Всего за 529 руб. Купить полную версию
Да. Не припомню точно, что в них, но мебели мало. Возможно, это были гостевые спальни или что-то в этом роде.
Ну да! Разве можно обойтись без семи-десяти гостевых спальных комнат?
Мои друзья спят на диване, когда мы выпьем лишнего.
А в моем мире отчаливают домой на такси.
Похоже, мои приятели живут дальше ваших.
Мы заглянули в первую открытую дверь, и я впервые забыла про страх. Высвободив руку из твердой пятерни Самира, я вошла внутрь, привлеченная видом, который открывался в длинных витражных окнах. Они выходили на фермы и поля, волнистые холмы и лес, высившийся по краю, как граница Волшебной Страны. Тут и там сквозь тучи пробивались игривые лучики света, скользившие по полю, дереву и отдаленной возвышенности.
От этого зрелища у меня перехватило дыхание. А еще мне показалось на миг, будто меня окружили все предки, самодовольно ухмылявшиеся от распиравшей их гордости.
Как же красиво! пробормотала я, постаравшись избавиться от наваждения.
Все в комнате покрылось за десятки лет пылью, но обстановка большей частью сохранилась. Я пробежалась глазами по кровати с голубым или блекло-сиреневым пологом на четырех столбиках, большому гардеробу, ковру на полу. Драпировки были обтрепаны и изодраны. Мой чуткий нос уловил слабый запах мочи и плесени.
Здесь все, и в правду, не в таком уж ужасном состоянии.
Самир произвел инспекцию на свой лад постучав ногой по полу в разных местах и побив ладонью по стенам.
Похоже, еще прочные, заключил он и указал на пейзаж: Вот вам одна из картин. А то вы спрашивали, почему их нет внизу.
Картина не произвела на меня особого впечатления, и художника я тоже не признала. Впрочем, экспертом в области английской пейзажной живописи я никогда не была.
Я думаю, что надо пригласить сюда специалиста, чтобы он оценил все, что осталось, а потом избавиться от лишнего.
Правильно, смахнул пыль с комода Самир. Вы собираетесь оставить дом себе и содержать его?
Пока не знаю. Мой поверенный Хавер явно считает эту усадьбу разорительным имуществом, но я не стану принимать решение, пока не буду владеть всей информацией.
Уже не столь мнительная, я пошла по коридору дальше. Мы заглянули во все комнаты на этаже просто для того, чтобы получить о них представление. Большинство нуждались в той или иной мере в ремонте. Плесень на стенах и драпировочных тканях, дырки в портьерах и трещины в оконных стеклах, в которые местами уже заползли плети девичьего винограда все это беззвучно свидетельствовало о длительном запустении. Но две залы, как и первая комната, были практически не тронуты. Только пыль лежала повсюду.
Я вообразила себе бал или какой-нибудь торжественный прием с гостями, съехавшимися сюда со всей Англии. Мои представления о старинных усадьбах во многом сформировал сериал «Аббатство Даунтон». И я представила себе, как женщины в изысканных эдвардианских платьях, с нитками жемчуга и рубинов, обвитыми вокруг их тонких лебединых шей, величаво подходили к столу, уставленному яствами. Словно из желания подкрепить мое видение, интуиция побудила меня открыть следующую дверь. За ней оказалась комната, в декоре которой растительные мотивы сочетались с изображениями павлинов и павлиньих перьев, напоминая об ушедшей колониальной эпохе.
Еще одна дверь висела перекошенная под углом. И стоило Самиру просунуть в щель голову, как его рука тот же оттолкнула меня назад:
Отойдите! Там нет пола.
Правда? Дайте посмотреть.
Тело Самира на пару минут стало защитным ограждением. Заглянув поверх его руки внутрь, я увидела комнату, служившую, должно быть, ванной. Половина пола в ней провалилась. И ванная, рухнувшая вниз вместе с ним, лежала на боку рядом с другой ванной, этажом ниже.
Я рассмеялась.
Как в том ролике об импотенции, опять, не подумав, ляпнула я и покраснела.
Вы о чем? покосился на меня Самир, и уголок его рта выгнулся; но я уже знала, что значило такое выражение на лице парня: он собирался меня поддразнить: О покупательской импотенции? Это так дорого?
Нет Вы ведь поняли, что я имею в виду Ну, средство для лечения уставилась я на хаос, царивший в ванной. В том ролике две ванные стоят рядом.
Тем бедолагам вместо приема пилюль надо было залезть в одну ванную.
Я снова рассмеялась.
Пока мы отходили в сторону, Самир так и держал руку вытянутой. Как будто я была маленьким ребенком, который мог не устоять на ногах, заступить за край и упасть в прореху в полу.
Давайте я вам покажу худшую часть дома, сказал мой «гид». А потом мы спустимся на этаж ниже. Там моя любимая комната. Вам она тоже понравится.
Вы уверены?
Убежден.
Мы направились в конец коридора. Проходя мимо двери, открывавшейся в кладовую, я не утерпела и заглянула внутрь. И на меня сразу повеяло тьмой, грязью и холодом; по коже пробежали мурашки. Кладовая занимала часть южной башни; стены в ней были сложены из нешлифованного камня. Груды мусора источали смрад. Притворив дверь, я поспешила вдогонку за Самиром. Он распахнул последнюю дверь и, посторонившись, предостерег:
Не заходите, тут тоже плохой пол.
Навстречу мне хлынула волна спертого, пропитанного тленом и гнилью воздуха. Прикрыв рукой лицо, я попятилась.
Фу!
Пави никогда не доходила до конца этого коридора.
Здесь, без всякого сомненья, был пожар. Стены чернели подпалинами, от портьер остались клочья. Зато как ни иронично теперь ничто не загораживало обзор. Это были те самые эркерные окна, что украшали передний фасад дома. На этажах ниже их закрывали лианы девичьего винограда и плетистых роз. А тут панорамный вид ничто не заслоняло. И я опять застыла в изумлении, разглядывая крыши Сент-Айвз-Кросса и купола церкви на холме.
Виды потрясающие!
Это точно.
А где начался пожар? Мы находимся прищурив глаза, я повела головой из стороны в сторону: двумя этажами выше трапезной и гостиной, верно?
Верно. Возгорание произошло в комнате этажом ниже. Никто не знает, что случилось. Как всегда. Мы с Пави думаем, что здесь кто-то жил. Какой-нибудь бездомный. Кто-то разводил костер прямо посреди той комнаты. Возможно, огонь вышел из-под контроля.
К счастью, он не уничтожил весь дом.
Да, хлопнул меня по плечу Самир: Пойдемте, посмотрим хорошую комнату. Вам она полюбится.
В конце башни мы свернули влево и спустились на нижний этаж по выстланной ковром, но замусоренной лестнице. Интерьерное убранство мгновенно преобразилось, в нем еще витал дух былого великолепия. Петляя по коридорам, Самир привел меня в противоположную часть дома, еще одно длинное ответвление буквы «Е».
И я опять замерла у перил лестницы, оглядывая помещение бальный зал? сильно пострадавшее от воды и осыпавшейся штукатурки. Подняв глаза вверх, я увидела свет, просачивавшийся в приличную дыру в крыше. Длинный и когда-то явно величественный зал теперь пустовал, если не считать обломков и всякого хлама.
Похоже, его стены были расписаны, заметила я.
Да, наклонил голову Самир. На этом этаже кое-где сохранились росписи. Пойдемте, посмотрим.
Коридор зеркально повторял тот, что был на верхнем этаже. И также тянулся во всю длину «Е». Но этот этаж был более роскошным. Чего стоили только фризы и деревянные панели с золочением, которыми были отделаны стены!
Сюда! толкнул Самир скрипучую дверь в комнату, разительно контрастировавшую с другими помещениями. Как оазис в пустыне. Время и запустение не прошли бесследно и для нее. Но краски еще не поблекли в узорах цветистых тканей и вышивок. А на стенах до сих пор висели картины разной величины и разнящиеся по жанрам. Их рамы были покрыты густым слоем пыли и облеплены нитями паутины. Но изображения не утратили красоты и казались полными жизни. Павлины и тропические пейзажи соседствовали с портретами экзотических людей султана в гареме и высокой темнокожей женщины с темными глазами, загадочными, как бездонные озера. И тут же на ковре валялся тигр в окружении прекрасных дев Картин было много, очень много. Самых разных!