Всего за 529 руб. Купить полную версию
Мы, неонатологи, изменили границы возможного. За прошедшие десятилетия повысился не только порог выживаемости, но и качество жизни недоношенных детей. За это следует благодарить моих многочисленных коллег и товарищей. Мы сделали это вместе, я только указал направление. Основное внимание я уделял совместной работе, общему делу, в развитии которого каждый играл свою особую роль.
В первые годы моей работы вход в отделение неонатологии был под абсолютным запретом для родителей. Мне это очень не нравилось. Были стеклянные коридоры, проходя сквозь которые, родители могли увидеть своих детей. Я чувствовал себя как в обезьяннике. Мне очень этого не хотелось. Когда, наконец, положение позволило мне, я сделал стационары открытыми для родителей, братьев и сестер новорожденного. Возможность заражения какой-либо инфекцией извне в то время считалась огромным риском для недоношенного ребенка, несмотря на то, что исследования так и не смогли этого доказать. На самом деле риск подхватить вирусную инфекцию внутри больницы существенно выше. И изоляция никому не идет на пользу. Ни детям, ни родителям.
Открытие детских отделений стало новой культурной реалией, которая затронула также врачей и медсестер. Я встречал много сопротивления, но добился своего. Несомненно, изменения в общественном сознании не менее важны, чем развитие техники. Я до сих пор убежден в этом. Гуманизация ухода за новорожденными центральный аспект устойчивого развития в этой области. Во всем мире.
Текущей целью неонатологии является дальнейшее повышение шансов выживания рожденных на 22 и 23 неделе беременности. Лично я совершенно не уверен, что это действительно верный путь, правильная цель. В настоящее время выживают от 20 до 40 % детей, рожденных на таком сроке. При этом у выживших очень высокий риск инвалидности. Волнующий вопрос: где будет проходить граница в будущем? С увеличением продолжительности жизни, повышением возраста выхода на пенсию и по мере накопления опыта я стал задаваться такими вопросами все чаще. «Можем ли мы и дальше расширять возможности? А должны ли? Каков предел?»
Интерес к теме преждевременного рождения не угасает во мне и сейчас, даже когда я больше не прихожу в стационар.
Как и все другие дети, недоношенный младенец каждый день учится чему-то новому. Его развитие это долгий путь. Сначала он общается только с помощью движений, ищет приключений.
Затем он начинает разговаривать, делиться.
Становится самостоятельным.
«Отрывается» от пуповины.
Обожаю их открытость, беззаботность. Они лишены любых предрассудков, готовы приблизиться к тебе, если ты позволишь.
Ребенок просто радуется миру.
Какой взрослый это еще умеет?
А в чем искусство взросления? В том, чтобы сохранить в себе ребенка. Жизнерадостность. Отзывчивость. Открытость новому. Отсутствие предубеждений. Доверие к миру.
Именно это нужно взрослому, чтобы быть хорошим человеком.
Именно это нужно врачу, чтобы быть хорошим врачом.
* * *
Взгляд на улицу. Взгляд назад. Где-то там, в темноте, в машине скорой помощи сидит моя жена. Или лежит?.. Где-то там, у жены под сердцем, мой сын, он хочет вырваться в мир.
Не спеши, Илэй! Дай нам доехать до больницы.
Я ничего не вижу. Ничего не слышу. Водитель рядом со мной спокоен. У меня в голове крутится тысяча вопросов, и все вокруг одного и того же: «Все ли пройдет хорошо?» Мне хочется задать этот вопрос водителю. Но я не делаю этого. Я понимаю, что он не даст мне ответа, он не может знать. Его ответ не принесет мне никакой пользы. Я молчу. Молчит и он. Я смотрю на улицу. Мысленно считаю до ста. Затем начинаю заново, а потом еще раз. Сколько раз мне придется досчитать до ста, пока наконец мы не доедем? Сирена воет снова и снова. Впереди дорога разветвляется, машины прижимаются к краю дороги. Мы несемся с бешеной скоростью. Никогда еще мы не добирались в город так быстро. Никогда еще поездка не казалась мне такой долгой. В голове по-прежнему невыразимый сумбур. Я испытываю облегчение: наконец мы на месте. Вот и врачи. Неонатологи. Здесь в отделении неонатологии в Больцано, чья репутация говорит сама за себя.
Я много слышал о Губерте Месснере, но я не знал его лично. Также я еще не знаю о том, что Илэй будет одним из последних детей, которых он будет выхаживать. Я еще не знаю о том, что когда-нибудь мы будем писать эту книгу вместе. Что мы станем друзьями.
Примечания
1
Все имена, помеченные звездочкой, были изменены.
2
Гюнтер Яух немецкий журналист, ведущий телевизионной игры Wer wird Millionär? национальной версии франшизы Who wants to be a millionaire? на немецком канале RTL.
3
В Австрии должностное лицо в крупной общине, отвечающее за состояние здравоохранения, вакцинацию населения и медицинское обслуживание малоимущих, а также за противоэпидемическую службу и организацию ветеринарного контроля на территории, входящей в санитарную общину.