Зато под Рославлем, где наносится вспомогательный удар, картина иная. Немцы уже взяли Воргу и Екимовичи. Еще один удар наносится через
Шумячи. Участь Рославля решена. Его придется оставить. Но это не страшно, дальше немцам не пройти. Между Рославлем и Починком — сплошные
рубежи обороны. Идеальные условия для борьбы с танками. Если Гудериан вздумает повернуть туда, там его добьют окончательно. Операция по
окружению нашей смоленской группировки срывается.
Я иду в штаб докладывать о результатах вылета. Обращаю внимание, что в штабе сидит незнакомый мне младший лейтенант с эмблемами чекиста.
Выслушав мой доклад, Жучков говорит:
— Собирайся. Тебя вызывают в особый отдел армии. Вот посыльный сидит, за тобой приехал.
— Зачем это?
— Не знаю, товарищ гвардии капитан, — отвечает посыльный. — Я получил приказ доставить вас в армейское отделение Смерша, а зачем, мне не
объяснили.
— Наверное, это связано с твоей разведкой группы Гудериана, — предполагает Жучков.
— А при чем здесь Смерш?
Жучков пожимает плечами.
— Я пойду переоденусь, вы подождете? — спрашиваю я младшего лейтенанта.
— Конечно, конечно, — соглашается тот. Он явно робеет перед гвардейскими летчиками.
Узнав, куда я еду, Сергей мрачнеет.
— Что-то, друже, мне это не нравится.
— Мне самому не нравится. Только что они могут мне предъявить?
— Э! Был бы человек, а статья у них найдется!
— Брось. Сейчас война идет. Им не до этого.
— То-то и оно, что война. Под военное время они что угодно приписать могут.
— Не думаю. Скорее всего я им нужен как свидетель по какому-нибудь делу.
— Это по какому же?
— Пути ЧК неисповедимы.
— Вот-вот! Комиссар знает?
— Нет. Он на задании, а Лосев — в штабе дивизии.
— Езжай, а я, как Федоров прилетит, подойду к нему.
Мы с младшим лейтенантом садимся на мотоцикл и едем в Починок, где расположен штаб армии. То, что посыльный приехал за мной один и
преспокойно едет, имея меня на заднем сиденье мотоцикла, окончательно убеждает меня, что ничего серьезного в Смерше меня не ожидает.
Особый отдел армии расположился на окраине города в двухэтажном кирпичном доме. Мы с младшим лейтенантом проходим по коридору первого этажа
и останавливаемся перед одним из кабинетов. Заходим в “предбанник”. Там сидят три солдата и старшина. Посыльный говорит мне:
— Вы раздевайтесь, товарищ гвардии капитан, у нас тут жарко, а я пока доложу.
Я вешаю куртку на гвоздь. Младший лейтенант проходит в кабинет, через минуту возвращается и показывает мне на открытую дверь:
— Проходите.
В кабинете за столом сидит лейтенант. Жгучий брюнет. Вьющиеся волосы, высокий лоб, густые брови, полные губы, томный взгляд. Одним словом,
красавец-мужчина. Ни дать ни взять эстрадная звезда. Я представляюсь:
— Гвардии капитан Злобин.
Лейтенант не обращает на меня внимания и возмущенно кричит:
— Птицын! Почему он при оружии?
— Вы же не говорили…
— А вы на что? Порядка не знаете? Обезоружить! Быстро!
— Какого черта… — начинаю я, хватаясь за кобуру.