Дара Преображенская - Полёт орла стр 3.

 А знаешь, я открою тебе свою тайну,  сказала Дженни.

 Какую тайну?

 Мой пра -прадед был учеником великого Мерлина.

 А кто такой Мерлин?

И она рассказала мне о знаменитом волшебнике Камелота. Я спросила бы ещё обо многом, тем более рассказ служанки очень увлёк мой ум, но этому помешали некоторые причины.

Во-первых, пришла весть о прибытии отца и короля Эгберта из похода в Кент, и замок тотчас ожил, готовясь к предстоящему торжеству. Во-вторых, мышление пятилетней девочки тогда ещё не было способно надолго останавливаться на одном и том же предмете. И до времени я забыла о своём интересе к великому Мерлину, королю Артуту и Камелоту.

В этот день около полудня к замку подъехал вестник со знаменем и гербом Уэссекса. В обеденной зале по-прежнему царила напряжённая атмосфера, туда-сюда сновали слуги, разнося яства и вино, им не полагалось обращать внимание на скучающих женщин  хозяек замка, дети пребывали в своих покоях вместе с нянями, присматривавшими за ними; я же выпросилась поприсутствовать вместе со всеми во время обеденной трапезы, пользуясь особой благосклонностью королевы и моей тётушки, леди Редбурги.

Прозвучал гонг, и это вызвало всеобщий переполох.

 О боже! Что это?

 Нужно посмотреть. Эй, Крейн, посмотри, кто там приехал.

Крейн считался главным слугой в замке короля Уэссекса; он запомнился мне статным высокорослым детиной с длинными рыжими усами, как у скандинавов согласно преданиям. Говорили, некогда он был викингом и поклонялся самому Одину. Говорили, во время походов своих соплеменников Крейн заболел, его оставили на чужой территории, и он достался Эгберту в качестве «чужеземного трофея». Я часто приставала к Крейну, чтобы он рассказал мне о том, кто такие викинги, однако великан лишь отмахивался от меня.

Видимо, он совсем не желал вспоминать те времена, когда был оставлен своими сородичами на земле Английской.

Викинги.викинги..Они внушали мне тогда такой сильный страх, что я была готова забраться под стол и сидеть там до тех пор, пока кто-нибудь меня там не обнаружит.

Крейн исчез и появился с человеком в длинном капюшоне и голубой тунике, уже поистёршийся от пыли и времени, отороченной куньим мехом. В его руке был гонг, однако его бледное лицо, отличала особенная усталость, которая бросалась в глаза. Его силы были давно на исходе, но он почтительно поклонился королеве Уэссекса.

Помню, как тётушка Редбурга оторвалась от большого блюда с зажаренным кабаном с зеленью и недоверчиво посмотрела на человека с гонгом. Подбежавший слуга помог королеве омыть пальцы в тазу от жира; она вытерла руки, всё ещё недоверчиво глядя на человека.

 Каких вестей мне ждать от мужа?

 Король Эгберт велел передать, что он со своим войском прибыл из Кентерберри в Уэссекс! Король велел, чтобы Вы были готовы встретить его, леди Редбурга.

Когда в зале воцарилось молчание, никто не знал, что скажет королева. Моя мать в тот момент была занята пудингом; казалось, ей не было никакого дела до присутствовавших здесь, она была занята своими собственными мыслями. Если бы я была чуть старше, мне было бы стыдно за неё. Но разве девочке пяти лет есть дело до того, как ведут себя взрослые? Я занималась тряпичными куклами, изготовленными для меня Дженни. Одна кукла изображала леди Гвинерву, вторая  короля Артура; я совсем не представляла себе, как ими играть, но делала вид, что мне интересно. В следующем году после рождественского Сочельника Дженни обещала мне смастерить собственноручно куклу Кухулина.

 Кто такой Кухулин?  спросила я тогда служанку.

 Расскажу как-нибудь. О, это был великий воин, сын Богов,  ответила Дженни,  его до сих пор почитают жители гор и кельты.

 Но мама запрещает говорить о кельтах.

 Твоя мама очень умная женщина, но, должно быть, она не знает о том, что издавна эти земли были заселены кельтами до нашествия саксов с Континента.

 А ты принадлежишь к кельтам?  спросила я.

Она уклончиво улыбнулась:

 Я принадлежу Богу и люблю удовольствия.

На этом наш диалог закончился, но в последствии я часто думала о происхождении Дженни.

 Накормите посланника; зажарьте пять самых жирных кабанов, десять селезней, откройте шесть бочек с вином и займитесь приготовлением замка ко встрече с королём,  наконец, произнесла леди Редбурга,  Пошлите ко мне экономку Беатрис, я дам ей новые распоряжения.

 Не стоит так беспокоиться, мой брат ещё не скоро будет здесь. Не раньше, чем через несколько дней,  моя мать доела свой пудинг и ехидно посмотрела на королеву,  много суеты  много бесполезного. Разве Вы не знаете об этом, леди Редбурга?

 Король может появиться здесь в любое время.

 Смотря с какой скоростью движется он и его войско.

 Разве Вас совсем не волнует появление здесь Вашего мужа, леди Унгвильда?

 Разумеется, волнует, леди Редбурга. Однако совершение очередного похода может привести к новой беременности.

Королева покраснела, но ничего не ответила. Тогда в силу своего возраста я не понимала, какая связь между завершением похода и рождением сестёр и братьев; спустя много лет Дженни растолковала мне то, что имела в виду тогда моя мать.

.Король Эгберт вместе с моим отцом и своим первым военачальником, лордом Элмулдом, прибыл через десять дней. Мы все услышали многочисленные рожки, возвещавшие о чём-то необыкновенном. Я взбежала вместе с Дженни на самую высокую башню замка и замахала руками.

 Эй, смотрите! Это же войско короля Эгберта! Они вернулись! Они вернулись!

Я надорвала горло, наблюдая за тем, как стройные ряды конных всадников медленно приближались к замку. Зазвонили городские колокола, будто, вторя моим словам. Я увидела, как Дженни легкомысленно засмеялась, и мне стало обидно.

 Почему ты смеёшься?

 Думаешь, они слышат твоё приветствие?

Я пожала плечами.

 Но я же вижу их. Вон едет сам Эгберт на белом коне в шлеме, увенчанном ангелом. Это  его шлем, тётушка рассказывала мне. Вот позади него едет мой отец. Дженни, я вижу их!

 Не сомневаюсь в этом, моя милая, да только ты замёрзнешь здесь на ветру. Давай спустимся и обо всём расскажем королеве Редбурге.

Её слова прерывались шелестом флагов, которые венчали каждую башню.

Её доводы мне показались вполне разумными, и я сдалась. Спустившись, я видела, как король слез с коня, снял свой шлем и подошёл к леди Редбурге. Они обнялись. Мой двоюродный брат Этельвульф склонился перед отцом, когда слез с боевого коня. Нынче он участвовал в этом длительном походе, и ему уже исполнилось двадцать лет. Я никогда не видела Этельвульфа, но сейчас он стоял передо мной, высокий стройный юноша в отливающих серебром доспехах.

Я видела, как обнялись мои родители, однако позади моего отца стояла фигура очень красивой женщины в длинном меховом манто, отороченной куницей. У неё были длинные, доходившие до колен, золотистые волосы, схваченные обручем на голове с ярким рубином посередине. Голубые глаза смотрели зорко и внимательно. Леди Унгвильда, моя мать отличалась не меньшей красотой, чем незнакомка, но у первой черты лица составляли нечто необычное, совсем не характерное для здешних мест. Цвет лица незнакомки имел кремовый оттенок, что контрастировало с золотом волос и чистой голубизной глаз, обрамлённых чёрными ресницами.

 Кто это?

Леди Унгвильда с пренебрежением посмотрела на незнакомку.

 Её зовут София,  смущённо ответил отец,  она прислуживала в замке Бальдреда до того, как он лишился своей короны. Я ей доверяю так же, как и самому себе.

Мать нервно расхохоталась:

 Прислуживала королю Бальдреду! Так значит она  обычная потаскуха. Для чего ты приволок её с собой?

 Она будет жить в нашем замке.