Всего за 399 руб. Купить полную версию
Бурмистров вернулся в прежнюю позу и обвел взглядом полотна на стенах. Выглядел он как полководец, обозревающий своих лучших солдат. Бабкин все-таки не удержался и посмотрел на коня. Конь с тоской смотрел на Бабкина, и во взгляде его было написано: «Пристрелите меня уже кто-нибудь».
«Терпи, мысленно ответил ему Бабкин. Мы же терпим».
«Ты-то потом своими ногами отсюда уйдешь, а я на этих копытах даже утопиться не могу», сказал конь.
Бабкин малодушно отвел взгляд.
Чем все закончилось? спросил он.
Я ж говорю, мне такое спускать не с руки. Хотела воевать, героиня, получи войну. Разобрался с ней. Я, извини, в позу терпилы становиться не подписывался, так?
Каким образом разобрались?
Ну, пообщался с Ясинским. Узнал, что там с художественной ценностью картин у этой деятельницы. И почему она, ты думаешь, вопила громче всех? Бурмистров развел руками. Потому что сама вообще рисовать не умела. Ни формы, ни цвета. Мысли нету. И-де-и. Вообще ничего. Когда я появился, она на меня накинулась творческой зависти не выдержала. Ну, Ясинский заявил, что и так слишком долго ее терпел, и выкинул. Это как бы, согласись, было не мое решение. Я только задал вопрос.
Давно это случилось?
Года два назад
А фамилию этой художницы вы помните?
М-м-м Кочегарова, что ли Слушай, у Ясинского спроси. Я такую ерунду не запоминаю.
Игорь Матвеевич, а как вы пришли к живописи? вдруг подал голос Илюшин.
Даже чуткое ухо Сергея не уловило в его вопросе ни ноты насмешки. Он встревожился, что Бурмистров спросит, какое их собачье дело, и отчасти будет прав; Сергею не было понятно, чем продиктован интерес Макара.
Однако Бурмистров не только не рассердился, но и благосклонно покивал.
Я в бизнесе, так сложилось, всю жизнь. Вкалывал до седьмого пота, думал только, как семью обеспечить У меня жена, родители, пояснил он. А тут бац мне сорок, и супруга объявляет о разводе
Как так? ненатурально удивился Макар.
На ровном месте, прочувствованно сказал Бурмистров. Живешь, доверяешь человеку, а потом удар ножом в спину. Это жизнь, мужики Это, мать ее, жизнь.
Он тяжело вздохнул и посмотрел на приоткрытую дверь. «Накрыли в бане с девками», решил Сергей.
Свинтила любезная моя супруга, я остался один. Одиночество Кто его испытал, тот прежним не станет. Ну, страдание оно, в общем, облагораживает душу. Об этом еще Достоевский писал. Бурмистров помолчал. Отправился я к психотерапевту. Проницательная баба! Не зря за прием дерет. На первой встрече спрашивает: нет ли у вас хобби или скрытых талантов? Чем вы любите заниматься?
«Коней калечить», мрачно сказал про себя Сергей.
Я прикинул и думаю: ну, можно в сторону искусства двинуться.
Ваша бывшая жена рисовала? невинно спросил Макар.
Сергею показалось, что этот вопрос сбил Бурмистрова с настроя. Он недовольно уставился на перебившего его сыщика.
В частной школе вела изостудию, признал он после некоторого раздумья. В общем, я нашел препода, в школу записался, начал рисовать Чувствую прет! Вообще обо всем забываю, когда захожу в мастерскую. Я мастерскую обустроил наверху Он кивнул в сторону второго этажа. Но сначала только для себя писал, не было мысли выходить на широкую публику. А потом как-то раз ко мне друзья завалились. Посидели душевно, я им показал свои эксперименты Тогда, конечно, еще неопытный был. Много ошибок делал. Но душа-то все равно прорывается через ошибки, если человеку есть что сказать. Короче, друган смотрит и говорит: круто, Игорь, я бы реально купил! Другие его поддержали. Один говорит: «Я бы у себя повесил!» Второй: «Я бы жене подарил!» Меня озарило: значит, то, что я делаю, нужно людям, а? Мои друзья мне бы врать не стали. Я нашел Имперский союз, подал заявку Ни на что особо не рассчитывал. А потом мне сам Ясинский позвонил Вот и понеслось.
Спасибо, что поделились. Илюшин был сама кротость. Это очень вдохновляющая история.
Ну, не каждый сможет, как я, спустил его с небес на землю Бурмистров. Но попытаться всегда стоит.
И вновь в проеме мелькнула женская фигура. Сергей разглядел розовое бедро и длинные волосы.
Бурмистров, проследив за его взглядом, встал, прикрыл дверь и с непроницаемым видом вернулся на место.
Игорь Матвеевич, у вас есть предположения, кто заинтересован в краже ваших картин? спросил Сергей.
Есть, да. Правда, это должна быть ваша идея. Не я же деньги за расследование получаю. Но мне не жалко, могу и поделиться. Я навел справки и кое-что выяснил. На чужой кухне пошушукал, так сказать. Союзов художников вроде нашего их несколько. Они между собой, как ты догадываешься, конкурируют. Люди, потребители то есть, живут в разных квартирах У одного домик побольше, у другого поменьше, но пространство-то что?
Трехмерно? предположил Илюшин.
Пространство конечно, снисходительно сказал Бурмистров. Сколько картин можно в одной квартире повесить? Ну, десяток. Может, дюжину. А кушать-то всем хочется, в том числе художникам. Хоть у них краски и съедобные, ха-ха-ха! Ну, не все! Это я обобщаю, понимаешь?
Конкурируют, вернул его к исходной мысли Бабкин.
Да, верно. Союзы бьются за каждого клиента. Это же бизнес, надо понимать. Законы суровые, как в любом бизнесе. Если ты не съел, то съели тебя. А наш Ясинский это такая голова, что ей палец в рот не клади. Пробивной мужик, у него все схвачено. Вот кого уважаю! Получается что? Он сделал ставку на меня. А кое-кто не хочет, чтобы эта ставка выстрелила. Вот тебе и мотив.
У вас есть конкретные подозреваемые?
За конкретными подозреваемыми я вас нанял. Да, и вот еще что За мной следили. Началось это недели три назад. Я сначала думал: чудится. Но интуиции надо доверять. А она у меня о-го-го, верная подруга! Бурмистров сделал такое движение, будто собирался одобрительно похлопать самого себя по плечу. Я их машину приметил. Серый «пыжик», крутился за мной Номера грязные, водилу не разглядеть. А потом и здесь объявился какой-то хмырь. Пошатался и исчез.
* * *
Выйдя на свежий воздух, Сергей ощутил такое облегчение, словно два часа провел не в бревенчатом тереме, а в вонючем зиндане. Он закурил бы, если бы не обещание, данное самому себе.
Поехали отсюда, сказал Илюшин, разделявший его чувства. Нужно перебить эту живопись новыми впечатлениями.
Ты копыта у коня разглядел?
Копыта? Нет. Я вдохновлялся картиной с изображением ангельского воинства и демонов.
Не обратил внимания.
Выглядит как битва пациентов психиатрической лечебницы с медперсоналом. Даже белое облачение похоже. Должно быть, срисовывал ангелов со знакомой медсестры.
Кстати, у него там какая-то баба шастала
Серега, очевидно, Бурмистров выдающийся художник, просто мы чего-то не понимаем, удрученно сказал Илюшин. Этот жлоб действительно от природы талантлив. А мы с тобой из рода той заплесневелой серости, которая игнорировала Ван Гога, издевалась над Гогеном, довела Вермеера до невроза и Модильяни до обнищания. Он посмотрел на часы. Так, до встречи с Мартыновой остается три часа.
Позавтракать успеем!
Нет, езжай на Бережковскую набережную. Там неподалеку есть выставочный центр.
Бабкин помрачнел:
Тебе одного художника не хватило?
Имперский союз почти в том же составе, в котором был в музее, переместился на новую площадку. Хочу взглянуть на работы коллег Бурмистрова.
И сопротивляющийся, несчастный Бабкин был затащен на выставку, где они оказались чуть ли не единственными посетителями в этот час.
Внутри Сергею неожиданно понравилось. Просторные залы с белыми стенами. Непривычное звучание собственных шагов. «Пространство без вкуса и запаха», как определил Макар. Наверное, думал Сергей, такими и должны быть выставочные площадки: без своего голоса, чтобы не перебивать голоса экспонатов.