Буквально единицы — Волков, Лосев, Федоров и еще
кое-кто — сразу поняли, что основа современного воздушного боя — вертикальный маневр и точный огонь, и умело пользовались этим.
— Это тебе было легко понять. Ты уже знал об опыте всей войны, да и на реактивных успел…
— Знаешь что, Кэт, — вступает в разговор Лена, — если мы их сейчас не остановим, они сядут на свои истребители и улетят от нас куда-нибудь
далеко-далеко.
Андрей смеется.
— В самом деле, мы увлеклись. — Он разливает по второй, а Кэт наливает вина. — К водке надо привыкать постепенно.
После того как вторую мы основательно закусили, я интересуюсь:
— А ты, часом, не выяснил, в чем конкретно будет состоять наша работа? Для чего нас так тщательно готовят?
Андрей качает головой, а Лена неожиданно говорит:
— Я приоткрою вам завесу. Судя по всему, Магистр готовит вас для выполнения особых заданий по своей теме.
— А что это за тема?
— Никто этого не знает. Доступ к информации строго ограничен.
Андрей хмурится.
— Ох! Не нравятся мне эти секреты.
— Если уж на то пошло, — подхватываю я, — мне все это вообще не нравится. Я на эту работу согласился только потому, что выбора у меня не
было.
— Так, Андрей садится на любимую лошадку, — замечает Лена.
— И что это за лошадка? — интересуется Кэт.
— Неэтичность нашего вмешательства в ход исторического процесса. По-моему, эта проблема мешает ему спокойно спать по ночам.
Катрин смотрит на меня с любопытством. Андрей порывается что-то сказать, но Кэт останавливает его, положив ему на руку свою ладошку.
— Не знаю, Андрей, как вам это все объясняли и вразумляли вас, но я попробую еще раз. Вот вам простая аналогия. По железной дороге идет
пассажирский поезд. Автоматы переводят стрелки, блокируют переезды, закрывают и открывают пути, задерживают встречные поезда на разъездах.
Но вот произошел сбой. Залипли нечищеные контакты, пробило транзистор, диспетчер вовремя не заметил или напился. А может сработать и злой
умысел. Поезд можно загнать в тупик — это полбеды. Хуже, если его загонят на ветку, где сняты рельсы. Еще хуже, если рельсы оборвутся на
недостроенном мосту. А еще хуже, если его пустят на ветку, по которой уже идет встречный поезд. И вот вы, зная об этом и имея возможность
перевести стрелку вручную, чтобы восстановить нормальное движение, предотвратить катастрофу, неужели вы пройдете мимо? Неужели вы
посчитаете неэтичным вмешаться и из этих же этических соображений предоставите пассажиров их страшной судьбе? Чему быть, того не миновать?
Не мной задумано, не мне и исправлять?
— Ну, Кэт! — не сдаюсь я. — Это слишком уж приземленная аналогия.
— Почему же? — говорит Лена. — Аналогия вполне удачная. Мы здесь только и делаем, что переводим стрелки. К сожалению, не всегда успеваем
это сделать.
— Довольно об этом, — прерывает Андрей дискуссию. — Думаю, Андрей уже давно принял решение, и сейчас он просто кокетничает. Давайте о чем-
нибудь менее отвлеченном и более приятном.
— Раз уж на то пошло, — предлагает Лена, — давайте обсудим, как мы отметим вашу защиту. А ведь она не за горами. Вам осталось пройти курс
МПП и официальное собеседование.