Freedom - Вспомни меня стр 13.

 Я готовлю завтрак,  говорит она, как будто это все объясняет.  Я помню, что твоя мама иногда готовила для тебя банановый обезьяний хлеб. Я подумала, тебе понравится.

Я лишь озадаченно моргаю ей в ответ. При упоминании мамы у меня перехватывает дыхание, а сердце замирает от пустоты в груди. Дыра, которая заставляет меня задуматься, не является ли жизнь просто чередой уходящих людей, каждый из которых забирает с собой частичку тебя, пока в один прекрасный день от тебя самого ничего не останется и не наступит твой черед оставить дыру от своего ухода в ком-то другом.

 Что-то случилось?

Виви отрывисто смеется и поворачивается к плите.

 Не будь глупой. Разве я не могу просто так сделать для тебя что-нибудь приятное?

Я сжимаю губы и даю повиснуть тишине. Она поворачивается и смотрит на меня, как будто чувствует мой скептицизм.

 Слушай, твой отец неважно себя чувствует, и я подумала, что хороший завтрак может его взбодрить. А тебе, похоже, тоже не мешало бы поспать. Не нужно вести себя так, будто я все время какой-то монстр по отношению к тебе.

А ты и есть.

 Ладно,  говорю я.  Но где все?  Я прижимаю пальцы к вискам. Обезболивающее что-то действует небыстро.

 Ну, поскольку твой отец неважно себя чувствует, я отправила всех домой. Он взял больничный.

 Больничный? Типа на весь день?

Папа не берет больничных. Никогда. В редких случаях, когда он плохо себя чувствует, нам удается лишь уговорить его взять несколько дополнительных часов отдыха. Он никогда не заставляет «обремененных воспоминаниями» посетителей уходить.

Хмурый взгляд контрастирует с неестественной улыбкой Виви.

 Он человек как-никак. Иногда людям нужен выходной, чтобы отдохнуть. Я подумала, что ты тоже могла приболеть, поэтому дала тебе поспать подольше.

Я снова моргаю.

 Почему?

В последний раз, когда я сказала Виви, что плохо себя чувствую, она посоветовала мне принять лекарства и взять себя в руки.

 Что ты имеешь в виду под «почему»? И к чему все эти вопросы? Разве я не могу сделать что-то хорошее для тебя и твоего отца, не подвергнувшись при этом допросу с пристрастием?

Я хочу сказать «нет», но останавливаюсь. Мой желудок урчит. Обезьяний хлеб пахнет изумительно. Я не могу вспомнить, когда ела его в последний раз.

Поэтому я прикусываю язык и сажусь за стол. Но когда я ударяюсь больной ногой о стул, то невольно вздрагиваю.

 С папой все в порядке? Ему нужен врач?

 С ним все будет хорошо, ему просто нужно немного отдохнуть и побыть в тишине. Давай оставим его в покое на сегодня, хорошо?

 Может, мне стоит просто проверить, как он там

Она смотрит на меня из-под обильно накрашенных ресниц, и на секунду мне кажется, что она вот-вот снова вернется к своему обычному поведению «а-ля босс», но вместо этого она поворачивается обратно к плите.

 Просто дай своему отцу отдохнуть, ладно? Ему это сейчас необходимо.

Тут раздается стук в дверь, и мы обе вскакиваем.

 Наверное, кто-то пришел к отцу. Я скажу им, чтобы приходили завтра.  Я уже поднимаюсь со своего места, но дверь распахивается прежде, чем я успеваю подойти.

 Добрый день, Виви. Как сегодня поживает моя любимая сестра?  гремит голос мэра.

Волоски на руках встают дыбом.

 И Люси. Рад тебя видеть. Как проходит лето?

Он поправляет солнцезащитные очки, как будто я солнце, мешающее смотреть. Есть в этом жесте что-то, отчего кожа покрывается мурашками.

 Отлично,  отвечаю я. У него загорелые, румяные щеки, а на бороде видны следы пыли, как будто он провел утро работая на улице. Хотя мне не разглядеть его глаз за зеркальными линзами авиаторов, мне интуитивно не нравится, как он смотрит в мою сторону. Словно он что-то ищет.

 Чарли упоминал, что этим летом он будет обучать тебя семейному ремеслу. Это должно быть очень интересно.  Он проходит вглубь комнату так, словно он здесь хозяин, даже не удосужившись вытереть свои ботинки из змеиной кожи о дверной коврик. На безымянном пальце правой руки сверкает инкрустированное бриллиантами кольцо.

 И как обстоят дела? Вы уже забираете воспоминания?

Я неловко ерзаю на стуле. Лучше бы люди не лезли в мои дела. Не то чтобы я виню мэра, Ворманы живут в Тамбл-Три почти столько же, сколько и наша семья. Они помогали строить шахты, а прапрадедушка мэра Вормана был первым в длинной череде мэров Ворманов, что, полагаю, сделало мэра Вормана кем-то вроде королевской семьи в Тамбл-Три, если, конечно, такое слово применимо к пыльным захолустным городишкам. Но это, естественно, не дает ему право разгуливать по городу так, как будто он тут хозяин. И уж точно не дает ему право лезть в мои дела. Разве у него нет занятий поважнее?

Мне хочется ответить что-нибудь остроумное или сказать, что это лишь вопрос времени; что, когда я буду управлять этим местом, ему не будет позволено просто так врываться сюда через заднюю дверь дома без приглашения. Но слова так и застряли на языке. Потому что я чувствую, как Виви наблюдает за мной, и она вполне может рассказать ему и кому-нибудь еще, какой грандиозный провал я потерпела вчера на занятии по изъятию воспоминаний.

 Еще нет.  Я не поднимаю на него взгляд, надеясь, что он больше не будет задавать вопросов. Может, он поймет намек и уйдет.  Но мы начали только вчера. Папа плохо себя чувствует. Если вы зашли к нему, то он взял больничный.

По непонятной причине мой голос дрожит, когда я говорю. Я опускаю руки на колени, пытаясь скрыть неожиданную дрожь. Надеюсь, я не заболела тем же, что и отец.

Виви широко улыбается, ставя на стол тарелку с яичницей и ломтиками хлеба, обильно сдобренными корицей, затем на столе появляется сладкий чай, и Виви поворачивается лицом к брату.

 Я скажу Чарли, что ты заходил, когда ему станет лучше,  говорит она, вытирая руки о фартук. Она произносит это как-то неестественно, как будто разыгрывает спектакль.

 Или, может, ты присоединишься к нам за завтраком?

Я округлила глаза. Мэр Ворман с нами за завтраком это ужасная идея. Вот только мне любопытно взглянуть, снимет ли он солнцезащитные очки во время еды. Мне кажется, я никогда не видела этого человека без них.

Мэр подходит к плите, чтобы проверить готовку Виви, затем он протягивает руку к сковороде с яичницей. Я с отвращением наблюдаю, как он руками берет еду и закидывает в рот. Он издает гортанное «м-м-м», затем хватает кусок обезьяньего хлеба с дымящейся тарелки на столешнице и откусывает. Он поворачивается и смотрит на меня, улыбаясь, пока глотает еду.

 Спасибо, но нет. Не хочу вам мешать, дамы.

Да вот только уже помешал.

Тем не менее я немного расслабляюсь. Судя по опустившимся плечам Виви, она тоже.

 Я просто зашел поболтать с Чарли и передать ему привет. Я собираюсь отправить к нему рабочего, чтобы сделать кое-какую работу, которую мы обсуждали. Его зовут Арчи. Он не будет вам мешать, просто починит несколько вещей в доме, которые, как сказал Чарли, нужно отремонтировать. Впу́стите его в дом, когда он подъедет, это будет через час или около того?

 Конечно.

 Вентилятор, который мы держим на крыльце, вчера перестал работать,  говорю я.  Этот Арчи может взглянуть, в чем там дело?

Мэр шумно выдохнул и покачал головой.

 Нет, таким он не занимается.

Я хочу спросить, что именно за мастер этот Арчи и почему мой отец попросил мэра Вормана прислать кого-нибудь вместо того, чтобы позвать одного из наших местных парней, но мне не хочется давать ему повод задерживаться здесь дольше, чем нужно.

 Может, возьмешь что-нибудь с собой в дорогу?  говорит Виви, доставая пустую тарелку.  Тут слишком много для меня и Чарли с Люси.

Мэр Ворман медленно улыбается, когда наклоняет шляпу в мою сторону.

 Может быть, в следующий раз. Наслаждайтесь. Удачи тебе, Люси, с твоими занятиями. Уверен, ты станешь прекрасным дополнением к семейному бизнесу.