Всего за 199 руб. Купить полную версию
Полицейская дёрнула бровями, но ничего не ответила.
Они миновали дом охраны, на пороге которого желтели слипшиеся письма, извещения, уведомления. Ветер временами тормошил их и утаскивал бумажку-другую в полет по набережной.
Дай угадаю, предложила Саша. Твой отец моряк, который подолгу не возвращается домой.
Полицейская чему-то улыбнулась.
Ну почти. А твой?
Он он ваш коллега.
То есть? удивилась полицейская и даже замедлила шаг.
Ну кто вы там все?
Саша неопределенно взмахнула рукой и вновь посмотрела на дорогу: пусто.
Полицейская заметила этот взгляд и заметно напрягалась.
Алекс
Саша сделала вид, что не слышит, и поднялась по громыхающему трапу на баржу. Под ногами мелькнула тёмная полоска воды, на поверхности которой колыхалась пленка ржавчины видимо, из-за гниющего корпуса судна. Сашу передёрнуло, но она отвернулась и вопросительно показала на кабину:
М-м?
Полицейская кивнула налево, и они спустились по двум лестницам в жилой отсек. Окна здесь были занавешены жалюзями, и царил солнечный полумрак. Слева угадывалась кухня, к удивлению Саши, с вполне современными батареями и индукционной плитой. На дверце духового шкафа висело вафельное полотенце, мятое, в красную и чёрную полоски. В раковине горой возвышалась грязная посуда: остатки наггетсов, салата, недоеденный «Наполеон». Гудел холодильник, желтела бутылка оливкового масла, блестела микроволновка, отражая в себе, как в зеркале, кофемашину и электрический чайник. Только гниловатые стены, крытые панелями из полупластика-полуДСП Саша так и не смогла опознать материал ясно говорили, что барже стукнул не первый десяток лет.
Полицейская вдавила зелёную кнопку в стену, и где-то под ногами загудело. Запищала микроволновка, моргнула плита, засветился синим неоном чайник.
Обувь здесь, Полицейская показала на резиновый коврик в коридоре, где стояли тапочки-лягушки, сняла ботинки и прошла направо.
Там ютилась не менее современная спальня: угловой стол, угловой диван, угловой комод всё из IKEA. На пирамиде из трёх полок восседала плазма дюймов в пятьдесят. На сушилке висело с дюжину трусов и лифчиков всех цветов радуги полная противоположность верхней одежды полицейской, которая на людях погребала себя под чёрными и серыми цветами.
Саша подошла к аквариуму, который стоял на комоде, и всмотрелась: коряги, песок, разбитый горшок. Постучала.
Лучше так не делать.
У тебя злые рыбки? Саша снова постучала по стеклу.
Говорю же
«Бум!» ударил в стекло нос змеи. Саша вскрикнула-отшатнулась и плюхнулась на диван.
А африканская плюющаяся кобра, объяснила полицейская. Она пугливая.
Сердце колотилось, как безумное, и Саша приложила руку к груди, потерла.
Господи! Ты будто в фильме ужасов живешь.
Полицейская ничего не ответила на это, достала из шкафа ключи, перебрала.
Открою тебе каюту неподалеку. Она более-менее обжитая. Была
Ага, выдавила Саша, решив не уточнять, что стало с предыдущим жильцом.
Хозяйка вышла в коридор, вскоре за стенкой лязгнул замок, скрипнула дверь, пробухали шаги. Туда сюда. Туда сюда.
Саша поднялась и подошла к окну, выглянула за занавеску. По залитому солнцем пирсу гуляли взъерошенные чайки, над заливом возвышался башенный кран, похожий на инопланетного монстра. Красотища.
Принесёшь веник? крикнула полицейская. В углу?
Саша со злорадным удовольствием сделала вид, что не слышит. Снова послышались шаги, и полицейская вернулась в спальню.
Алекс?
Да? Саша вздрогнула и повернулась. Чт что?
Ты чего там увидела?
Саша покачала головой. Полицейская задумчиво посмотрела на нее, затем начала подбирать слова:
Послушай если тебе и твоей сестре грозит опасность Если кто-то тебя преследует
То я могу тебе довериться, насмешливо ответила Саша. Ты меня защитишь, как Зена Королева воинов. Хотя нет скорее как Алая ведьма.
Алекс, я хочу тебе помочь.
Саша поправила занавеску, села на диван, закинула ногу на ногу.
Я знаю. Спасибо.
Барочная полицейская смотрела хмуро, с явным недоверием, и пришлось объяснить:
Я на портовый кран смотрела. Спорю, вид с него обалденный.
Он в плохом состоянии.
Саша чуть дёрнула бровью, но ничего не сказала. Полицейская продолжала смотреть на неё, и тянулась невыносимая, напряженная пауза.
#9. КОНСТАНТИН МИХАЙЛОВИЧ
Столовая называлась кто бы мог подумать? «Столовая» и находилась в одноэтажном черепичном здании, бок о бок с аптекой. Окна скрывала бирюзовая решётка, внутрь вели две ступеньки и две створки дверей. За ними толпились металлические стулья «хрен поднимешь» и деревянные столы, крытые пахучей клеенкой. Одну стену украшала картина с видом на тропический остров, явно не имеющий ничего общего с Крымом, другую раковина, чтобы помыть руки после туалета.
Меню, как и во всех подобных заведениях, писали от руки на блестящих табличках, заламинированных отпечатками пальцев. Суп с пельменями здесь стоил 100 рублей. Салат «Огурец-помидор» 45 руб. Пирожки 30-50 руб.
Как говорится, дёшево и сердито.
И в общем-то вкусно.
Константин Михайлович заезжал сюда на обед, иногда и на ужин с тех пор, как Слава жил отдельно. Пришёл Константин Михайлович и сегодня с сыном, и теперь их чёрные портфели, похожие, как близнецы, лежали друг напротив друга на клеенке с бежевыми цветами. Тут же стояли две тарелки: суп с пельменями и эспрессо для Константина Михайловича, окрошка и зелёный чай для сына.
Выслушав новости о «дяде Кеше», Слава так и застыл не донёс белого хлеба до рта и только помаргивал.
С условно-досрочным? повторил сын. И где он?
Константин Михайлович опустил вилку зубьями вниз и клацнул по тарелке.
В смысле?.. не понял Слава. Ты чё, его в СИЗО запендюрил?
Константин Михайлович выловил из супа раскалённый пельмень, оглядел, пожевал, дыша открытым ртом, когда пельмень особенно обжигал нёбо. На языке остался солоноватый, лавровый вкус мясного бульона; между зубами нежующийся хрящ.
Бать, Слава наконец положил несчастный хлеб и нарочито отодвинулся к спинке стула, тебе погоны не жмут?
Ты сначала проживи, сколько батька прожил. И прослужи
Зачем ему ехать в Ростов?
Константин Михайлович вытащил хрящ изо рта и положил на салфетку. Вытер пальцы.
Ты хочешь, чтобы этот человек рядом с Аней жил?
А учёт?
Я все переоформил.
Сколько законов ты при этом нарушил? спросил Слава, потом вздернул бровь. Так-так, я-то тебе зачем?
Отвезёшь его на вокзал и проследишь, чтобы он уехал в Ростов. Там уже не выпустят. Константин Михайлович закинул в рот последний пельмень. Сам понимаешь: нашим остолопам я такое не доверю.
Слава смотрел с недоумением.
Бать, ты в своём уме?
Ты с отцом-то повежливее.
Дай ему спокойно встретиться с дочерью!
Константин Михайлович допил бульон из тарелки, вытер рот салфеткой и полез в портфель. На клеёнку с бежевыми цветами легли две старых фотографии: лужа крови на полу и труп мужчины.
Это, Константин Михайлович постучал пальцем по луже, что он сделал с её матерью.
Бать
Это с сокамерником, палец постучал по трупу мужчины. Я еще не говорю про все штуки с контрабандой.
Ты сестёр вчерашних видел?
То есть ты его спокойно с Аней оставишь. Никаких проблем.
Слава шумно выдохнул носом. Взял фотографии, тут же швырнул на их стол и отвернулся к окну. Константин Михайлович проследил за его взглядом, но ничего интересного не увидел. За занавеской рекой тёк туман, клубился, изгибался и норовил залезть в столовую. Эти туманы всегда приходили неожиданно падали на город сырым, холодным облаком тревоги и держали в молочных тисках по несколько дней.
Сделаешь? уточнил Константин Михайлович.
Носимся с их семьей как с писаной торбой