Всего за 449 руб. Купить полную версию
Почетные стражи: седой ветеран, время службы которого скоро подходило к концу, и молодой человек в расцвете сил, оба были в парадных доспехах, и на поясе у них висели посеребрённые сабли. Хораши и Рига прославленные военные искусники поклялись служить Предреченному герою и защищать его от всех опасностей.
Вместо того чтобы подать знак открыть двери, Цзянь несколько раз глубоко вздохнул, пытаясь собраться с мыслями и обрести прежнюю уверенность. Пальцы, которыми он цеплялся за лакированные черные резные украшения на дверном косяке, побелели.
Вы готовы, спаситель? спросил Хораши старший, с редкими растрепанными короткими волосами и многочисленными шрамами, свидетельствующими о долгой и славной службе. Что-то вас тяготит?
С губ Цзяня сорвался вздох.
Просто я рассержен.
Рига младший, с гладким лицом и густой гривой черных волос, стянутых в хвост, держался за другую ручку двери.
Вы сердитесь, потому что проиграли схватку?
Рига был еще новичком, его приняли на место одного из телохранителей, который погиб во время покушения, предпринятого неким катуанцем около года назад. Хоть воин и был учтив, но Цзянь с досадой подумал, что этот тип редко выказывал должное почтение.
Я не проиграл. Бой был нечестным.
Телохранитель пожал плечами:
Битвы не всегда бывают честными. Однажды я захотел пройти без очереди к лучшей девице в борделе. Так на меня набросились сразу семеро.
Семеро на одного это нечестно, согласился Цзянь.
Рига опять пожал плечами и похлопал себя по поясу.
Конечно, нечестно. У меня же был меч.
Хораши нахмурился.
Пятеро тяжеловооруженных стражей против битой солдатни, которую набрали на улицах, это нечестно? На лбу у него залегли глубокие морщины. Нечестно по отношению к кому?
Только старшему телохранителю позволялось говорить с Цзянем так прямо. Хораши был рядом, сколько Цзянь себя помнил. С течением лет слуги и телохранители сменялись неизменным оставался лишь Хораши. На службу во дворец он поступил еще молодым. Его точно не упрекнуть в отсутствии опыта.
Да кому нужны честные схватки? заметил Рига. Кто дерется честно, тот глуп или мертв.
На войне возможно, возразил Хораши. Но на арене нужно помнить о чести и правилах.
Хватит, рассеянно перебил Цзянь. Эти двое никогда не соглашались друг с другом и вечно устраивали громкие перепалки. У юноши голова болела от их споров.
Хораши и Рига немедленно повиновались. Цзянь скрестил руки на груди и заявил:
Старуха сжульничала. Это не проигрыш. Я по-прежнему считаюсь непобедимым. Я изложу свои доводы наставникам и заставлю их пересмотреть сегодняшний результат.
Это всего лишь тренировка начал Хораши, замолчал и вздохнул. Как скажете, спаситель.
Я готов. Открывайте дверь, велел Цзянь, поддергивая рукава. Пора напомнить всем, зачем они здесь собрались.
Прежде чем дверь открылась, Хораши наклонился и поправил Цзяню воротник, а потом послюнил палец и вытер юноше щеку и лоб. Когда тот отшатнулся, Хораши усмехнулся и взъерошил своему подопечному волосы.
Теперь вы выглядите, как подобает герою. Помните уверенность через смирение.
Дверь распахнулась, и грянул гонг. Двое телохранителей вошли первыми, затем Цзянь, затем слуги. Цзянь хотел уже приказать глашатаю тронного зала возвестить о его прибытии, но осекся. Глашатая в зале не было. Более того, не было никакой официальной аудиенции. Только маленькая кучка людей теснилась у подножия трона и все они стояли, повернувшись к юноше спиной.
Голоса звучали гневно и неразборчиво, как на базаре. Слова гулким эхом разносились по залу. Ничуть не смущенный тем, что его не заметили, Цзянь ворвался в Зал просвещенных мыслей вместе с Хораши и Ригой. Только когда он подошел к спорящим почти вплотную, на него наконец обратили внимание.
Простолюдинка, которая вмешалась в учебный бой, стояла в кругу и отругивалась. Увидев Цзяня, она ткнула пальцем ему через плечо и поинтересовалась:
Во имя юбок Королевы, это еще что такое?
Цзянь вспыхнул от негодования. Он не привык к таким приветствиям.
Да как ты смеешь ты обращаешься к
Под взглядом этой женщины слова застряли у него в горле.
Я не о тебе, а о них, и она снова указала ему за плечо.
Цзянь непокорно вздернул подбородок:
Это мои прислужники. Они исполняют мои приказы и заботятся о моих удо
Вон. Вы распущены.
Цзянь не собирался сдаваться так легко.
Но они мне необходимы!
Сейчас же вон!
Бедные слуги затоптались, не зная, кому повиноваться, и пытаясь спрятаться друг за друга. Наконец, к огромной досаде Цзяня, они приняли сторону этой громкоголосой простолюдинки. Девочка-виночерпий, заливаясь слезами, приблизилась к Цзяню, с поклоном протянула ему кубок и поспешно вышла. Остальные последовали за ней. Хораши и Рига, верные стражи, с вызовом сложили руки на груди и остались стоять.
Женщина вновь взглянула на Фаару.
Что и подтверждает мою правоту!
Фаару встал между Цзянем и незнакомкой.
Великий спаситель народов Чжун, позвольте представить вам мастера Линь Тайши из школы Шепчущих Ветров семьи Чжан. Фамильный стиль
Довольно, Фаару, перебила та, не сводя глаз с Цзяня.
Это просто возмутительно, дядя, в присутствии Фаару Цзяню стало спокойнее. Мои занятия крайне важны, в них не вправе вмешиваться какие-то простолюдины
Голос Цзяня оборвался. Юноша впервые заметил тяжелое молчание остальных. На лицах присутствующих было мало радости. Ван как будто собирался в бой. Синсин казался смертельно обиженным, Сун громко шмыгал носом, словно сдерживал слезы. Единственным человеком, не выказывавшим ни горя, ни гнева, была эта самая Линь Тайши. Кто она такая? Кто вообще слышал о мастере, не желающем перечислять своих предков? Наставники в первую очередь заставили Цзяня вызубрить их родословную, когда взялись за его обучение. Разве она не гордится своим происхождением?
Цзянь заставил себя посмотреть ей в лицо и отвел глаза, как только их взгляды столкнулись. Он поймал себя на том, что внимательно изучает собственные ноги.
Мастер Линь промямлил он.
Он вновь попытался взглянуть женщине в лицо, но эти глаза И во второй раз Цзянь уперся взглядом в пол, а затем посмотрел на своих сторонников.
Наставники, в чем дело?
Нинчжу сложил руки на груди.
Мастер Линь полагает, что мы скверно вас обучаем.
Она считает, что мы люди, посвятившие вам жизнь, не нужны здесь, добавил Сун.
Она утверждает, будто мы плохие и никчемные наставники, сказал Хили.
Она посмела обвинить меня в мошенничестве! подхватил Чан.
Ну, ну, вмешался Фаару. Я уверен, госпожа посланница не это имела в виду
Тайши усмехнулась:
О нет. Именно это. Вы, самозванцы и подхалимы, позорите свое звание и положение.
Услышав это, мастера взорвались. Молчали только Тайши и Фаару, которому явно было неловко и боязно. А вот Тайши, казалось, скучала. Она достала из кармана персик и надкусила его.
Ну, ну, повторил Фаару, размахивая руками в тщетной попытке всех успокоить. Давайте соблюдать правила приличия!
Она сказала мне в глаза, что я купил свое звание! воскликнул Синсин.
Когда вы разорили школу мастера Чэня, а потом заняли его место начал было Ван.
Как вы смеете! Школа законно перешла в мои руки!
Наставники набросились друг на друга так, что их чуть не пришлось разнимать. Все мастера потрясали кулаками и уверяли, что именно их умения необходимы в войне против орд Катуа.
А если Цзяню придется сражаться с конниками? Стиль моей семьи владение копьем! У Хана больше конных воинов, чем звезд на небе!
А если он столкнется с лучниками? Я обучаю своих подопечных ловить стрелы на лету!
Цзянь кивал всем по очереди. Каждый из наставников играл особую роль в его обучении. Без них он не достиг бы таких высот.