Всего за 419 руб. Купить полную версию
Пять лет назад Остин спас ей жизнь. Тогда Лекси чуть не проиграла битву с расстройством пищевого поведения, но их любовь друг к другу оказалась сильнее. Она жила лишь ради него, а он ради нее.
Заметив позади Остина и Лекси растрепанную светловолосую голову, я отклонилась в сторону и увидела красивого юношу, неловко переминавшегося с ноги на ногу. Он был хорошо сложен и явно занимался спортом. Парнишка застенчиво взглянул на меня, и я, поняв, кто передо мной, открыла рот от изумления.
Леви? Малыш Леви Карилло? Это ты, милый? спросила я.
Он поднял голову, и я поймала взгляд серых глаз. Оливковые щеки юноши тут же залил глубокий красный румянец.
Привет, Эл, тихо ответил он, и я бросилась к юноше и крепко обняла его за талию.
Леви лишь усмехнулся и обнял меня в ответ. Я отстранилась и взяла его за руки, изучая, как же сильно он изменился.
Леви, ты повзрослел и стал для меня слишком высоким! пошутила я, и он опустил глаза, чтобы избежать моего взгляда, по губам его скользнула застенчивая улыбка. Сколько тебе сейчас, милый?
Девятнадцать, ответил он.
Сзади подошел Роум и взъерошил парнишке волосы. Леви пихнул его локтем.
Надо же! Уже девятнадцать!
И он один из лучших ресиверов[4], что ты когда-либо видела, похвалилась Лекси и потянулась, чтобы погладить юношу по щеке. Леви широко улыбнулся, каждой клеточкой тела излучая любовь, что он испытывал к ней.
Значит, пошел по стопам брата? поддразнила я, заметив, как Остин сел за столик рядом с Роумом. Молли и Лекси заняли места возле своих мужей.
Взяв Леви под руку, я проговорила:
Ну, похоже, на сегодня ты мой кавалер, Лев. Садись со мной.
Бок о бок с Леви мы направились к столу, чтобы занять свои места.
Ты учишься, Лев? Ты приехал сюда, в Сиэтл, навестить Остина и Лекс?
Нет, я все еще живу с ними. Сейчас я учусь в Вашингтонском университете. Перевелся сюда из Лос-Анджелеса, из Калифорнийского университета.
Я в замешательстве взглянула на него.
Ты не остался в Лос-Анджелесе?
Остин поерзал на стуле, глядя на младшего брата. Леви опустил голову.
Мне хотелось быть поближе к брату и Лекси. Вот и все. Команда «Хаски» не так уж плоха, и в этом году дела у нас идут прекрасно. На его красивом лице мелькнула уязвимость, и у меня сжалось сердце.
Ты ведь лучший игрок на этом поле, правда, братишка? проговорил Остин, нарушая молчание. Леви поднял голову и покраснел, заметив гордость, написанную на лице брата.
Роум заказал напитки у официанта, стоявшего чуть в стороне от нас, и Остин проговорил, привлекая внимание Леви:
Эл, Моллс и Роум сказали, что ты курируешь в университете какую-то охрененную выставку?
Я рассмеялась над его словами.
Да, я курирую какую-то охрененную выставку.
А что? Она ведь охрененная, верно? настаивал Остин, и Лекси рядом с ним лишь раздраженно покачала головой.
Не обращай внимания. У него в мыслях один сплошной футбол. Он вовсе не поклонник искусства, поддразнила она Остина, заработав в ответ хмурый взгляд. Лекси хлопнула в ладоши и снова взглянула на меня. Расскажи нам о ней, Эл.
Да уж, поведайте нам о выставке, мисс Элиана Лусия, сухо произнес Роум. Для работы я пользовалась девичьей фамилией мамы, и Роум всегда подшучивал надо мной по этому поводу. А я просто не хотела, чтобы меня повсюду преследовало клеймо «Принс Ойл». Я желала сама добиться успеха, никак не связанного с фамилией.
Я взволнованно уставилась на друзей.
Что я могу сказать? Это моя сбывшаяся мечта. Дебютная выставка мастера, и меня выбрали ее курировать. Я все еще не могу в это поверить!
А что он рисует? спросила Молли.
Ничего. Он скульптор. Я глубоко вздохнула. Самый вдохновляющий, мужественный, темный, измученный, талантливый скульптор из всех, кого я когда-либо встречала Я взглянула на темнеющий залив, затерявшись в образах его скульптур, мелькающих перед мысленным взором. Каждая казалась более поэтичной и трагичной, чем предыдущая. Покачав головой, я наткнулась на удивленные взгляды друзей и резко убрала волосы с лица. Его работы, это словно моя душа. Лишь так я могу их описать. В них жизнь и смерть, любовь и трагедия, и все, что находится между любые человеческие состояния Все. Его творения находят отклик в моем сердце.
Элли позвала меня Молли, глаза ее блестели от непролитых слез.
Я ощутила влагу на щеках и поняла, что плачу. Быстро вытерев слезы, я глубоко вздохнула и нервно рассмеялась.
Мне в самом деле нравятся его работы.
Я заметил, нежно проговорил Роум.
Я так рада за тебя, взволнованно произнесла Лекси и наклонилась вперед. Какой он из себя? Красивый?
Остин недоверчиво взглянул на Лекси, но она этого даже не заметила или просто не обратила внимания.
Я пожала плечами.
В этом-то все дело. Я никогда его не видела. Да и никто не видел. Он настоящий затворник. Меня нанял другой скульптор, его наставник, который и затеял все это. Он покровитель университетского музея искусств и сам живет в Сиэтле. Вообще-то, стоило бы провести выставку в музее побольше, но они решили ограничиться маленьким.
Вин Галанти? подсказала Молли.
Да, ты с ним встречалась?
Раз или два. На лице ее расплылась улыбка. Это вполне в его духе. Когда в музее проходила временная смешанная выставка по искусству и философии, он раздобыл для нее несколько подлинных текстов Платона. Я помогала с историей и переводами с латыни для информационных табличек. Я его просто обожаю.
А как его зовут? спросила Лекси, когда официант принес заказанные напитки.
Как зовут? переспросила я, когда передо мной поставили бокал шампанского.
Скульптора, мистера Владельца Твоей Души! уточнила она и закусила губу, силясь сдержать подступающую улыбку.
О, точно, прости. М-м-м Эльпидио. Его зовут Эльпидио, ответила я.
Рядом со мной фыркнул Остин.
Давненько не слышал этого имени.
Ты о нем знаешь? спросила я.
Так звали нашего деда, пояснил Остин. Маминого отца. Теперь оно довольно редко встречается
Значит, имя итальянское? поинтересовалась я, взволнованная тем, что удалось узнать чуть больше о скульпторе-затворнике.
Остин, грызущий хлебную палочку, лишь кивнул и не стал вдаваться в подробности.
Итак, Эл, проговорил Роум и, подавшись вперед, взял бокал с шампанским и поднял его в воздух. Признаюсь, я рад, что ты здесь с нами, в Сиэтле, и желаю удачи в новой работе.
Все подняли бокалы и пригубили шампанское.
Я тоже рада оказаться здесь!
Глава 4. Эльпидио
Сиэтл, Вашингтон
Вин остановил машину перед домом. Я дал ему этот адрес. Он был написан на клочке бумаги, который я во время всего полета сжимал в ладони, и теперь чернила смазались, а листок смялся.
Руки дрожали, я смотрел прямо перед собой, слишком боясь повернуть голову направо и взглянуть на находившийся там дом.
Вокруг было тихо; стараясь успокоить нервы, я пытался глубоко дышать. Я чувствовал, что Вин наблюдал за мной.
Ты в порядке, Эльпи? нарушив молчание, спросил он.
Я открыл рот, чтобы ответить, но не смог произнести ни слова. Поэтому лишь кивнул и, глубоко вздохнув, потянулся дрожащей рукой к дверце машины. Распахнул ее и, не глядя на Вина, проговорил:
Спасибо, что забрал меня.
Без проблем, Эльпи, ответил он. Встретимся завтра в студии, ладно? Покажу место, что я для тебя приготовил. Там ты сможешь продолжить работу.
Хорошо, резко проговорил я и выскочил из машины, хлопнув дверцей.
Перекинув сумку через плечо, я заставил себя поднять голову и увидел перед собой огромный кирпичный особняк.
Сердце бешено колотилось в груди; подъездная дорожка чертовски напоминала «зеленую милю»[5]. Я сделал шаг вперед, и стоило подумать о том, что ждало меня по ту сторону черной входной двери, как руки задрожали сильнее.
Я заставил себя двигаться вперед, под подошвами ботинок захрустел гравий. Внутри все сжалось, и по лицу, обрамленному тяжелыми длинными волосами, заструился пот.