А может быть и не видел. Но я сразу почувствовал – это Наталья.
Живот свело холодом, ноги будто отнялись. Я с трудом заставил себя дойти до лифта и нажать вызов. Где то внизу хлопнула дверь, но лифт уже подъехал к девятому этажу. Я вошел, но нажимать кнопку первого не стал.
За меня это сделала Наталья – и лифт послушно пошел вниз.
Трудно становиться бандитом, четверть века прожив вполне честно и порядочно.
И очень не хочется в тюрьму за бандитизм.
Из внутреннего кармана куртки я достал нож, купленный два часа назад в ларьке у метро. Дешевая китайская подделка под какую то знаменитую марку. Плевать. Мне важен был его устрашающий вид – узкое длинное лезвие с хищными зазубринами и «кровостоком». Если бы в ларьке продавались убедительно выглядящие муляжи пистолетов – я купил бы муляж пистолета.
В тюрьму не хотелось ужасно.
Дверь лифта с шипением открылась и некрасивая девушка Наталья шагнула в лифт. Даже не шагнула – качнулась, занося ногу, но тут же увидела меня, глаза ее округлились, она попыталась отпрянуть.
Схватив ее за плечо, я втолкнул девушку в лифт. Прижал нож к горлу – движение оказалось таким естественным, будто я всю жизнь подрабатывал маньяком насильником, промышляющим по лифтам.
– Я буду кричать, – сказала Наталья, косясь на нож.
– Почему же не кричишь? – спросил я. Сложенный зонт упирался мне в ногу, Наталья его упорно не выпускала. В другой руке у нее был пакет с какими то продуктами.
– Отпустите, я вас не знаю! – громко сказала девушка. – Отпустите меня!
Я нажал кнопку шестого этажа.
– Врешь. Ты меня помнишь. А это значит…
Ее глаза забегали по моему лицу. Она облизнула губы. Осторожно покачала головой:
– Вы с ума сошли. Вас посадят. Знаете, как в зоне с насильниками поступают?
– Наталья, вы слишком спокойны, – сказал я. И только сказав, понял – попал в точку. Она слишком спокойна для женщины, на которую с ножом напал… да неважно кто – маньяк или облапошенный накануне лох.
– Вы не убийца. Вы меня не тронете.
– Проверим? – спросил я. – Вы лишили меня всего. Квартиры, работы, друзей, документов. Мне терять нечего!
– Жизнь, – коротко ответила она.
– Это не так уж и важно, – я перехватил нож поудобнее, так, чтобы острие покалывало шею в районе артерии. – Только пикни – я ударю.
Лифт остановился. Открылись двери.
– Рекомендую вести себя так, словно мы старые хорошие друзья, – сказал я, обнимая Наталью за плечи. – Спокойно откроешь дверь и мы войдем в квартиру. Договорились?
Если я все рассчитал правильно, и если Наталья не станет дергаться и кричать, то нож через соседский глазок не увидишь. Идут в обнимку парень и девушка, не терпится добраться до постели, что тут необычного? Именно такую картину и желает увидеть старая климактеричная стерва соседка.
Наталья дергаться не стала.
Щелкнули замки, мы вошли в квартиру. Ногой захлопнув за собой дверь я зашарил по стене, нащупывая выключатель. Прямоугольник кухонного окна сочился умирающими сумерками. В комнате тревожно тявкнул Кешью. Было холодно – неужели до сих пор не топят…
– Выключатель ниже, – презрительно сказала Наталья.