Всего за 309.9 руб. Купить полную версию
«Точно! обрадовался Рыжий. Сжечь ее на костре!»
Все снова рассмеялись, потому что Рыжий когда кричал: «Сжечь ее на костре!» то корчил смешные рожи.
И я тоже рассмеялась и оглянулась на Димку и показала ему, что мне совсем не страшно.
Но Железная Кнопка опять не поддалась общему веселью.
«Лохматый, приказала она, выруби Рыжего, чтоб не кривлялся».
Рыжий сам сразу сдался, он закричал:
«Я как все!.. Я ей ничего не прощаю!.. Подлетел ко мне: У-у-у, трепло-о-о!»
«Ладно, Рыжий, потом будешь орать, а сейчас помолчи. И забудь про свои дурацкие шутки, сказала Железная Кнопка. У нас серьезный разговор и серьезное дело».
Знаешь, дедушка, сказала Ленка, у Мироновой очень сильная воля. Я тогда снова подумала: не зря ее прозвали Железной Кнопкой, не зря.
«Так простим мы ее или не простим?» Глаза ее прямо испепеляли всех.
И тут все заорали кто что:
«Не простим!..»
«Простим!..»
А я еще ничего не понимала и закричала:
«Не прощайте!.. Не прощайте!..»
«Тихо!» остановила всех Железная Кнопка.
Миронова знала, что все ждут, что же она скажет, и поэтому снова тянула по своей привычке, а потом с восторгом объявила:
«Бессольцевой бойкот!»
И все дружно подхватили:
«Бойкот! Бой-кот!»
В это время кто-то дернул дверь из коридора, а потом застучал и закричал, чтобы мы немедленно открыли. Мы узнали голос Маргариты.
Я испугалась, что она ворвется и выдаст Димку. А он еще сильнее меня испугался. На цыпочках подбежал к двери, приложил палец к губам: мол, все молчите!
Тут, конечно, мы притихли. И я, дурочка, тоже, как он, приложила палец к губам и вертела головой во все стороны, чтобы никто не издал ни шороха, ни звука.
Маргарита стучала и стучала:
«Немедленно откройте!»
А Димка, бледный-бледный, ни кровинки в лице, стоял около дверей. Смотреть на него было невозможно так он дрожал. А Маргарита не отставала:
«Откройте, откройте!»
Железная Кнопка подошла к Димке, оттолкнула его, открыла дверь, и перед нами появилась Маргарита. Она подозрительно спросила:
«Какой еще бойкот?.. Что тут происходит?»
Мы молчали.
Но тут, на наше счастье, кто-то из коридора позвал:
«Маргарита Ивановна!.. Вас Москва вызывает!»
Ну а когда Маргариту вызывает Москва, она обо всем забывает.
Она рассеянно посмотрела на нас, словно забыла, чего она так стучала и что ей надо, улыбнулась, махнула рукой и убежала.
Железная Кнопка невозмутимо закрыла дверь и спросила, обращаясь к классу:
«Значит, Бессольцевой»
И ей дружно ответили:
«Бой-кот!»
«Бойкот!» крикнул Васильев, задыхаясь от смеха.
«Никто, слышите, ни один человек не должен с нею разговаривать, требовала Железная Кнопка. Пусть она почувствует наше всеобщее презрение!.. А тому, кто нарушит клятву, мы тоже объявим самый жестокий бойкот! Наш пароль: Бойкот предателю!»
«Даешь бойкот! неслось с разных сторон. Да здравствует справедливость!»
«Ух, повеселимся! А, Сомов?! затрещал Валька. Погоняем твою подружку!.. Давай, давай крикнем вместе: Бой-кот Чу-че-лу! приставал он к Димке. Чего же ты не кричишь?»
Димка криво усмехнулся и промолчал.
А все кругом заволновались, засуетились:
«Как же? Сомов против бойкота?»
«Сомов отделился от всех! Ай-ай-ай!..»
«Ты что, Димочка, правда против бойкота? спросила Шмакова. Нехорошо идти против коллектива, неправильно».
Димка продолжал криво усмехаться, хотя ему было не до смеха.
Валька понял, что Димка растерялся, что он засбоил, и прилип к нему:
«Ну поднатужься, поднатужься, Сомик! И хватал его руками, и тормошил, и восторженно ржал, понимая, что добивает Димку. И прыгал, и танцевал вокруг него. Ну давай, давай же вместе: бой-кот Чу-че-лу!.. Ему нравилось так выкрикивать, и он почти пел: Бой-кот Чу-че-лу-у-у!» И наседал, наседал на Димку.
Я не выдержала; мне жалко было Димку, и я крикнула Вальке прямо в лицо:
«Бой-кот!.. Бой-кот!..»
Валька от неожиданности перепугался и отскочил:
«Ты что, ошалела? Орешь в ухо!»
А внизу во дворе в это время разворачивалась своя жизнь, и в этой жизни наступил торжественный момент шоферы автобусов завели моторы. Этот гул достиг наших окон, и Шмакова закричала:
«Автобусы уходят!»
Мы прилипли к окнам и с завистью смотрели на бурлящий школьный двор, перебрасываясь редкими словами по адресу отъезжающих:
«Смотрите, Маргарита с цветами Ох, ох, довольная!.. сказала Шмакова. Какая важная Невеста!»
«Заметила нас Улыбайтесь ей, улыбайтесь, приказала всем Железная Кнопка и сама тоже улыбнулась. Сделаем ей ручкой. Она помахала рукой Маргарите. Пусть не думает старушка, что мы откинули копыта от переживаний».
«Уезжают Голос у Рыжего задрожал. А мы!..» В глазах у него стояли слезы.
«Машет нам наша наседка, противно хохотнул Валька. Хорошо бы ей плюнуть на голову Она стоит ей шмяк по макушке!»
«Ну и подонок ты!» вдруг возмутился Лохматый.
«Почему подонок? ответил Валька. А что она с нами сделала?»
«Опять машет, хмыкнул Лохматый. Может, зовет нас, чтобы мы поздравили ее со свадьбой?»
«Я мимо училки бежала и увидала в открытую дверь, как учителя там поздравляли Маргариту. Они пили чай с большим-большим тортом, вырвалось у меня. Я всунула голову и сказала: Маргарита Ивановна, а я вас тоже поздравляю. Они все смутились, даже смешно. А директор подавился чаем и закашлялся И все после этого засмеялись»
«Ты ловка, заметила Железная Кнопка. Предатель, да еще и подлиза».
«Миронова, полегче на поворотах», заступился за меня Васильев.
Ну а Димка-то что? почти крикнул Николай Николаевич.
Димка?.. Ничего. Он успокаивался это было видно. Правда, когда Железная Кнопка сказала мне, что я подлиза и предатель, то он быстро отвернулся от меня, чтобы я не перехватила его взгляд. А в это время Маргарита снова замахала нам рукой. И Шмакова тогда сказала:
«Чего она размахалась, наша мельница?»
«Ребята! заорал как безумный Рыжий. Это она нас зовет!.. Она передумала!»
«Передумала-а-а! Даешь Москву!»
Их как ветром сдуло они забыли и про меня, и про бойкот, и про Димку!.. Мы с Димкой остались вдвоем.
Тебе нравится «Уснувший мальчик»? спросила Ленка дедушку и быстро, не ожидая ответа Николая Николаевича, добавила: Ты не отвечай. Не надо А мне он очень нравится. Он на Димку похож. Только у «Уснувшего мальчика» улыбка испуганная, а у Димки надменная. А это большая разница. Раньше я этого не понимала. А теперь поняла, что я люблю испуганных людей. Ну, они вроде бы какие-то не такие, у них есть испуг за других.
Ленка посмотрела на Николая Николаевича и застенчиво улыбнулась:
Ты мне тоже поэтому нравишься А когда мы остались вдвоем в классе, то Димка стал вылитый «Уснувший мальчик», потому что он потерял свою надменность. Он так посмотрел на меня, как никогда. Грустно-грустно. По-моему, он хотел сказать мне что-то особенное, важное. Нет, не только то, что он всех выдал Маргарите, а что-то еще
Если бы я, дура, не рассмеялась, то он бы сказал. Видно было, что у него эти слова были на кончике языка. И все могло бы быть иначе. А я захохотала. Представляешь?.. Дура!
Ну, он и бросился от меня бежать. А я за ним. Прыгала через две ступеньки, когда неслась по лестнице, и мне было весело-весело В последний раз было весело.
Ленка вновь замолчала. Лицо у нее изменилось. Для Николая Николаевича оно уже давно было открытой книгой. Когда он замечал, как горько опускались у нее уголки губ, то знал: она вспоминала что-то печальное.
Дедушка, неужели мне больше никогда не будет весело? спросила Ленка. Неужели жизнь прошла?
Что ты!.. Что ты!.. испугался Николай Николаевич. Опомнись, Елена!.. Задумайся над смыслом своих слов. Мне скоро семьдесят, а я еще надеюсь, у меня есть еще многочисленные планы Он говорил невпопад. То ли еще было в твоей жизни. Вот слушай! Однажды Ты тогда единственный раз приехала ко мне в гости, мама тебя привезла. Конечно, ты ничего не помнишь, маленькая была. И вот однажды ты исчезла из дома. Паника поднялась пропала девка!.. Я тебя нашел около «Уснувшего мальчика». Ты ему одежду принесла. Ждала, когда он проснется, и хотела, чтобы он оделся и ушел с тобой. Ты все ждала, ждала, когда же он проснется!.. Я тебе говорю: пора домой. А ты как стала реветь: хочу, чтобы он проснулся, и баста!.. Еле унес тебя.