Всего за 199 руб. Купить полную версию
Но вот сегодня на велосипед толком сел впервые за долгое время. Ничего, вспомню.
А если и не вспомню, то буду вспоминать. Детство, оно всегда с тобой.
Никаких особых усилий я не прилагал просто дал волю собственным желаниям фигурантов. То есть подтолкнул к тому, к чему они и так изо всех сил тянулись.
И пусть никто не уйдет обиженным.
Интермедия
Ты чего сдала-то, Ирка? спросил Степан Николаевич. Подумаешь, прыщ на ровном месте. И не таких обламывали.
Кому Ирка, а тебе Ирина Викторовна, это первое. И почему вдруг срочно послали тебя, не думал? Это второе.
Смешно. Начальство велело, вот и послали. И не меня, а нас.
Ага. Оценить кадастровую стоимость.
Ну да.
Это тебе не избушка на пяти сотках. Это историческое здание на пятнадцати гектарах.
На шестнадцати.
Тем более. Не по Сеньке шапка. Кадастровая оценка это вообще не твоя специализация. И не моя. А уж когда речь идет о таком Кто тебе такой кусок даст? С какой стати?
Ну Тебе дали, а меня в пристяжку.
Я, дорогой наш Степан Николаевич, в положении особом. Если что, так меня и не жалко. Выходит, и тебя не жалко тоже.
О том, что Ирка, то есть Ирина Викторовна, болеет чем-то серьезным, то ли СПИДом, то ли гепатитами Б, С и ещё чем-то, в налоговой шушукались, но шушукались тихо Ирина Викторовна была дочкой очень большого человека. В налоговой шушукались, но автор-то знает точно, да, болеет и находится в оранжевой зоне: средняя продолжительность жизни при подобном состоянии три года. Но и Степан Николаевич тоже мимо ушей ничего не пропускал, и потому задумался а, правда, с чего это ему такая честь? На подобном задании люди берут хорошую мзду, даже очень хорошую, но он в категорию подобных людей не вхож, родом не вышел. Да и вообще, оценить за день а командировка была суточной подобный объект просто невозможно. Видно, и в самом деле их пустили поле проверить минное оно, картофельное или алмазное поле чудес. Если минное так и не жалко. Его, Степана, давно подсиживают, у начальства дети подрастают, ну, а насчет Ирки это уж её проблемы.
Ладно, что будем делать? спросил он миролюбиво.
Что-то Перепишем прошлое заключение, а кому не нравится пусть проверит сам. И, помолчав самую малость, добавила:
Таково наше дело.
А раз дело, то самое время принять. А то не по себе там было. Через канавку прыгать не хотелось почему-то.
Чуйка сработала, вот и не прыгнул.
А ты, Конюховский, почему не поехал? Или не выдержала бы подвеска канавку? спросил Степан водителя.
Была бы «Нива», то рискнул бы.
У «Нивы» проходимость лучше?
У «Нивы» ремонт дешевле.
Поставив точку на разговоре, Степан вытащил из сумки полулитровую бутылочку «Кока-колы». На самом деле газировки в ней было четверть литра, а остальное водка, но по виду сразу и не скажешь.
Ирка, то есть Ирина Викторовна, заморачиваться не стала, и вытащила плоскую фляжку граммов на двести. Открутила пробку и хлебнула прямо из горла, прямо как маршал Жуков.
Конечно, взятого им хватило только до Семилетовки, где, приказав Конюховскому остановиться у гастронома, они взяли по четветинке водки: Степан «Столичной», а Ирина Викторовна «Московской». Ну, и мятных конфет, само собой. Конюховский тоже время не терял, и пока те были в магазине, пустил по вене проверенную дозу зелья. Только-только взбодриться и успокоиться, такое вот оно чудесное, зелье..
В Чернозёмск, в контору они приехали за час до закрытия, на удивление бодрые, Ирка даже по линии десять шагов прошла не сбилась.
Начальство встретило неласково, но и не сурово. Приняв отчет устный «ну, с виду ничего там не изменилось, если что», и согласившись подождать отчет письменный до завтра, оно, начальство, отпустило подчиненных и тут же позвонило не своему начальству, нет, а вбок. Доложило, что все обошлось без происшествий. Доложило, достало из тумбочки бутылку «узо», которое («узо» ведь среднего рода, нет?) и ополовинило под шоколадную конфету, большего в кабинете не было, после чего уснуло прямо за столом..
А тот, которому звонили, не поленился доехать в гараж, найти нужную машину (водитель спал на заднем сидении) и скачать показания видеорегистратора. Потом вернулся уже в свой кабинет и посмотрел интересующую его часть под «плиску», которую выпил до дна, и уснул на диване.
Запой длился неделю, но с кем не бывает, главное специалисты хорошие.
Анализы на ВИЧ и гепатиты у Степана Николаевича оказались отрицательными, то есть теми, о которых мечтают (это вам не романы, где отрицательный герой вовсе не герой, а плохиш), однако доктор настоятельно посоветовал повторно сдать их через три месяца.
5
Я сидел на полуденной половине мезонина, смотрел на золотого орла и думал, что попал в положении рыбака на утлой лодочке, мечтавшего о сазане, но поймавшего белую акулу или даже плезиозавра. Бросить жалко, но ясно, что я тут вовсе не рыбак, а наживка. В любую секунду ударит чудовище хвостом по лодочке, а то и так слопает, вместе с ней.
Взять хоть золото. Одну, две, даже дюжину монет реализовать не сложно. Интернет-аукцион, антиквары, да хоть банальная скупка лома. А вот сто, двести монет уже непременно привлекут внимание. А если больше А испанский слиток? Да, можно обналичивать через властные или криминальные каналы, но для этого нужно самому быть частью властного или криминального мира. А нет тут же пойдешь в разработку. Утюги, паяльники, да мало ли способов докопаться до истины в ходу у населения. А уж десять тонн в слитках испанского казначейства?
Вариант отдать родному государству не рассматривается. Даже если бы на уровне не было оружия на батальон, если не на полк, всё равно подбросят героин и посадят, как крупного наркодельца, а золото просто исчезнет, не знаем никакого золота, он был сумасшедший, ваш Триаршинов, оттого и удавился в камере. Уж лучше повесить ППШ на грудь и выйти на Красную площадь с лозунгом «Долой буржуев».
Сидеть над златом буквально, как Кощей? Быть счастливым лишь от мысли, что это золото моё? Скорее, я его. Буду отгонять всяких проверяющих, вроде сегодняшних налоговиков, и так до конца жизни. Не хочу.
Самому пойти во власть? Усердием и верностью служить партии власти? Почему нет? В политическом смысле я белый лист, что хочешь, то и рисуй. Глядишь, лет через десять стану районным депутатом, а через двадцать так и областным.
Нет, чушь, это встреча с налоговиками разрядила мой мыслительный аккумулятор, вот и лезет всякая ерунда.
Разрядила будем заряжать.
Второй вариант пойти во власть не бедным родственником, но крупным игроком. Провести референдум, объявить волость верным наследником Советского Союза, провозгласить право жить по принципам развитого социализма, организовать Красную Гвардию человек в сто или двести Раскатают танками. Или разбомбят. Или со дна Каспийского моря подлодка выпустит ракету «Калибр». Не зря же на сирийцах тренируются.
Да и не Ленин я по природе. Совсем не Ленин. Скорее, Савинков. Или Че Гевара. Но и Савинков, и товарищ Че кончили плохо. А кто хорошо? Всё равно все умерли, а кто пока не умер, умрёт непременно.
Поток мыслей, достойный рядового восьмиклассника уездной общеобразовательной школы (это когда не светит ничего, то есть совершенно, разве что армия, и то дальше сержанта путь закрыт) прервал обед.
Собственно, чем плохо быть сержантом? Я и сам сержант. Старший.
До генерала далеко, вот чем плохо. По служебной лестнице если идти. А если по горизонтали вот он, генерал, рядом.
Я спустился в столовую и вкусил вегетарианской пищи. Как заказывал. Летние щи из капусты. Салат. Фальшивый заяц. Чай из трав. Стручки молодого гороха на десерт.
Душа считала, что это именно то, что нужно. Кто я такой, чтобы спорить с душой?
Обыкновенный обед переводит меня на полчаса в состояние сонное. Тут ещё и армейская привычка, и армейский рацион и армейские нагрузки. Два года, как нагрузок нет, но послеобеденная пара для меня время передышки. А сегодня я уже через пятнадцать минут был свеж и бодр. То ли травы в чае особые, то ли малая калорийность обеда, а, может, ещё и природа, окружение.