Всего за 109 руб. Купить полную версию
Ну и где тут любовь?
Пишу за читателя это мудрая будет любовь; проанализировал все возможности, проявил характер, добился желаемой женщины: она обожает тебя, ты победитель! а сейчас у вас получилось она поставила тебя на колени и ушла к другому; или тебя утешают японцы, считающие, что «любовь это мать одиночества»?
Меня утешает уже тот факт, что она была. Добиться и обладать в этом счастье?
Ну, очень умудренный жизнью читатель люби себя, люби детей, а женщину покори и владей; создай себя, построй свой мир; стань таким, рядом с которым она почтет за честь быть: женщины подчиняются только силе.
Она не такая.
Тот же тип все женщины одинаковы; просто некоторые даже себе не хотят в этом признаться, но очень бывают рады, когда их переубеждают; добившись мужа, они считают, что достойны лучшего; а тебе пора видеть мир таким, каков он есть, не идеализируя никого и ничего; помни: не предают только враги, но всегда предают женщины и друзья .
Да, наверное, так и надо жить: упал, встал, отряхнулся и дальше но не умею.
Тот же тип учись!
Будь по-твоему. К своему диплому инженера-механика добавлю циничный взгляд на все ценности жизни и сделаю карьеру властелина первобытного мира.
Ночью мне приснился Челябинск в дожде. Я бродил, на улицах никого только дождь мелкий, нудный, осенний, запах дождя и я. Уже забыл, когда в последний раз видел подобные сны все больше кошмары одолевали.
В превосходном настроении проснулся утром.
Мы уже плыли. Хозяин вернулся ночью с бала, и сразу отчалили. Может, забыли кого из команды на карнавале? Во мне циник ликует: ноги ходят пусть догоняют!
Погода, пейзажи за бортом умереть не встать! Если б еще сейчас встать. Клянусь! запрыгал бы на одной ноге по плоту, вереща, как после приема у венеролога: «Я у мамы дурочка, три пера не курочка!» Но, увы, спинка болит, ножки немощны так что, лежу и любуюсь. Вот и хорошо, вот и ладненько то, что доктор прописал.
Лука Максимыч Чернохвостов, короче хозяин, напротив, не в духе глянул на сияющую рожу мою как москвич на урюпинца, и пошел изучать результаты ревизии.
Вечером похвалил:
Да ты молодец! Далеко пойдешь.
Если бы Максим Лукич обладал даром предвидения, он вряд ли стал благодушествовать по этому поводу. В жизни действительно не все получается так, как хочешь. И я решил помолиться, как простой смертный: «Господи, молю тебя прости меня за самозванство и помоги на новой стезе! Я поставлю тебе такую свечищу, что ты с облака рухнешь. Я никогда ничего не просил у тебя и несу безропотно по воле твоей крест неходячего. Помоги мне только сейчас один раз, всего один раз, а там уж я как-нибудь сам. Ведь это такая малость для тебя и так важно для меня. Прости и помоги!»
За ужином «кормил» народ скабрезными анекдотами из нашего мира «осовременив» их, чтобы поняли. Дело было вечером, делать людям нечего ржали все. М-дя, мужики есть му-жи-ки, в какой эпохе не живи темы одни. Оно и понятно телевизоров нет, а свободное время проводить как-то надо.
Хорошо. Приятно посидеть и немного расслабиться в окружении пусть первобытного, но все же человеческого общества. В прошлый визит в пещеру Титичных гор в наперсниках, помнится, был у меня тираннозавр. Молчун, а как пасть разинет береги уши!
Забавно это вернуться почти через десять годов прямиком в то место, где уже был, и застать его постаревшим на сотнюдругую тысячу лет. И что интересно, тогда мне власть сама в руки шла, а я от нее на костер, в бега. Теперь, вернувшись изощренным циником, не отягощенным более ничем, кроме собственноручно установленных принципов, никак ее достичь не могу. Парадокс? Да, так и есть, но в любом противоречии есть свои закономерности надо просто подходить к ним с несколько эгоистической точки зрения. Достаточно встроить происходящее в собственную систему восприятия, и тогда оно становится неотъемлемой частью личности. Это помогает легко перенести изменение мира и собственную физическую беспомощность. По крайней мере, внешне я от здешнего первобытного человека ничем не отличаюсь. Ну, может, волосы у меня потемней, а кожа светлей, да глаза не такой голубизны. Сейчас это не имело значения. Ведь никто из них не сказал, что я пришел из другого мира, и на версию моего божественного происхождения не шибко-то повелись. Ну, а что до моего сознания. Это отдельный разговор.
Вот памятью перегружен, как минимум на двух человек. Что же она такое, наша память? Странная человеческая способность помнить прошлое и мысленно переживать его вновь? Не то жестокий палач, не то великий дар не забывать ничего и черпать силу из воспоминаний, пусть горьких порой. Для каждого верен свой вариант, но я предпочитаю второй. Ведь, ныряя в прорубь, рассчитывал попасть к людям Падающей Воды тем самым, что хотели назначить меня Хранителем Веры. Теперь готов был им стать, а попал вот сюда. Завидую ли себе, тогдашнему? Знаю, что зависть это мысленная кража. Знаю если жаждешь чего-то добыть у другого, готовься вместе с добытым принять и его заботы, тревоги и муки. А тут своих полон рот не до зависти!
Между тем, плот плыл по течению все, кроме двух мужиков на рулях, сидели у огня в закопченной глиняной чаше и внимали хозяину, подводившему итоги вояжа.
Мой плот остров чистоты в море грязи, око разума в буре безумия, Черный Хвост говорил серьезно, совсем не подозревая о мелодраматическом звучании своего заявления.
Силился и никак не мог понять, к чему это он. Впечатление сейчас будет нас подбивать в речные корсары.
Низкий и угрожающий рокот грома прокатился по ночному небу.
Самый старый на плоту заявил:
Кости пророчили нынче грозу.
Может, не гром, возразили ему. Не сверкало вроде.
В тот же миг молния навернула, очертив берега, и раскатился гром над рекой. Сильный холодный ветер заставил водную гладь вспениться рябью. Воздух отяжелел, набухая дождем. Мир перевернулся с ног на голову в одно мгновение.
Я вдруг заметил, как тяжело опустились плечи хозяина вид его стал удрученным: он был явно напуган. От каждого звука вздрагивал так, что я бы не удивился, услышав, как его кости в суставах щелкают друг о дружку. При свете молнии увидел, что и глаза моей спасительницы засверкали от ужаса и непролитых слез. От грохота грома женщина закрывала лицо руками.
Новый разрыв снаряда небесного пробил дамбу, и хлынул поток ледяного дождя. Все кинулись прятаться, а я остался у потухшего мангала неходячей рекламой позитивного мышления. Потом обо мне вспомнили и перетащили в палатку.
Гроза порвала ночь.
Утро было низкое и голубое проколотое высокими соснами на берегу. Воздух чист и так ясен, что казалось возможным разглядеть все пространство до моря, к которому стремилась река. Густые ивы в клочьях тумана чернильными пятнами отражались в воде. Ветер еще дремал после вчерашней грозы.
Нет нужды быть честным с самим собой дикари панически боятся грома. Усвоим.
Несколько дней прошли безо всяких событий. Тишина ночей нарушалась время от времени лишь порывами ветра в листве, криками ночных птиц, рычанием и воем невидимых в темноте животных. Я тяготился бездельем.
Как-то полуденным зноем большая любопытная ворона заглянула в мою палатку.
Чего ты хочешь? спросил, не удивляясь, что не вижу ничего дурацкого в подобной беседе с дикой птицей: ведь в тот мой визит в эти края я понимал их язык.
Птица глядела, почти не моргая.
Ты хочешь покушать?
Ворона подняла одно крыло и, засунув под него голову, клювом принялась очищать перья, выискивая блох.
Или ты прилетела болтать?
Гостья переступила с ноги на ногу, тряхнула головой и уставилась на меня одним глазом.
Тебя Господь прислал?
Ворона сохраняла спокойствие.