Всего за 199 руб. Купить полную версию
Вот и замечательно, обрадовался книгоиздатель, и они с Надей через пару минут распрощались.
***
Надя ни при каких обстоятельствах не собиралась подвергать сомнению их отношения с Николаем. Она за них заплатила очень дорогую цену и слишком долго добивалась того, чтобы быть с Николаем вместе, и теперь она даже не могла помыслить, что у них могло что-то разладиться. Наоборот, она очень хотела ещё сильнее привязать к себе Соколовского-младшего, так как его очень любила, и для этого старалась забеременеть. Ей было важно, чтобы у неё это получилось до его отъезда в Китай.
***
Николай приехал из штаба в пол восьмого. Надя его ждала и заранее заказала в номер ужин.
Ну, вот, наконец-то, послышался шум вставляемого в замочную скважину ключа. Надя отложила книжку, которую сейчас читала, и выпорхнула в коридор. Дверь открылась, и Надя тут же обняла вошедшего в номер супруга.
Ты что так задержался? спросила она, расцеловав его. Я тебя уже заждалась!
Ну, ты же знаешь, родная, что у меня масса дел, а времени всё меньше. Кстати, Николай расстегнул ворот мундира, нам придётся ещё на неделю задержаться в столице
Ну, это же совсем неплохо! как девочка захлопала в ладоши Надя. Я этому буду только рада!
Ну, как сказать, ответил Николай, я думал, что мы ещё две недели сможем побыть в Самаре, и пообщаться и с твоими, и с моими родителями, но на это нам останется от силы дней пять. Уже в конце сентября я должен отбыть на Дальний Восток, а в середине следующего месяцаЯ не буду называть, где мне надо оказаться Ты об этом уже и сама догадалась.
Надя вновь обняла мужа.
Да, конечно, однако об этом никому-никому ни слова! Можешь даже не волноваться! Я буду нема, как рыба! Ты проголодался?
Можно и подкрепиться.
Я заказала в ресторане голубцы, а салаты и грибы перед твоим приходом уже принесли. Салат из печени. Твой любимый. Выпить хочешь?
Мне нельзя.
Ну хоть чуть-чуть Какой-нибудь слабенькой настойки или вина?
Хорошо. Пару бокалов шампанского, сдался Николай. Может и взбодрюсь.
Надя побежала в зал, чтобы позвонить. Николай тем временем умылся и переоделся, накинув на себя байковый халат.
Свежие газеты есть? крикнул он из спальни, обращаясь к Наде, которая сейчас раскладывала столовые приборы.
Посмотри в углу, где кресло у изголовья кровати, откликнулась она. Там три или четыре столичных газеты. Сегодня утром принесли. Я горничной наказала каждый день их в номер приносить
Николай нашёл газеты, взял их в охапку и вышел в зал, и, усевшись в кресло у окна, развернул прежде всего «Санкт-Петербургские ведомости». Почти сразу же ему попалась на глаза передовица Калганова, знакомого журналиста, с которым они несколько дней назад встречались на квартире у военного музыканта Казаченко. Статья его посвящалась Китаю. В ней этот известный и уже в последнее время ставший модным столичный журналист, писавший про политику и затрагивавший международные темы, пространно рассуждал о том, что сейчас происходит в Китае, и какие перспективы у этой страны, после Синьхайской революции и свержения маньчжурской династии.
С 1911 года в Китае установилась республика. Причём это случилось впервые на Востоке, для которого привычным делом всегда являлся монархический строй. А до того 267 лет малочисленные маньчжуры господствовали в огромной Поднебесной, и во многом именно они задержали развитие некогда богатой и передовой страны. И вот, власти их пришёл конец, династия Цин была свергнута. Вначале первую скрипку в после маньчжурском Китае стали играть Сунь Ятсен и его революционно настроенные соратники, создавшие в 1912 году партию Гоминьдан, однако они не долго верховодили в многомиллионной стране, и уже вскоре их оттеснил от кормила власти более изворотливый и совершенно беспринципный генерал Юань Шикай, ещё вчера верой и правдой служивший цинам, и его сподвижники. И теперь именно Юань Шикай, и стоявшая за ним военная клика, заправляли всеми делами в этой стране, которая окончательно погружалась в бесконечные разборки и задыхалась от беспрецедентной коррупции. В своей статье Калганов делал неутешительные выводы, что многострадальный Восточный гигант хотя и освободился от маньчжурского гнёта, но не имел никакой надежды достичь процветания, и вскоре его неизбежно подомнут под себя такие державы, как Великобритания, Япония, Франция и США. И что у России, запаздывавшей к дележу южного соседа, всё равно имеются свои интересы, о которых она не должна забывать, и которые ей ни в коем случае не стоит упускать. В частности, Калганов распространялся о том, что России, даже и после не очень удачной Русско-японской войны, следовало как можно напористее действовать в Северо-Восточном Китае, на территории исторической Маньчжурии, и Россия не должна позволять другим державам осваивать эту территорию вблизи у своих границ. И вообще, на перспективу, над Маньчжурией она должна установить свой протекторат, так как через неё проходит кратчайший путь из Забайкалья во Владивосток. А ещё в качестве примера, насколько плохи обстояли дела у Китая, Калганов описывал восстание губернатора провинции Цзянси, некоего Ли Лецзюна, которого нынешний правитель Поднебесной, военный диктатор Юань Шикай, отстранил от должности, но тот не согласился с этим решением и не сложил с себя полномочий.
Они уже выпили по второму бокалу шампанского, когда Надя обратилась к мужу:
Николя, помнишь, ты у меня на днях спрашивал, что я в последнее время пишу, и я тебе ничего по этому поводу не ответила, так вот Я решила тебе всё сейчас рассказать
А это обязательно? Я так просто тебя спрашивал. Можешь и не говорить несколько рассеяно ответил Николай, думавший о чём-то своём.
Обязательно скажу продолжила Надя. Дорогой, я подписала договор с одним книгоиздателем, и он заказал мне повесть. Примерно на сто страниц. Она, эта повесть, ну как бы это сказать Надя ненадолго запнулась, а затем махнула ладошкой, а-а! А давай-ка мы ещё с тобой выпьем по бокалу шампанского?
Николай налил шампанского в оба бокала, они выпили, и Надя продолжила: Я в этой повести описываю свою жизнь. И в ней, разумеется, пишу и про тебя и про Костю. Я пишу про нашу с тобой любовь, Николя. Может быть я и неправильно поступаю, потому что не стесняюсь признаваться, что очень люблю тебя, Николя, но и Косте находится место в моём сердце, и он является частью моей жизни, и от этого никуда не деться. Но ты не должен меня к нему ревновать! Я пишу про то, как мы долго шли, Николя, к нашей любви, и через какие препятствия пришлось нам с тобой пройти. Что у нас поначалу ничего не получалось, и нам надолго пришлось с тобой расставаться. И что, в конце концов, мы всё-таки друг другу стали близки! Ну, в общем, эта повесть про нас! И ещё она про Костю. Но ты не беспокойся, хотя она по существу автобиографическая, однако все имена в ней я изменила, и даже место событий в этой повести не названо, там фигурирует не Самара, а некий город «С». Так вот дорогой, мой любимый, мой единственный, я хочу тебя попросить об одном Пока мы в Петербурге, я бы очень хотела ещё раз встретиться с Зарудцким. Он всё-таки воевал вместе с Костей в Болгарии, и этот штабс-капитан был с ним до последних часов его жизни Мне необходимо ещё выяснить кое какие подробности для моей повести. Поговори с Зарудцким? Мне с ним необходимо хотя бы ещё раз встретиться.
Я постараюсь привести его, кивнул головой Николай.
Они уже поужинали, и Надя, после того как убрала со стола, закрыла номер на ключ, и увлекла мужа в спальню.
***
Николай привёл Зарудцкого на следующий день. Надя очень ждала его. Соколовский хотел уйти в другую комнату и не мешать им, но Надя настояла, чтобы он присутствовал при их разговоре.