Всего за 199 руб. Купить полную версию
Я типа избранная, у меня вырвался нервный смешок.
О-о-о, в восторге протянул Даридадус, даже глаза закатил, вот это да! Я так люблю избранных, ты даже не представляешь! Они такие потрясающие! Правда, мрут как мухи. Но это ведь такие мелочи, правда? Тут ведь не это главное! Есть у меня один знакомый дракон, так тот уверяет, что избранные и на вкус изысканней! О, кстати, хочешь, я вас познакомлю? Он просто чудо, а не дракон! Такие байки травит! А как готовит! М-м-м Особенно избранных!
Нет, спасибо, я уже потихоньку попятилась назад к выходу из библиотеки. Как-нибудь в другой раз.
Мелькнула мысль, что речь, быть может, об Унь-Тьване, которого я в своем сне-несне встретила? Хотя вряд ли, слишком мелким он был для таких гастрономических пристрастий.
Так-так, ну где же это, Даридадус между тем все кружил вокруг массивного стола с выдвижными ящиками. А, вот, должно быть здесь. Избранная, помоги, а.
Чем помочь? Я уже нащупала за своей спиной ручки двери.
Ящик верхний открой, взмолился Даридадус так, будто это был вопрос жизни и смерти. Хотя учитывая его призрачность, скорее, моих жизни и смерти.
Решив, что уйти все равно еще успею, я все-таки исполнила просьбу библиотекаря. В указанном им ящике под слоем пыли покоился массивный бронзовый подсвечник с небольшой витой свечой с каплями застывшего воска.
Бери! радостно скомандовал призрак.
Зачем?
Ну не в темноте же тебе здесь бродить до конца жизни.
В каком смысле до конца жизни? опешила я.
А ты не знала разве? в свою очередь удивился Даридадус. Из библиотеки нельзя уйти, не найдя то, за чем пришел. А ты-то явно сюда наведалась за чем-то несуществующим. Ой, все, мне пора на заседание профсоюза призраков-библиотекарей, он тут же втянулся в пол, оставив меня в одиночестве.
Я рванула к дверям, но те упорно не хотели открываться. Ручка даже попыталась цапнуть меня за пальцы, на мгновение обернувшись змеей. И что-то мне подсказывало, что и на помощь звать бесполезно. До утра уж точно никого по ту сторону дверей не будет.
Вот засада, буркнула я себе под нос. Ну Нуфиус, гад такой, снова меня подставил! И что мне теперь тут делать?
Словно в ответ на мои слова сама собой загорелась свеча, чуть разгоняя наступающий полумрак. В ее свете стала различима витиеватая надпись над дверьми.
Или найдешь то, что ищешь, или сгинешь навеки, с мрачной усмешкой прочитала я. Ну спасибо. В очередной раз спасибо тебе, Николетта. Спасибо, Нуфиус. Спасибо, чокнутый библиотекарь.
Я взяла подсвечник в руки и обернулась к мрачному лабиринту книжных стеллажей.
Что ж, я вздохнула, будем искать.
Я всегда любила книги. Но сейчас, глядя на возвышающиеся в полумраке будто бы бесконечные стеллажи, едва не скрипела зубами от досады. Ну вот как мне среди всего этого многообразия найти описание пророчества? Хоть бы какие-нибудь таблички тематические висели, что ли. Ага, как же, размечталась. Да и чему я удивляюсь, с таким-то библиотекарем
В очередной раз вздохнув, я все-таки побрела в этот книжный лабиринт. Наверное, нормальный человек бы испугался. Все-таки огромный сумрачный зал, полный невнятных шорохов и порождаемых неверным светом свечи жутковатых теней было от чего струхнуть. Но то ли моя нормальность уже была под вопросом, то ли мне уже просто надоело за последние дни бояться. И вынырни сейчас из-за очередного стеллажа какой-нибудь зомби или даже избранноядный дракон, я бы всего лишь попросила его подержать подсвечник, пока буду книги с полок доставать.
Но выныривать никто не спешил, и я бродила тут в одиночестве. Доставала наугад толстенные талмуды, пробегала глазами содержание и расстроено запихивала бесполезные книги на место. Не знаю, сколько уже прошло времени, когда мое терпение наконец иссякло. Видимо, уже наступила ночь, ведь стало совсем темно. Вдобавок и свеча вот-вот норовила догореть. Приглушенно взвыв, я несколько раз постучала лбом о ближайшую полку. Не помогло. Назревала нешуточная истерика, и я уже даже собиралась петь себе реквием, вроде «Какая боль, какая боль Зачем взяла я метку у Николь?..» Но вдруг заметила крохотный огонек.
В первое мгновение подумала, что это что-то вроде светового шарика, но приближающийся ко мне огонек, скорее, таинственно мерцал, чем светил. Я от изумления даже забыла о своем намерении поистерить, едва увидела, что это такое. Прямо на фитиль моей затухающей свечи села бабочка. И все бы ничего, но ее контуры подрагивали, словно она была не совсем материальной. Мерцание же исходило от золотистых узоров, которые витиевато переплетались на ее угольно-черных крыльях. Их красота завораживала и даже умиротворяла. Но восхищенно любовалась я недолго моя свеча все-таки погасла.