Всего за 199 руб. Купить полную версию
Твой дед Робби Фарнидак? Бродячий циркач? сощурился Колехорт.
Ну да. Мама на канате танцевала и яблоками жонглировала, когда отец её первый раз увидел. А что?
Ничего, пожал плечами Маркус и заставил себя подавить радость, видеть которую мальчику не следовало.
Кузен. Олаф Троу его кузен. Бабка Маркуса Эмери Дон и прабабка Олафа Руда Фарнидак были родными сёстрами, которые не знали о существовании друг друга, как это происходило со всеми Колехортами. Но Колехортам вёлся строгий учёт, имелись документы по родословной, а при наличии денег заполучить копию этих бумаг большого труда не составляло. До этого момента Маркус был уверен, что эта ветвь рода Колехорт оборвалась на Робби Фарнидаке, который в двадцатилетнем возрасте после серьёзного ранения, полученного в пьяной драке, навсегда потерял возможность иметь детей. Мать Олафа Ильза Кьюни была записана в документах как приёмная дочь Фарнидака. Подкидыш, которого спустя полгода после травмы Робби нашла в своём шатре цирковая гадалка Олидия Кьюди, вскоре скончавшаяся от лихорадки. На этом записи о ветви Фарнидак заканчивались.
Полгода Ильза вполне могла быть родной дочерью Фарнидака, а не приёмной. Гадалка могла быть родной матерью и провидицей, которая заранее знала и о своей скорой кончине, и о том, что дочери не позволят остаться с отцом. Сговор это был или нет, но в том, что Олаф не Троу, а Колехорт, Маркус не сомневался такого сильного дара, как у этого мальчика, ни в какой другой семье быть не могло. Чёрный Ветер принял Олафа всего за десять дней, и этот дракон был далеко не из покладистых. Даже у Маркуса на то, чтобы заслужить хотя бы минимум доверия этого чудовища, ушло бы месяца два, не меньше.
Давно Ветер начал облизывать тебе руки? на всякий случай уточнил Колехорт у вероятного родственника.
С первого дня, как ты разрешил его кормить, невозмутимо отозвался мальчик. У него коготь между прутьями клетки неловко провернулся и застрял, а я помог вытащить. Он меня после этого обслюнявил. Это плохо?
Что и требовалось доказать. Мальчик, которому дракон лижет руки в первый день знакомства, просто не может не быть Колехортом.
Нет, Олаф, это хорошо, тепло улыбнулся Маркус, надеясь, что в опустившейся на Предгорье ночной тьме юноша не увидит эту улыбку.
Глава 5. Тень времён
Красивая, но печальная легенда о золотых акильфийских драконах пришла из тех далёких времён, когда на огромном острове Сеар и других островных землях ещё не было королевств. Здесь жили драконы красные, чёрные, жемчужные, изумрудные, серые Но золотых в природе никогда не существовало, их создала другая магия. Магия любви.
В те времена людей на островах было совсем мало, но их поселения постепенно разрастались. Кланы делились, расселялись по равнинам и предгорьям. Разные виды драконов постоянно сражались между собой за территории и добычу, и люди, почитавшие крылатых чудовищ как богов, делали то же самое. Мира не было ни на земле острова, ни в небе над ним.
Единственный клан, который никогда не знал войны и потерь, жил на маленьком полуострове, отделённом широкой горной цепью от земель Сеара. Это был клан зеленоглазых колдунов и провидцев, которых почитали не меньше, чем драконов, потому что считали детьми богов. Каждый из воинственных вождей считал высочайшей честью заполучить в свою большую семью человека с зелёными глазами и магией в крови. Колдуны были неприкосновенными. Они могли прийти в любой из кланов и остаться там по доброй воле, но никто не смел удерживать их силой и обижать словом или делом суеверные островитяне боялись кар, которые разгневанные боги могут ниспослать за это на обитаемые земли.
Однажды в один из южных враждующих кланов пришла маленькая зеленоглазая девочка с чудесными золотистыми волосами. Зима в тот год выдалась суровой, и вожди даже не помышляли о набегах на соседей, потому что пытались уберечь своих людей от стужи, а малышка пришла босой и в одной тонкой рубашке, словно ледяной ветер не причинял ей никакого вреда. На подходах к селению девочке преградили путь два суровых, продрогших до костей воина. Она прикоснулась к каждому из них, каждому заглянула в глаза, и мужчины почувствовали, что холод сразу отступил. «Я принесла тепло», только и сказала она, и воины без лишних вопросов пропустили её дальше.
Малышка шла узкой тропой между хижинами, прикасалась маленькой ладошкой к стенам, и все, кто находился за этими стенами, сразу же согревались. Обойдя все хижины, она подошла к дому вождя, который с крыльца наблюдал за происходящим и сурово хмурился.
Я принесла тепло, Кадан, повторила девочка, бесстрашно глядя ему в глаза.
И что ты хочешь взамен? недоверчиво уточнил вождь.
Остаться.
Суровый вождь не только позволил девочке остаться, но и перед всеми людьми клана назвал её дочерью. Она не сказала своего имени, поэтому её нарекли Фадия огненная. Пламя повиновалось малышке с покорностью прирученного зверя, и поэтому её побаивались, но все знали, что колдуны не могут использовать магию против людей, поскольку это противоречит законам природы.
В клане Кадана сражаться умели не только мужчины, но и женщины, и дети. Обучение военному ремеслу начиналось сызмальства. Сначала это были просто драки, чтобы дети учились терпеть боль и защищаться. Дальше больше. Фадия тоже училась. Она не могла использовать людям во вред магию, но никто не запрещал колдунам брать в руки оружие.
К тому возрасту, когда юные девушки начинают привлекать мужское внимание, на зеленоглазую красавицу Фадию заглядывались все холостяки клана, но заявить о своих чувствах, желаниях или намерениях так никто и не решился. Она была как живой огонь и в жизни, и в бою. Завораживающе прекрасная и изящная, но безжалостная и скорая на расправу. В крови девушки бушевало пламя её колдовского рода, и она не признала бы власти над собой, а мужчины привыкли повелевать.
В набеги на другие селения Фадия не ходила, хотя к семнадцати годам считалась одним из лучших воинов клана.
Это варварство, заявила она Кадану, когда вождь предложил ей присоединиться к походу. Мне не нравится эта сторона вашей жизни, и навязывать свою точку зрения мы друг другу не вправе. Я буду защищать клан, но нападать ни на кого не стану.
И защищала. Она управляла кланом, когда приёмный отец уводил воинов в походы. В его отсутствие приказам Фадии подчинялись беспрекословно, поскольку знали, на что способна юная колдунья ради людей, которых считала своей семьёй.
В набеги никогда не уходило больше четверти воинов, и в селении оставалось достаточно тех, кто мог сражаться это было непреложное правило. Но однажды Кадан не вернулся из очередной вылазки, вождём стал его старший сын Ясар, и в клане многое изменилось. Новый вождь принимал осторожные решения, но не смог удержаться от опрометчивого поступка, когда земли острова сковала зимняя стужа.
Они сидят в своих норах и мечтают только о том, чтобы дожить до весны. На нашей стороне сейчас такое преимущество, какое нам никогда и не снилось, убеждал Ясар старейшин клана. Мы оставим здесь только детей, стариков и женщин на сносях, а остальных разделим на три больших отряда и выдвинемся одновременно в трёх направлениях на север, северо-восток и вдоль южного побережья. Фадия даст нам достаточно тепла своей магии, чтобы его хватило до конца зимы, а сама останется здесь. Мы уничтожим всех, кто способен держать в руках оружие, и к весне весь этот остров будет принадлежать нам.
Жадность застит тебе глаза, прямо заявила ему юная колдунья. Так ты потеряешь всё. Наши соседи умеют защищаться даже в такую стужу. Есть ещё и горные кланы, которые привыкли жить в снегах, и эта зима для них не намного суровее прочих.