером второго дня пребывания в лагере Али вышел из палатки с рюкзаком. Главный сказал взять немного продовольствия, воду и запасные вещи. Одеться во всё черное. Али волновался, думал, идут на ограбление. На окраине лагеря его ждали четверо.

 Не отставай,  сказал высокий негр с акцентом.

Группа в чёрных костюмах побежала в лес. После долгого пути с небольшими перекурами они остановились в канаве у магистральной дороги. Парни достали из-под кустов рюкзаки с едой. После короткого перекуса, они устремились к посту.

 Где мы?  спросил Али, когда они с главным остались наедине. Остальные прыгали в кузова машин и проезжающие фуры.

 Мы переплыли море. но настоящая жизнь за проливом,  сказал главный,  там не надо работать, там дают столько, что хватит и наесться, и напиться и снять жильё.

Они следили за машинами, но никто из группы не пробрался на ту сторону.

 Что с ними будет?  спросил Али, когда ребят повязали.

 Пожурят и отпустят,  усмехнулся главный,  они всегда отпускают. Завтра попробуем снова, а сейчас оставь рюкзак и обратно в лагерь.

Али возвращался в раздумьях. Как это возможно, что на одном конце мира обезглавливают за лишний взгляд, а на другом почти не обращают внимания на нарушение границы. Может, где-то и убивать можно законно.

 Ты начинаешь понимать мир,  сказал Дима, встречая Али у палатки. Он был в штанах цвета хаки и охотничьей кожаной куртке.  Что лучше, мир с господами и рабами, с небожителями и смердами, или война за равенство? Твоя вера не признаёт господ, и не признаёт других религий. Твоя вера спасёт, когда спасения не будет. Смертники умирают осознано, их непоколебимость сравнима с местью и отчаянием. Люди в основе своей слабы и лишь некоторые способны переступить через слабости. Они то и достигают величия, не возвеличиваясь. Ты как капля смолы в дёгте, либо выполнишь предназначение, либо сгинешь. Но смерть для тебя ничто, в сравнении с возможностями.

Али залез в палатку и свернулся в калачик. Он бежал от войны, чтобы здесь её развязать. Но там он был жертвой, а здесь будет агрессором. Но он хотел просто тихо и мирно жить.

Утром он позавтракал, в обед пообедал. Всё было бесплатно и народ слонялся по городку без дела, без необходимости зарабатывать. Как много крепких молодых парней, как мало женщин, детей и стариков. Кто-то курил, кто-то пил, кто-то кололся. Не очень то было похоже, что это замученные жизнью люди. Городок каждый день пополнялся десятком человек и стремительно рос.

 Если это самые обездоленные и немощные люди планеты, то я Папа Римский,  смеялся Дима, раскуривая сигару на вершине холма.