Можешь, говорю, быть хоть сколько уверенной в себе, только делай, что тебе говорят.
- Ты вот это вотри-ка, и через недельку-другую все рассосется, неожиданно встряла старая мамаша Дипбаж.
Остальные три ведьмы выжидающе посмотрели на старуху: вдруг она еще что-нибудь скажет? Но вскоре стало ясно, что продолжения не предвидится.
- И еще она ведет... что она там ведет, а, Гита? - повернулась к нянюшке матушка Ветровоск.
- Курсы самообороны, - ответила нянюшка Ягг.
- Но она же ведьма, - заметила мамаша Бревис.
- И я ей о том же, - пожала плечами матушка Ветровоск, которая всю жизнь чуть ли не каждую ночь бродила по кишащим разбойниками горным лесам, пребывая в полной уверенности, что во тьме не может таиться ничего ужасней, чем она сама. - А она мне: это, мол, к делу не относится. К делу не относится! Так прямо и заявила.
- Все равно на эти курсы никто не ходит, - сказала нянюшка Ягг.
- По-моему, раньше она говорила, что собирается замуж за короля, вспомнила мамаша Бревис.
- Говорила, говорила... - кивнула нянюшка Ягг. - Но кто ж не знает Маграт? По ее словам, она старается быть открытой для всяких там индей. А недавно она заявила, что не собирается всю жизнь быть просто сексуальным объектом.
Тут все призадумались. Наконец мамаша Бревис медленно, словно человек, вынырнувший из глубины самых поразительных раздумий, произнесла:
- Но ведь она никогда и не была сексуальным объектом.
- Могу с гордостью вас заверить, лично я вообще не знаю, что это за штука такая сексусальный объект, - твердо промолвила матушка Ветровоск.
- Зато я знаю, - вдруг заявила нянюшка Ягг. Все взоры устремились на нее.
- Наш Шейнчик как-то привез один такой из заграничных краев.
Ведьмы по-прежнему испытующе взирали на нее.
- Он был коричневый и толстый, у него было лицо с глазами-бусинками и две дырки для шнурка.
Этим объяснением ее товарки не удовольствовались.
- Во всяком случае, Шейн сказал, что так это называется, - развела руками нянюшка.
- Скорее всего, ты говоришь об идоле плодородия, - пришла на помощь мамаша Бревис.
Матушка покачала головой.
- Сомневаюсь я, что Маграт похожа на... - начала она.
- А по мне, так все это гроша ломаного не стоит, - вдруг сказала старая мамаша Дипбаж в том времени, где она пребывала в данную минуту.
Куда именно ее занесло - этого не смог бы сказать никто.
Здесь-то и таится профессиональная опасность для людей, наделенных вторым зрением. На самом деле человеческий разум не предназначен для того, чтобы шнырять взад-вперед по великому шоссе времени, и запросто может сорваться с якоря, после чего он будет улетать то в прошлое, то в будущее, лишь случайно оказываясь в настоящем. Как раз сейчас старая мамаша Дипбаж выпала из фокуса. Это означало, что если вы разговаривали с ней в августе, то она, возможно, слушала вас в марте. Единственным выходом было сказать что-нибудь и надеяться, что она уловит это в следующий раз, когда ее мысль будет проноситься мимо.
Матушка на пробу помахала руками перед невидящими глазами старой мамаши Дипбаж.
- Опять уплыла, - сообщила она.
- Ну, если Маграт не сможет взять на себя обязанности Жалки, значит, остается Милли Хорош из Ломтя, - подвела итог мамаша Бревис. - Она девочка трудолюбивая. Только вот косит еще сильнее, чем Маграт.
- Подумаешь! Косоглазие ведьму только красит. Это называется прищур, возразила матушка Ветровоск.
- Главное, уметь этим прищуром пользоваться, - сказала нянюшка Ягг. Старая Герти Симмонс тоже прищуривалась, да только весь ее сглаз оседал на кончике ее же собственного носа. Плохо это для профессиональной репутации. Начнет тебя ведьма проклинать, а потом у нее у самой же нос возьми да отвались... Что люди-то подумают? Они снова уставились на пламя костра.