Всего за 149 руб. Купить полную версию
Тётя Наина была почти без макияжа, лишь губы её были накрашены малиновой помадой. Мне подумалось, что она нанесла её специально к моему приезду; в обычной же жизни она не делала макияж, потому что не приучила себя его делать или в какой-то момент отвыкла, утонув в науке и утратив надежду на то, что найдётся кто-то, кому есть дело до её наружности.
Тётушка была настроена доброжелательно. Она обняла и поцеловала меня, и мне дорогого стоило держать оборону и не давать ей свой чемодан, потому что тётя Наина решительно наступала, будучи уверенной в том, что девочке-подростку негоже носить тяжести. Я же считала себя достаточно взрослой и сильной, чтобы нести его самостоятельно.
Нефтекамск встретил меня приятной погодой было 23 градуса, светило солнце, на посадках вдоль улиц чирикали воробьи, и всё это создавало атмосферу новизны, пусть и улицы в Нефтекамске были сплошь и рядом застроены старыми домами.
Квартира тёти Наи наверняка лет 20 назад казалась современной и даже роскошной: 2 комнаты, довольно широкий коридор и немаленькая кухня были обставлены добротной мебелью, хотя в наши дни, конечно, никто уже так ремонт не делал, и мебель эта массивная давно вышла из моды, оставаясь разве что в квартирах среднего достатка бабушек.
Тётя щедро отвела мне большую из комнат, выдала набор полотенец и пригласила на кухню. Там ждал меня куриный суп и сырники на десерт. Потом мы сидели в моей комнате, обсуждали текущие события из жизни, я вынимала родительские гостинцы из своего чемодана, развешивала одежду на вешалки и отправляла в шкаф. После часового отдыха мы пошли на прогулку по району и в продуктовый магазин.
С тётей Наей было комфортно: она была приятна в общении, предоставляла мне свободу выбора и присутствовала поблизости ровно столько, сколько требовалось, чтобы я не чувствовала себя одиноко и вместе с тем имела достаточно возможностей расслабиться наедине с собой.
Специально по случаю моего приезда тётя Ная оформила отпуск. На следующий день мы поехали гулять по городу и посетили историко-краеведческий музей, ещё через день побывали на огородах у её знакомой, а вечером пошли в кино. Я была благодарна тёте Нае за культурную программу и в полной мере осознавала, что чувствую себя здесь гораздо лучше, чем в привычной обстановке в Москве.
К среде я стала одна гулять по району и бегать в магазин за хлебом, а к концу недели отважилась на поездку в центр на маршрутке. У меня были карманные деньги, и я поняла, что пришла пора их потратить на диковинные нефтекамские безделушки, а может быть и на нечто такое, чего и в Москве навалом.
Я села в маршрутку и покатила к станции.
В субботу утром в путь отправилась не я одна, но и многие другие обитатели нашего умиротворенного района семейные пары без личных автомобилей, бабушки с маленькими вертлявыми внуками и прочие обычные категории граждан.
Я сидела на одиночном месте прямо у двери, смотрела в окно и думала о своём, как у меня это обычно бывает в транспорте. Маршрутка уже преодолела некоторую дистанцию, когда водитель протянул в пустоту руку с бумажной и металлической сдачей.
Он так и держал эту руку, не говоря ни слова, а потом всё же выдавил из себя: "Молодой человек!"
Но человек не реагировал.
Эта вытянутая рука мешала мне продолжать спокойно размышлять, глядя на скромную башкирскую природу. Я не выдержала, встала с места и приняла денежный груз из руки водителя.
Развернувшись к хвосту нашего судна, я пошла вперёд в поисках пассажира, как заметил бы какой-нибудь доморощенный остряк, наверняка потерявшего счёт деньгам.
Через 2 сиденья от меня сидел парень в толстовке с капюшоном на голове, надетой поверх серой футболки. В ушах виднелись наушники; отрешенный вид его позволял сделать предложение, что он так абстрагировался от внешнего мира, что не услышал зова водителя, и именно ему в действительности принадлежат все эти монеты и банкноты.
"Молодой человек" невольно скопировала я реплику водителя, когда поняла, что простой взгляд на него в упор не вернёт его на землю.
Тут же юноша встрепенулся и направил на меня свои причудливые глаза почти синие, недоумевающие и как будто недоброжелательные -
"Да, это моё". У него слегка покраснело лицо, он забрал у меня деньги и встал с места, чтобы достать из кармана кошелек.
"Спасибо," великодушно отвесил он в качестве премии, по-видимому сделав над собой усилие.
Я кивнула, вернулась на свое место и теперь уже не могла вспомнить, о чём размышляла вначале. Я стала рисовать портрет этого мальчишки: сначала вспомнила, как он был подстрижен и какого цвета у него были волосы. Потом начала домысливать его характер, отношения дома и в классе, жизнь в будущем
Почему-то этот хмурый и закрытый образ показался моему уму занятным ум зацепился за привлекательную, одному ему заметную шероховатость и ходил кругами, раскручивая разнообразные сценарии и не желая переключаться.
"Интересно, сколько ему лет?" сыпались всё новые и новые проявления любопытства.
Затем всполохи воображения пошли на убыль, и я бы теперь не вспомнила об этом эпизоде, если бы не столкнулась с незнакомцем снова.
Прошло дня три или четыре. Я была в хозяйственном магазине по важному поручению: тёте Нае срочно требовался порошок для растворения раковинных засоров.
Я в растерянности разглядывала витрины, потому что боялась раскрыть рот и спросить у продавца про искомый товар напрямую. Теплилась надежда, что я увижу препарат на витрине, а потом наверное, сознание втихомолку рассчитывало на то, что я смогу просто ткнуть пальцем в стекло, и продавец, как вендинговый автомат, выдаст мне покупку, не принуждая к диалогу.
Тут деревянная дверь, которая примыкала к железной, как подкрылья к надкрыльям у жука, распахнулась, и в магазине материализовался ну конечно, этот хмурый парень, кто же ещё? Привет!
Извините, вы не разменяете 5 тысяч?
Вчера кассу сдали, отозвался продавец.
В магазине больше никого не было только продавец, пришлый юноша и я, и дело прямой наводкой шло к тому, чтобы мы опять поговорили.
А у вас нет мелких денег? и он опять вперил в меня свой тяжёлый взор взор человека, которому тяжело смотреть в глаза собеседнику.
К слову, я тоже преодолевала себя каждый раз, когда приходилось это делать.
Было видно, как через мгновение он узнал меня, причем не просто начал копаться в голове, пытаясь вспомнить, где до этого мог меня встретить, а сразу воскресил в памяти и маршрутку, и сдачу, и своё смущение.
Мы узнали друг друга, но не находили повода, чтобы объявить об этом.
Поэтому парень безмолвствовал, а я уже раскрыла бумажник и пыталась найти деньги для размена.
Родители щедро профинансировали меня, собирая в долгое странствие, так что я сама удивилась, что смогла быть ему полезной, я отсчитала 5 бумажек по тысяче рублей каждая и протянула парню.
Он по всей видимости слабо надеялся на то, что у сопливой девчонки могут водиться такие суммы, и задал мне свой вопрос скорее из вежливости. Однако, как это часто бывает, помощь пришла оттуда, откуда её меньше всего ждали.
С изумлением юноша принял деньги, отдал мне крупную купюру, собрал волю в кулак и продублировал уже единожды сказанное мне "спасибо".
Было бы уместно пошутить на тему того, что уже второй раз за неделю я выдаю ему деньги, что я, как финансовая богиня, предстаю перед ним в нужный момент, обмахивая его зелёным веером; можно было придумать и что-нибудь поостроумнее, но ситуация была слишком стрессовая для нас обоих, слишком много требовалось волевых принуждений, а муза, в том числе муза юмора, не терпит, как мы знаем, даже малейшего насилия.