Римъ Эдельштейн - Последний бой героя стр 14.

Он взялся за узду и чуть направил своего коня тот глухо застучал копытами, ступая крайне аккуратно, чтобы не наступать на остатки некогда великих воинов. Туман в логе необычайно сгустился перед тем, как Руслан увидел возникший из ниоткуда холм. Он чернел в туманном облаке и, судя по всему, предвещал конец этого бранного поля.

Храп гулко прокатился по логу, и издавал его этот холм. Протяжный, низкий звук. Конь встрепенулся, испуганно заржал, затряс гривой.

 Не бойся, друг мой!  воскликнул Руслан.  Я с тобой.

Холм кашлянул, фыркнул носом, разогнав туман перед собой, и воззрился на всадника спокойным взглядом. Это была гигантская голова, принадлежавшая когда-то большому человеку. Украшала голову ерихонка воеводский островерхий шлем, в лучшие годы блестевший на солнце начищенным пятаком. Синие глазища пока не выражали ничего устрашающего, голова просто смотрела на гостя, спрятав свои бледные губы под пепельными усищами.

 Ты кто такой?  вскричал Руслан, чтобы его было хорошо слышно.

 А ты?  спросила голова басовито, напугав стаю ворон, поспешившую подняться в воздух. Голос у неё был такой, будто кто-то кувалдой долбит в железный бак литров на пятьсот.

 Меня зовут Руслан,  ответил витязь.  Я иду за своей избранницей, которую похитили.

 Так и иди,  насупилась Голова.  Убирайся прочь, не то поляжешь здесь, как остальные.

 Не смей угрожать мне!  грозно заявил Руслан, крепче перехватывая алебарду правой рукой. Верный беспокойно заёрзал.

Голова фыркнула и закрыла глаза.

 Пожалей свою избранницу, а то не дождётся тебя. Мальчуган, спасайся, пока можешь.

 Молчи, пустая голова!  снова ответил витязь, ощущая необыкновенную силу в себе.  Не тебе мне указывать. Хоть лоб широк, да мозгу мало! Как наеду, так не спущу!

 Ах, не спустишь?!  прошипела Голова, и глаза её налились кровью. Её щёки побагровели, надулись, всасывая воздух со страшным свистом, а губы угрожающе запенились. Её лоб пересекла вздувшаяся вена. А затем она стала дуть.

Смерчеподобный порыв ветра захлестнул витязя и его коня; последний же упёрся изо всех сил, согнув голову, прижав уши и закусив удила. Руслан левой рукой держал узду, а правой пытался поднять алебарду, но поток воздуха никак не заканчивался. Витязь чувствовал, как его вот-вот оторвёт от седла, да и дышать он сам не мог, ни одного вздоха сделать атака Головы не позволяла Он отпустился и тут же слетел с коня, кубарем покатившись обратно.

Голова расхохоталась.

 Пощади свой живот,  сказала она громоподобно.  Тебе меня никогда не одолеть.

Руслан встал, жадно вдыхая воздух. Конь стоял рядом и тоже пыхтел, но бросать хозяина не собирался. Витязь влетел в седло ещё резче, чем прежде, снова поднимая оружие.

 Не оставь меня ни мёртвым, ни раненым,  попросил он Верного, и тот снова пошёл в атаку на великанскую голову.

 Зазря голову сложишь рядом с моей,  сказала та и снова надулась, вбирая воздух.

Новый поток мокрого и тёплого ветра оказался ещё неукротимее, и как бы конь ни упирался, его стало оттаскивать назад, а вместе с ним и его съёжившегося всадника. Собрав все свои силы, воин кинул алебарду в Голову, но оружие свалилось тут же. Противник залился хохотом снова.

 Эх, дурья башка,  сказала Голова.  Порадуй меня хоть одним ударом, а то бахвальства тебе не занимать. Ты воин только на словах, как я погляжу.

Воин подобрал алебарду, тяжело влез в седло и снова пошёл в атаку, подгоняя изнеможённого коня, фыркающего и ослеплённого туманом и встречным ветром. Он прижался к своему коню, лёг на него, как индеец, убегающий от колонистов, и, сощурившись, смотрел на взбешенную воеводскую голову, из ушей и ноздрей которой вырывался пар. Витязь чувствовал, что скоро его помощник может свалиться от усталости, поэтому решил предпринять последнюю попытку.

Он переложил алебарду в левую руку, одетую в рукавицу Левши, и, немного выпрямившись, видя лишь одну пелену перед глазами, метнул оружие опять. И этот бросок получился небывалой силы острие алебарды рассекло поток воздуха и угодило Голове куда-то в пасть.

Она зарычала, загрохотала и со скрежетом пыталась перекусить оружие или выплюнуть его.

 Вперёд, Верный!  скомандовал Руслан своему коню, и тот помчался в тысячный раз.

Голове удалось выплюнуть оружие как раз в тот момент, когда Руслан подскочил к ней, сжимая кулак в рукавице. Удар получился как выстрел из пушки оглушительный, огласившей всю округу, заставив лесных обитателей трепетать. Но Голова устояла, просто покачнувшись.

 Аррргх!  зарычала она, раскрывая окровавленный рот.  Я тебя проглочу, нахал!

И она пару раз бешено клацнула зубами, накренившись вперёд. Но Руслан уже отскочил на коне в сторону, а потом резво обскакал её вокруг, заходя на второй удар. И вот эта оплеуха грохочущая, дребезжащая раскрошила уйму зубов Голове, всколыхнула воздух и сбила её с насиженного места. Голове покатилась, стуча шлемом и окропляя кровавой пеной траву.

Но в этот раз и Руслан почувствовал боль он посмотрел на руку и увидел, что рукавица Левши развалилась от этих ударов и болталась на запястье только за счёт кожаного ремешка. Стиснув в недовольстве зубы, он скинул наземь её остатки и посмотрел на место, где стояла голова там в чёрной огромной яме, временной впадине, сверкал меч. Увесистый двуручник с голубым лезвием и тёмно-синей рукоятью. Вот незадача лезвие меча пересекала трещина Но на один удар его ещё хватит.

Руслан спрыгнул с седла, подхватил булат и снова вскочил в седло. По его жилам хлынул приближающийся триумф вот-вот он повергнет очередного несокрушимого врага. Он тронул узду, и конь затрусил к лежавшей неподалёку голове.

 Сдавайся!  закричал Руслан, подъехав к ней. Сейчас двуручник лежал у него на плече.  Сдавайся, или я прикончу тебя!

 Ты победил,  простонала Голова, но слабо улыбнулась.  Будь великодушен, ибо мой жребий тоже достоин плача.

 Расскажи же мне,  потребовал витязь.  А там и поглядим.

 Я был великим воином, и даже бился со страшным Яман Алыпом! После моей десницы он спит, и разбудить его может лишь страшный колдун! И печенегов я бил, и хазар! Но мой младший брат Черномор

 Черномор?!  воскликнул Руслан.  Вот так весть!

 Да, он был урождён карлой горбатой, и всегда мне завидовал. И ненавидел. А в ненависти этот карлик жесток и преследователей в этом ему никогда не бывало досель! И ещё он хитрец, куда мне до него! Однажды он прикинулся очень дружелюбным и сказал мне, что вычитал в чёрных книгах про Синь. Двуручник такой с синим лезвием. И уверил меня, что он предсказал нам обоим погибель от этого меча. Что судьба враждебная готовит нам испытание! И что надо найти его нам первее, нежели нашим неприятелям, иначе плакала наша доля.

Руслан молчал, мрачнее всё сильнее.

 Конечно,  продолжала Голова.  Находился меч в подвале за семью печатями за далёкими землями. Я же согласился сослужить ему такую службу, взвалил дерево на плечо, посадил его на другой конец как советника, и пошли мы. Шли неделями, пока не дошли, преодолев все невзгоды. Я разметал вход в этот подвал. И мы нашли меч, он сиял синим лучом. И всё было бы исправно, но закипела меж нами ссора.

 Выясняли, кому мечом владеть?  предположил Руслан.

 Да,  слабо отозвалась Голова.  И тогда Черномор придумал уловку: предложил нам

припасть ухом к земле и послушать. И кто первый услышит звон тот и пусть владеет мечом всю жизнь. Я обрадовался, думая, что вот сейчас-то и обману колдуна Но он обманул меня. Пока я собирался сказать, что услышал звон, он бесшумно подошёл, меч в руках зажал, и я только успел услышать свист лезвия. Но Черномор и был на то колдуном, чтобы оставить в моей голове жизнь и перенести её сюда. С тех пор я тут и был Он закрыл глаза.  Возьми меч, витязь. Он почти сломался о мою шею и должен сломаться о бороду карлы