Всего за 199 руб. Купить полную версию
Ни один уважающий себя финикиец никогда бы не появился на этих островах, если бы не олово. Сейчас, когда все давно привыкли пользоваться железными орудиями, трудно представить, что это было не всегда. В те времена железо плавить не умели, и оно считалось огромной ценностью. Даже правители страны Та-Кемет, чье богатство не имеет равных во всем Средиземноморье и чьи войска столетиями хозяйничали в Ханаане, хвастались перед окружающими перстнями, где железные камни обрамлялись золотом, серебром и жемчугом. Не было тогда металла ценней железа! Сейчас времена той славы железа, как и величие страны Та-Кемет давно прошли. Былые правители Ханаана давно потерли независимость и уже столетия покорно служат сменяющим друг друга завоевателям. Теперь над ними стоит потомок самого удачливого из диадохов великого Александра Птолемей III Эвергет. Да и саму страну Та-Кемет завоеватели называют по-своему Айгиптос.
Все орудия от сельскохозяйственных и ремесленных до военных изготавливались в ту пору из бронзы сплава меди с оловом. Медь встречалась часто и активно разрабатывалась уже тысячелетия, а олово металл редкий, залежи которого отсутствовали в большинстве стран. За поставки олова даже великие империи были готовы платить большие деньги, поэтому, когда стало известно о его больших залежах на Туманных островах, торговцы из всех финикийских городов рванули туда наперегонки.
Тир, как самый богатый и сильный из финикийских городов, основательно подошел к делу и основал Гадир. На протяжении трех столетий новая крепость была главным перевалочным пунктом на западных путях, постепенно вырастая в главный город финикийского Запада, пока не появился Картхадашт.
Возникновение Картхадашта связано с приходом в Ханааном новой силы Ассирии. Её войска с железным оружием пронеслись по земле финикийцев, сметая все на свое пути. Как следствие часть населения Тира во главе с дочерью царя Элиссой отправились искать новую родину. Так появился Картхадашт, по-финикийски Новый город. Элисса стала первой правительницей города, но её потомки не смогли удержать власти, и поэтому сейчас Баркиды всего лишь один из владетельных родов, а не цари Картхадашта.
Расположенный в удачном месте, Картхадашт постоянно богател и развивался, периодически принимая новые волны переселенцев из Тира. Напряжение между ним и Гадиром также постоянно росло и возможно дело дошло бы до открытого столкновения, если бы не возникла третья сила, точнее сразу две.
К северу от Гадира в устье реки Бетис сформировался город Тартесс, подчинивший себе окрестные территории и создавший государство во главе со своими царями. Опираясь на серебряные рудники в горах Сьерра-Морена на севере своей державы, тартессийцы повели ожесточенную борьбу с Гадиром за контроль над иберийской торговлей. Не в силах справиться самостоятельно, Тартесс обратился за помощью к эллинам.
Эллины кинулись колонизировать Иберию гораздо позже финикийцев, но куда более активней, буквально за несколько десятилетий появилось несколько поселений. Если бы военная доблесть эллинов была равна их поселенческой и торговой активности, скорее всего от владений финикийцев ничего не осталось. Однако, хвала Милькарту, этого не произошло.
Изнемогая под двойным натиском, Гадир попросил помощи и Картхадашт откликнулся. Оттеснив на второй план сенат, удачливые военачальники Картхадашта объединили финикийские колонии в Африке и Иберии. Их войско в союзе в этрусками нанесло сокрушительное поражение эллинам при Алалии, после чего они были вынуждены очистить большинство колоний в Иберии.
Оставшись одни, тартессийцы отчаянно сопротивлялись, но в итоге проиграли. Их столица Тартесс была взята штурмом и разграблена, держава разрушена. Даже народ сменил название, превратившись из тартессийцев в турдетанов. Картхадашт стал главным городом финикийского Запада.
Все что осталось от некогда древнего и великого города Тартесс, превращенного в груду развалин, это изделия его мастеров, чудом дошедшие сквозь столетия. Одно из них золотое блюдо с искусно вычеканенной сценой свадьбы когда-то молодой Хамилькарт подарил своей жене перед помолвкой.
На секунду отвлекшись от мыслей Хамилькарт вздохнул. Его жена умерла год назад, и он до сих пор не может её забыть. О сыновьях и говорить нечего. Магон периодически плачет по ночам, Аздрубаал предпочитает мрачно молчать, единственное исключение Ханнибаал.
Старший сын и радовал и пугал отца. Пугал тем, что абсолютно не интересовался детскими развлечениями, любые игры оставляли его равнодушным. Как-то резко и внезапно он повзрослел после клятвы в храме Милькарта.
Но больше было радости. Все учителя Ханнибаала в один голос восхищались его талантами. Эллин Критий прямо сказал, что учить его сына языку Эллады уже не нужно, за два года пройден курс, рассчитанный на десять лет. Еще год и первенец закроет весь курс алгебры и геометрии. Гадирец Абдмилькарт передал Ханнибаалу почти все свои знания о племенах, территории и богатстве Иберии. Зять Хамилькарта Аздрубаал Красивый, которого попросили обучить риторике, полушутя предлагает Ханнибаалу уже выступать вместо себя у него лучше получается. Недовольство выражают только жрецы слишком мало времени наследник уделяет жертвоприношениям и чтению молитв, все время проводит за книгами. Даже без ошибок проведенный обряд посвящения Баал-Хаммону их не слишком успокоил. Как будто он готовит из Ханнибаала жреца, а не воина!
Хамилькарт вернулся к нити прерванных воспоминаний. После победы в Иберии Картхадашт двинулся на Сицилию, но встретился с ожесточенным сопротивлением эллинов, объединившихся вокруг Сиракуз. Бои шли с переменным успехом более двух столетий, династия Магонидов, некогда правящая Новым городом, пресеклась после неудач последних её представителей. Однако благодаря милости богов, картхадаштцы переломили ситуацию и подчинили своей власти почти всю Сицилию. Но тогда царь Сиракуз Гиерон II обратился за помощью к Риму, что привело к последней войне.
Бывший в шаге от захвата всей Сицилии, после поражения от Рима Картхадашт был вынужден полностью очистить остров, а после великого восстания наемников, лишенных жалования, потерял контроль над Сардинией и Корсикой. Границы державы Картхадашта были отброшены на несколько столетий назад, и Иберия оказалась единственным шансом на укрепление своей позиций.
Однако после поражений власть Картхадашта и здесь стала эфемерной и перестала признаваться за пределами финикийских колоний. Все предстояло завоевывать заново и выполнение этой задачи народ и военачальники Картхадашта несмотря на сопротивление значительной части миата возложили на него Хамилькарта Барку ставшего рабимаханатом.
Сложность задачи Хамилькарт понял сразу же когда высадился в Гадире с армией, состоявшей из двадцати тысяч пеших воинов, трех тысяч всадников и двадцати слонов. Его предложение о возврате к старым временам и выплате дани ближайшие соседи турдетаны с презрением отвергли, как будто и не было разгрома Тартесса. Понимая, что за этим последует, они обратились за помощью к своим восточным соседям бастетанам и оретанам, а затем и к племенам кельтов за горами Сьерра-Леоне. Вождь кельтского племени турдулов Истолатий, откликнувшись на зов, привел с собой столько людей, что стал командующим объединённой армией.