Алексей Владимирович Зелепукин - Тень стр 3.

 Если ты думаешь, что спасся, ты ошибаешься. Самое интересное только начинается.

Мрачная тень ещё раз мелькнула в толпе призраков и замолкла.

Порывистый ветер унёс облако дальше странствовать по небесным тропам, а

Солнечный свет залил крепостной двор, растворяя видения призраков.

Добрыня толкнул двери и вошёл во внутрь замка.

Промозглый ветер остался с наружи и Озноб отпустил. Постепенно вернулась способность мыслить. И голод. Ужасный опустошающий голод. Русич снял со стены пропитанный маслом факел и сткукнул кремнием по огниву. Искры посыпались дождем, а промасленная тряпка вспыхнула ровным пламенем.

 Кто там? Призраки не зажигают факелов.  Голос был до боли знакомым.

 Вовжик это я Добрыня. Я живой. Наверное. Хотя и не уверен.

Шаги ускорились, а в голосе звучала радость.

 Живой курва. А думал я один тут остался.

Поляк подошёл к русичу и потряс его за плечи.

 Живой

 Пожрать бы чего. А то брюхо, аж к спине прилипло.

 Пожрать это можно. Харчей тут полно. Я все не успел проверить. Сам очухался перед рассветом. Замёрз. Вот сюда приперся спасаясь от утренних заморозков.

Надо осмотреться. Понять что мы имеем.

 Пошли, может ещё кто выжил. Только не спеши я быстро не могу. Задыхаюсь сразу.

Поляк улыбнулся.

 Ты даже не представляешь, как я рад тебя видеть. Хоть ты и холоп. Ой прошу прощения, Барон Дорен Альма.

* * *

Шаг за шагом воины осматривали цитадель.

Арсенал, сокровищница, казармы, спальни вельмож. И наконец они добрались до парадной залы. Главный холл замка пропах гнилью, сыростью и плесенью. Солнечный свет едва пробивался сквозь покрытые толстым слоем пыли разноцветные стёкла витражей.

Шаги гулким эхом разлетались по некогда роскошно украшенной зале.

 Главная зала. шепотом произнёс поляк.

 Фрески и золото канделябров должно было шокировать посетителей своей роскошью являя миру могущество и власть Тамплиеров.

 Сейчас все во власти крыс и мышей, и пропитанно смертельной отравой Чумы.

Добрыня опираясь на бердыш словно на клюку двинул к возвышению. Дышать все ещё было тяжело. Голова шла кругом сразу после сотни шагов.

Трупов в зале не было, кроме одного. Верховный рыцарь ордена Тамплиеров восседал на высоком постаменте.

Болезнь сожрала его очень быстро.

Дорогие доспехи то тут, то там были покрыты следами нарывов и гноя. И лишь странный церемониальный меч сверкал своей чистотой.

Длинное и достаточно тонкое лезвие меча было искусно заковано в серебряный кант.

На искусной рукояти и инкрустированных ножнах изображались чеканные сцены сражения с темными силами. Навершие сияло огромным бериллом. Руки Тамплиера сжимали именно этот клинок, не смотря на пристёгнутый к поясу массивный фальшион, хотя с первого взгляда было ясно в бою ему цена грошь.

Но именно этим воин пытался себя защитить.

 Защитить, от кого? Или чего?

Добрыня освободил оружие от смертельной хватки тамплиера. Клинок со скрипом покинул ножны, блистая багрянцем в лучах вечерней зари.

 А ты храбрее, чем выглядишь. Мало кто рискнёт принять оружие из рук жертвы бубонной чумы.

Славянин обернулся.

 От кого он пытался отбиться серебром? Ведь меч явно ритуальный. Против человеков он использовал свой фальшион. А это скорее украшение, чем оружие

Русич махнул мечом несколько раз, имитируя атаку и защитный финт.

 Хотя если, как колющие он весьма эффективен и легок. Но не факт, что лезвие переживет соприкосновение с рыцарскими латами или кольчугой.

 Значит, его последним врагом был не рыцарь.

 Именно, Вовжик. А если он не рыцарь, то и вовсе может быть и не человеком, а духам чума не сташна. И эта тварь, все ещё здесь.

 Знаешь Добрыня, это не много странно и похоже на сумашествие, но после галлюцинаций и бреда я стал видеть тени. А может и даже души. А может и демонов с ангелами. Тёмные, светлые. Они бродят по каменным залам и их много.

 Я тоже вижу их. Надо поговорить с церковником. Может он сможет нам что-то объяснить.

Поляк сунул топор за пояс и перехватил факел по удобнее.

 Вовжик фальшион у тамплиера знатный, не чета твоей железяке. Да и чума нам уже не страшна.

Пан шагнул к тамплиеру. Постояв в раздумии он наконец решился и срезал пряжку ремня удерживающие оружие на поясе.

 Хоть какой-то трофей.

 Рано считать трофеи, надо выбираться из этого проклятого места.

Добрыня зашёлся кашлем, хватая воздух, как загнанная лошадь.

 Идём, тебе надо поесть. Тут как раз до кухни рукой подать. Харчи, а ещё если  они горячие, прям чтоб с пылу с жару, лечат не хуже лекарств заморских.

* * *

Чем ближе была кухня тем сладостнее были запахи нёсшиеся с неё.

 Там кто-то готовит. И наверняка это не призрак.  Вовжик обнажил трофейный Фальшион. Широкое лезвие блеснуло багрянцем в свете факелов.

Воины ускорились.

Дверь в трапезную была заперта изнутри.

Добрыня протянул поляку  длинный кинжал.

Осторожно приподняв засов, рыцари вломились на кухню.

Юный помощник Епископа  что-то кулинарил, звеня тарелками.

Надо отдать юноше должное. Он развёл огонь в очаге и даже нашёл в дебрях погреба не богатые, но все же харчи и корпел над ужином.

 Вот ты где!!!  нарочито громко гаркнул Вовжик.

Пономарь подпрыгнул на месте и выронил из рук половник и разбив одну из чашек.

 Да что ж ты пуганный та такой?  разразился хохотом Вовжик.

 Так страшно больно. Я после того, как очнулся от болезни, наверное сошёл с ума. Я начал видеть призраков и чудовищ.

Слава богу они не переносят огня. А за одно я решил что ужин не повредит. Я не знаю сколько ещё народу выжило. Но трупов полный двор. И их неупокоенные души рыскают по коридорам замка. Мне страшно.

Мальчишку сотрясли слёзы. Он сжался в комочек у самой кромки пылающего очага пытаясь найти там спасение.

 Ты присмотри за мальчонкой Добрыня. А я пойду ещё раз обойду залы. Может ещё кто мор пережил.

Славянин мотнул головой в знак согласия и расстегнул пряжку тяжёлой меховой накидки.

 Как звать то тебя церковник?

 Емельеном. И я не церковник. Епископ обещал пристроить меня в церкви. Но теперь

 Так значит ты не знаешь, что за чертовщина тут твориться со всеми этими восставшими духами?

 Так вы тоже их видите?

 Вижу, и и Вовжик тоже. И нам надо как-то от всего этого избавится. Может службу отслужить или ещё чего.

 Я не священник. Мои службы не имеют силы. Но я могу поискать в книгах епископа.

 Ты умеешь читать?

 Мда

 Надеюсь твои умения помогут нам. А где эти книги Епископа знаешь?

 Я покажу утром, если конечно получиться пережить эту ночь.

 Призраки не проявляют агресии, может и не будет ничего.

 Мне не хватает храбрости

 Меньше думай о призраках, сконцентрируйся на брюкве и моркови. Помогает.

* * *

Кровяная колбаса, жаренные сосиски, сыр, окорок, квашенная капуста, просовая каша.

Огромный каравай хлеба. Еды было много. Добрыня и пономарь уселись за стол ожидая прихода ляха. Лях вернулся не один. За ним в полном боевом облачении следовал рыцарь Тамплиеров. Кистень и тяжёлый полуторник завершали его костюм. Причем полуторник он нёс на плече.

Но завидя русича и пономаря он отложил меч в сторону.

Жан жак Августин так звали нашего Тамплиера.

И пока горячая пища наполняла наши желудки Тамплиер поведал о трагедии разыгравшейся в замке не задолго до нашего штурма.

К концу истории за широким дубовым столом сидели одиннадцать крестоносцев, мальчик пономарь и монах.

Причём монаха, Вовжик вытащил прям из затворной кельи. Он ничего не знал ни про проклятие, ни про чуму. Он украл головку сыра в пост и был пойман настоятелем с поличным, доедая этот злосчастный сыр.

Наказание было суровым: пол года жесткого поста, обет молчания и затворничество в келье. И монах стоически продолжал нести наказание не смотря смерть настоятеля