Всего за 199 руб. Купить полную версию
Да. Я женюсь на отвратительно лживой, непроходимо глупой, невероятно доверчивой, катастрофически недальновидной и самовлюблённой истеричке. А зелье ей дал наш мудрый и справедливый король Эгдан.
Маркус брезгливо сплюнул, перекинул через плечо одеяло Таирии и зашагал обратно в сторону драконьей клетки, не забыв перед этим распорядиться, чтобы Хьюдрик отправил Микенора за конским навозом. В зловонии, которое он намеревался устроить в шатре невесты, не было никакой нужды Маркус просто хотел хоть как-то наказать маленькую идиотку за то, что она натворила. Во-первых от леди Таирии к утру будет вонять так, что она сама себя возненавидит. Во-вторых, она не выносит вида изуродованного лица Микена, в компании которого проведёт всю ночь. И в-третьих, после всего этого у неё точно не возникнет желания повторять содеянное, хотя зелье мерзавка так и не отдала.
Не всё из того, что Маркус наговорил своей будущей супруге, было правдой. Дикие чёрные драконы не пользуются помощью проводников в охоте постоянно они делают это только в том случае, если больны, слабы, ленивы или от старости утратили нюх, как это уже давно случилось с Чёрным Ветром. В первом месяце лета, когда первый раз зацветает подгорник, такие драконы порождают проводников, а потом просто движутся по особому магическому следу, который оставляет за собой стайка маленьких прожорливых чудовищ. След очень быстро исчезает, поэтому слабые драконы стремятся поскорее наесться от пуза и залечь в спячку до осеннего цветения горных трав.
Да, Колехорт хотел напугать Таирию, потому что прямо отвечать на вопросы она отказывалась, а ему нужно было получить от неё ответы. Чёрный Ветер её не тронет он винит в невыносимой боли Маркуса, потому что за долгие годы службы в гарнизоне научился распознавать вкус того, что получает из рук людей. В зелье добавляется много ингредиентов, но большинство из них не имеют ни запаха, ни вкуса. Особенную горечь даёт только дикий лук, который немного уменьшает боль, испытываемую драконами при отторжении чешуек, и сокращает продолжительность неприятных ощущений. Приходит человек, даёт горькое снадобье, и после этого немножко больно, но не настолько, чтобы нервничать так это выглядит для прирученных драконов. А с Ветром получилось иначе. К нему приходил Маркус и давал горькое зелье. После этого приходил ещё кто-то и тоже что-то давал, но ведь больно-то после горького, а болело сильно. Вывод тому, кто давал горькое, доверять нельзя. Вот и причина, почему дракон наотрез отказывался идти с новым хозяином на контакт.
Чёрный Ветер мог разорвать ничего не подозревающего Маркуса на куски сразу же, как только выбрался из клетки, но не сделал этого и даже подпустил к себе значит, можно не опасаться, что преданное людям существо кому-то навредит. Таирии об этом знать необязательно пусть трясётся за свою жизнь, она это заслужила.
Колехорт очень внимательно наблюдал за девушкой, когда разговаривал с ней, чтобы понять она действительно непроходимая тупица или только притворяется. Выяснилось, что глупости леди Эгри не занимать. Она даже бровью не повела, когда жених упомянул о том, что за гибель людей ей предстоит отвечать перед королём. Могла хотя бы изобразить ужас, но ума не хватило, чем девчонка и выдала зачинщика произошедшего. Неприятно, конечно, что король повёл себя подобным образом, но его мотивы были понятны владыка побаивался колдунов и не доверял Колехорту. Эгдан подарил молодому лорду только земли и титул, но не власть над опасными акильфами. Он просто использовал Маркуса в своих целях, как часто поступают правители. Успокаивало только то, что королю вряд ли было выгодно уничтожение населения Предгорья драконами-проводниками, поэтому в состав зелья Таирии наверняка входили ингредиенты, которые не позволили бы этому случиться. И первая, и вторая партия проводников наверняка издохли точно так же, как и те, которых отправлял Маркус. Дичи в горах достаточно, и Ветер вернётся сытым, но о том, что после всего этого выжил хотя бы один подданный первого лорда Акильфадии, можно было забыть. Поистине королевская подлость, иначе и не скажешь.
Колехорт действительно намеревался ночевать в клетке дракона, но не для того, чтобы этим поддержать ложь, скормленную недалёкой невесте он знал, что юный Олаф будет сидеть там и ждать возвращения Ветра. И одеяло он прихватил не потому, что оно пахло Таирией, а для мальчика, обгоревшая кожа которого была очень чувствительной к холоду. Духи Остановившись возле повозки, Маркус вынул пузырёк с духами из кармана и зашвырнул его подальше в кусты. Он и забрал-то их только ради того, чтобы выбросить его все десять дней пути раздражал приторно-сладкий запах, который леди Эгри почему-то считала сногсшибательным.
Олаф действительно сидел в открытой клетке прислонился спиной к холодным стальным прутьям и понуро уткнулся носом в согнутые колени. Услышав, что подошёл Маркус, юноша завозился, чтобы встать, но сразу же утонул под невесть откуда взявшимся мягким пуховым одеялом.
Держи, это тебе, сообщил лорд Колехорт, забрался в клетку и уселся рядом.
Спасибо. Не надо было, мне не холодно, пробурчал Олаф, стянув с головы край одеяла.
Сейчас не холодно, а ночью подморозит сильнее, невозмутимо сообщил ему Маркус. Признайся честно, это ведь ты выбрасывал чешую из клетки, да?
Я думал, что дракон просто линяет, честно признался парнишка. Они всегда линяют зимой. Ты давал Ветру зелье, потом забирал выпавшие чешуйки и уносил их, чтобы вырастить проводников, а про остальные даже не спрашивал.
Логично, поморщился Маркус. Вырастают проводники за несколько часов, летают практически бесшумно, всё это происходило ночью, когда все спали, и поэтому никто ничего не заметил. М-да Расслабься, я тебя ни в чём не виню, но впредь мне хотелось бы знать обо всём, что происходит с этим драконом. Он твой, но отвечаю за него всё-таки я.
Мой? снова переспросил Олаф недоверчиво.
Твой, кивнул Колехорт. Меня он признавать не хочет, но даже если бы и признал, мне довольно долго пришлось бы добиваться от него доверия и понимания, каких ты добился всего за десять дней. Я научу тебя всему, что сам знаю о драконах, но сначала мне очень хотелось бы узнать, откуда ты такой талантливый взялся. Ты знаешь своих предков?
Знаю, конечно, только они все умерли, пожал плечами юноша. Мы жили в Кенерии. Это остров недалеко от южного побережья.
Я знаю, где находится Кенерия. Расскажи о родителях, попросил Колехорт.
Олаф всё же набросил на плечи одеяло, устроился поудобнее и печально вздохнул.
Их убили кьорвиги. Они часто заходили на наш остров, забирали продукты, уводили скот, но никого не трогали, а в тот раз один начал лапать маму, отец вступился, ну и Я спрятался и всё видел. Мне пять лет тогда было. Потом приплыли люди из вашего гарнизона и увезли из Кенерии всех людей, домашних животных и птицу, чтобы остров не подкармливал врагов. Я не знаю, что конкретно ты хочешь услышать. Спрашивай, мне скрывать нечего.
Имена, откуда родом, бабушки, дедушки
А, понял, кивнул юноша. Мать звали Ильзой, а отца Шен. Они на остров жить сразу после свадьбы приехали, а до этого жили где-то на северо-востоке от столицы. Там ещё башня Юш находится.
Кеолкот, улыбнулся Маркус. Это большой торговый город на восточной границе. Издалека выглядит красиво, но чем ближе подъезжаешь, тем ужаснее воняет тухлой рыбой.
Не в самом городе, замотал Олаф головой. В городе они только познакомились. Там южнее есть большие фермы с полями. На одной из этих ферм вырос отец. Он из семьи Троу, они пасечники. А мама из семьи Фарнидак, они