Всего за 364.9 руб. Купить полную версию
Анастасия Семёновна, я всё поняла. Не беспокойтесь. Я поняла правильно. И я вам очень сочувствую. Извините меня за этот визит.
Да что вы! Настасья вспыхнула. Это же для Даши! Я благодарна вам. Вы даже не представляете как! Ведь только то и держит, что соседи помогают, знакомые, друзья. Вот и вам моя Дашка небезразлична.
В общем, пойду я, уже скорее для себя, чем для собеседницы произнесла Ирина Вениаминовна и решительно толкнула дверь.
Даша, совершенно белая, стояла возле вешалки. Её неподвижный взгляд не оставлял сомнений в том, что девочка слышала всё.
Ирина Вениаминовна подошла к ребёнку. Рука сама собой потянулась к её непричёсанной голове. Но, так и не дотронувшись, опустилась. Никаких нежностей! Это лишняя травма. И приход сюда, в этот грустный дом, тоже оказался лишним.
Как можно спокойнее Ирина Вениаминовна произнесла:
До свидания, Даша.
Сминая задники, всунулась в туфли, выскочила на лестничную площадку, потом под дождь, в серый двор. На улице у неё закололо под лопаткой. Она постояла, прислонившись к стене около подъезда. Боль ушла. Дав себе команду ни о чём не думать, Ирина Вениаминовна посмотрела на часы всего восемь. У Анны Львовны самый разгар. Можно успеть, иначе обидится. Не обращая внимания на дождь, пошла на остановку. Маршрутки не было минут пятнадцать. Наконец она подошла. Ирина Вениаминовна села рядом с водителем, но, проехав совсем чуть-чуть, вынула деньги, расплатилась, вышла. Проще было извиниться потом перед коллегой и подругой, чем веселиться сейчас.
Аня, я тебя понимаю прекрасно. Тебе хочется сыграть по-настоящему. Но пальчики-то не бегут! Мне казалось, что ты ещё на прошлом академе убедилась, что в музыке само по себе никогда ничего не происходит. Ты, конечно, слышишь. Вот давай на это и нацелим наше внимание. Вернись в удобный темп, начинай заново.
Ирина Вениаминовна подсела справа к ученице, подтолкнула вверх её прижатый локоть.
Обидно. Способная девчонка, но лентяйка страшная. И каждый год одно и то же до весны гуляем, а потом пытаемся звёзды с неба срывать.
Дверь приоткрылась. В щель заглянула женщина лет тридцати пяти холёная, яркая.
Я ищу педагога Ильину.
Вы меня уже нашли, улыбнулась Ирина Вениаминовна. Но у меня сейчас урок. Если нам с вами нужно поговорить обстоятельно, придётся минут двадцать подождать.
Мы подождём.
«Мы» относилось к девчушке, маячившей за мамой.
Ирина Вениаминовна дослушала пьесу, похвалила сонату и отпустила Аню чуть раньше, назначив дополнительные занятия на завтрашний вечер. Ученики шли по расписанию плотно друг за другом. Времени на «поговорить» не оставалось.
Выходя, Аня распахнула дверь. Женщина и очень похожая на неё девочка стояли в коридоре.
Заходите, пожалуйста, в класс.
Идём, Лида! скомандовала мама и подтолкнула чадо.
«Мальвина» именно это сравнение показалось наиболее подходящим для девчонки, совершенно не стесняясь, прошла сразу же к инструменту, подумала и забралась на стул с несколькими дощечками-подкладками, доводящими его до необходимой для начинающего пианиста высоты. Она, как и мать, была белокура, большеглаза. Прямые волосы-каре украшал огромный замысловатый бант. Розовое платье «а-ля принцесса» дополняли туфельки в тон и белые кружевные колготки.
Я Дельцова, произнесла женщина и выжидающе замолчала.
По затянувшейся паузе Ирина Вениаминовна поняла, что от неё ожидают некоей реакции, но, как ни пыталась вспомнить, фамилия визитёрши не говорила ей ровным счётом ничего.
Я вас слушаю
Вы не в курсе? Казалось, женщина была удивлена.
Совершенно не в курсе.
Вас должны были предупредить. (Ирина Вениаминовна едва сдержала усмешку: ни дать ни взять визит первой леди королевства!) Впрочем, теперь это уже не важно. Я хочу, чтобы Лидия играла на фортепьяно. Образование должно быть настоящим. Бывшая знать разбиралась в этом лучше нас. Я думаю, вы-то разделяете моё мнение?
Безусловно, на обсуждение данной, явно «больной» темы времени тратить не хотелось.
Нам посоветовали, и мы выбрали вас как достаточно квалифицированного педагога.
Спасибо за оценку моего труда. Хотя у нас в школе все педагоги имеют необходимую квалификацию для обучения детей.
Да, возможно. Но я хочу, чтобы с Лидией занимались вы.
Лида, а ты хочешь учиться? повернулась Ирина Вениаминовна к Мальвине, которой разговор уже явно наскучил, и она сосредоточенно пыталась поддеть белую клавишу аккуратно подстриженным ноготком.
Вопрос был услышан, клавиша оставлена в покое, и ответ дан категорично и окончательно:
Нет!
Что ты мелешь? Женщина резко развернулась к дочери. Заскрипела кожа её короткой узкой юбки.
Ну мам! Ты же сама мне сказала, что я буду выступать! Как звезда!
Женщина засмеялась, махнула рукой: глупая, что на ребёнка обращать внимание!
В класс просунулась голова Жени Жбанова. Ирина Вениаминовна глянула на часы. Правильно, через три минуты его урок. С разговорами нужно закругляться.
Извините, ваше имя-отчество?
Вера Филипповна.
Видите ли, уважаемая Вера Филипповна, я понимаю, что вам порекомендовали для Лиды мой класс. Но он переполнен. Заниматься ещё с одной ученицей я не смогу. К тому же ей сначала нужно будет пройти отборочное прослушивание перед школьной комиссией.
Ну, вот это уж совсем не проблема, махнула рукой Вера Филипповна.
И Ирине Вениаминовне показалось, что в данном случае она с мамой Лиды имели в виду нечто совершенно различное.
Если хотите, я прослушаю девочку. Но лучше, если это сделает тот педагог, у которого она будет заниматься
Она хочет заниматься у вас, оборвала её торопливую речь Вера Филипповна, сделав упор на слове «хочет». Пошарила в сумке, достала плотный конверт, положила его на стол и повторила, акцентируя теперь конец фразы: Она хочет заниматься у вас.
В лицо Ирины Вениаминовны хлынул жар. Она встала, открыла дверь и крикнула в коридор:
Женя, заходи!
Потом, взяв себя в руки, обернулась к посетителям:
Я описала ситуацию достаточно подробно. Могу лишь посоветовать обратиться к завучу или директору. Вам подыщут педагога. А теперь, простите, у меня подошёл ученик, и решительно отодвинула конверт подальше от себя.
До скорого свидания! На сей раз подчеркнув «скорого», женщина вышла, увлекая за собой дочку.
Первые минуты урока прошли мимо сознания. Автоматически делая замечания, подхваливая где надо, Ирина Вениаминовна думала о посетителях. Какая наглость! Похоже, эта Вера Филипповна даже не предполагала, что ей могут отказать. Хотя деньги припасла. Значит, рассматривался любой вариант. Как противно!
Женька, заметив, что сегодня его почти не останавливают, решил, что своей ленью доконал учительницу окончательно, сосредоточился, и то, что не получалось никак, вдруг сложилось во вполне приличный этюд. Это было так неожиданно хорошо, что Ирина Вениаминовна тут же «вернулась» в класс. Она резко выдохнула, словно прогоняя неприятные мысли, и занялась Женей.
Однако минут через двадцать в дверь заглянула запыхавшаяся Варвара Сергеевна.
Старая вахтёрша воспринималась и педагогами, и учениками как неотъемлемая часть школы так давно начался её трудовой стаж. Он тянулся от момента открытия школы и до настоящего времени, не прерываясь ни разу. Сергеевна «выучила» более половины работающих ныне педагогов, знала всё обо всех, но имела любимчиков, в число которых входила Ирина Вениаминовна. Музыку старушка любила страстно, несмотря на отсутствие какого-либо музыкального образования, и до сих пор с энтузиазмом посещала все мало-мальски значимые концерты, игнорируя появившуюся одышку и старческую сонливость.