Всего за 154.9 руб. Купить полную версию
На другой день патриарх был позван на близлежащий остров Гердалу прочесть Евангелие над дочерью одного вельможи, одержимою злым духом. На обратном пути его настигла сильная буря: волны ежеминутно грозили поглотить корабль и одна из них, перекинувшись через корабль, увлекла с собой патриарха в морскую пучину. Утопая, он вспомнил свой недавний грех против угодника Божия и воскликнул: «Согрешил я перед тобой, святитель Николай! Прости меня и избавь от этой глубины и напрасной смерти» В то же мгновение явился близ него святой Николай, идя по морю, как по суше, и, взяв его за руку, сказал: «Смердовича ли призываешь, на образ которого не хотел и смотреть?» «Согрешил я, сказал патриарх. Избавь меня, великий святитель Христов, от напрасной смерти, и я прославлю тебя, Божия угодника, скорого в бедах помощника». «Не бойся, брат, ответил ему святой Николай, ныне от потопления морского избавляет тебя Господь Бог наш мною, рабом Своим. Садись в судно, возвратись домой и паси хорошо стадо Христово».
И патриарх вдруг очутился в судне на месте своем. Удивленные его внезапным появлением спутники спросили его: «Как, господин, из морской глубины возвратился ты в судно?»
Пришедший в себя патриарх рассказал им о своем чудесном избавителе, и все прославили Бога и угодника Его святого Николая. По возвращении домой патриарх призвал Феофана, выпросил у него честную икону Чудотворца и, освятив, поставил ее в Софийском храме.
Вскоре после того он построил монастырь и церковь в честь святого Николая и перенес в него чудотворную его икону.
Исцеление расслабленного юноши
Один юноша, по имени Николай, был одержим сильным демонским мучением: огонь великий жег его внутренности, так что все члены его тела высохли, а само тело ослабло, и страдалец не мог ни ходить, ни стоять, ни вытянуться, а только сгорбившись ползать.
Сначала он лечился у врачей, но растратил на лечение все имущество и впал в крайнюю нищету. Однажды, в день праздника святителя Николая, больной юноша увидел людей, которые со свечами шли к обедне в церковь святого Николая.
По примеру их, и он, при всей своей бедности, купил свечу и пополз к церкви святого Николая. Когда он полз, ему явился скорый в бедах помощник святитель Николай и спросил, кто он, откуда и куда идет, что за беда с ним случилась и чего ему нужно? Страдалец, усталый от пути и одержимый страхом, сидя, рассказал ему всю беду свою. «Если хочешь быть здоров, сказал ему явившийся старец, то иди вслед за мной». Приведя его к своей церкви, святитель стал невидим.
Больной, не видя перед собой вожатого, зажег свечу свою, вполз в церковь и, достигнув образа святителя, узнал в нем лицо старца, проводившего его в церковь. Тогда он воскликнул, обратясь к святителю: «Святый Николай! Ты сказал мне: хочешь быть здоров, ступай за мной и сам привел меня сюда. Помилуй же меня и исцели. Ты должен мне отдай же мне свой долг!» Долго молился расслабленный.
Наконец, убедительно стал просить окружающих, чтобы они приподняли его и дали приложиться к чудотворной иконе. Когда желание его было исполнено, он крепко обнял образ обеими руками и поцеловал его со словами:
«Теплый заступник, помилуй меня!» И вот скорченные члены его тела стали разгибаться, он выпрямился, своими руками трижды осенил крестным знамением все свое тело и помазал маслом из лампады святого. Исцелясь от демонского мучения, он, совсем здоровый, снова обнял честный образ своего скорого помощника и снова поцеловал его. Все свидетели прославили Бога и Его угодника святого Николая.
Из истории древнейших русских обителей, освященных во имя святителя Николая
Киево-Пустынно-Николаевский монастырь
В середине XI века в Киеве существовал женский Николаевский монастырь, в котором постриглась мать Феодосия Печерского; и хотя точно неизвестно, где находился этот монастырь, предание возводит его историю к той самой церкви, о которой упоминает Ипатьевская летопись: «и реч Олг к Асколодови и Дирови: вы неста князя, ни роду княжя, но аз есмь роду княжа, и вынесоша Игоря: се сын Рюриков. И убиша Асколода и Дирда, и несоша на гору, еже ся ныне зоветь Угорьское, Олмин двор; на тои могиле поставил божницю святаго Николы; а Дирдова могила за святоюю Ориною. И седе Олег, княжа в Кыеве, и реч Олег: се буди мати городом Русскым»[8].
О Пустынно-Николаевском монастыре на Аскольдовой могиле как о мужском монастыре впервые упоминается в послесловии к Евангелию 1411 года и в отказной 1427 года.
С этого времени идет ряд актов на имущества, приобретаемые монастырем по королевским грамотам, завещаниям или путем покупки. К концу XVI века монастырь владел уже обширными угодьями.
В 1518 году лавра уступила монастырю в обмен урочище Долгую ниву, где в 1682 году была уже слобода. Сюда в конце XVII века и был перенесен монастырь. На прежнем месте осталось монастырское кладбище, с приписанной к монастырю деревянной церковью святого Николая. В 1809 году на месте этой ветхой церкви на средства воронежского купца Мещерякова была построена существующая каменная, выполненная в форме ротонды.
В 1934 году церковь закрыта, кладбище уничтожено с целью устройства развлекательного парка. В 1936 году храм перестраивают под ресторан, в 1938 году переделывают в парковый павильон.
Сноски
1
Полное собрание русских летописей. Т. 2. Ипатьевская летопись. СПб., 1908. С. 13.
2
Житие преподобнаго отца нашего Феодосия, игумена печерьскаго // Успенский сборник XII XIII вв. М.: Наука, 1971. С. 83.
3
Патары был приморским торговым городом в малоазийской провинции Ликии (ныне Анатолия). Основан финикиянами.
4
*
5
Императоры Диоклетиан и Максимиан были соправителями: первый царствовал на востоке, второй на западе. Воздвигнутое Диоклетианом гонение отличалось особенною жестокостью. Оно началось в городе Никомидии, где в самый день Пасхи было сожжено в храме до двадцати тысяч христиан.
6
Подготовлено по: http://azbyka.ru/days/sv-nikolaj-mirlikijskij
7
Силенциарий придворный художник низкого ранга в Византии, «блюститель тишины», отвечал за порядок в дворцовых покоях.
8
Полное собрание русских летописей (ПСРЛ). Т. 2. Ипатьевская летопись. СПб., 1908. С. 13. Перевод: «и сказал Олег Аскольду и Диру: Не князья вы и не княжеского рода, но я княжеского рода, и показал Игоря: А это сын Рюрика. И убили Аскольда и Дира, отнесли на гору и погребли Аскольда на горе, которая называется ныне Угорской, где теперь Ольмин двор; на той могиле Ольма поставил церковь святого Николы; а Дирова могила за церковью святой Ирины. И сел Олег, княжа, в Киеве, и сказал Олег: Да будет это мать городам русским».