Всего за 299 руб. Купить полную версию
Хотя нет, не каждые выходные, он с улыбкой взглянул на меня, когда мы ползли в его желтой машине по берегу фьорда.
Это не совсем мое, сказал я, так что я, наверное, воздержусь.
Он кивнул.
Я так и подумал, сказал он, но что привело сюда тебя, горожанина в костюме и галстуке?
Я буду писать, сказал я.
Писать? переспросил он. И что же ты собрался писать? Бланки заполнять? Заявления? Напоминалки? Письма? Лимерики для «Девяти часов»[17]? Отзывы читателей?
Я над сборником рассказов работаю, сказал я.
Рассказов! удивился он. Это же Формула-1 для литератора!
Это так называется? спросил я.
Нет, он засмеялся. Вообще-то нет. По-моему, так называют стихи. Это кто-то из Спонтанных поэтов[18] так сказал.
Я этого не знал, но промолчал.
Но тогда почему б тебе не сходить со мной в поход? Хотя бы пару раз, на выходных. Тут потрясающий заповедник недалеко до него всего-то час ехать.
Вряд ли. Если я хочу, чтоб что-нибудь получилось, надо работать.
Но природа! Чудесное Божье творенье! Все эти цвета! И растения! Об этом и напишешь!
Я разразился издевательским смехом.
Я не верю в природу, сказал я, это клише.
О чем же ты тогда пишешь?
Я пожал плечами:
Я только начал недавно. Но если хочешь, могу дать почитать.
Давай!
Завтра принесу.
В деревню мы вернулись около восьми вечера. Светло было как днем. Небо над морем казалось таким огромным, что я его несколько минут разглядывал, перед тем как войти в дом. Оно было пустым, глазу не за что зацепиться, и тем не менее я подумал, что оно мягкое и доброе и желает живущим под ним людям добра. Может, это оттого, что горы выглядели такими жесткими и беспощадными?
Я перекусил, закурил и, налив чаю, засел проверять задания.
Меня звать Вивиан, и мне тринадцать лет. Я живу в деревне, которая называетца Хофьорд. Мне тут нравитца. У меня есть сестра, которую зовут Лив. Папа у нас рыбак, а мама хозяйничает по дому. Мою лутшую подружку звать Андреа. Мы все делаем вместе. В школе скушно. Иногда мы работаем в рыбоприемнике. Там мы вырезаем у трески языки. Я накоплю денег и куплю магнитофон.
Так значит, Лив и Вивиан сестры!
Это почему-то меня обрадовало. И еще меня трогала ее беспомощность. Или, возможно, это была искренность?
Исправлять я не стал, чтобы не разочаровывать ее, и вместо этого написал красной ручкой коротенький комментарий внизу:
Замечательно, Вивиан! На будущее помни, что глаголы заканчиваются на «тся», а не на «тца»»
Я взялся за следующую тетрадку.
Меня зовут Андреа. Мне тринадцать лет, и я живу на острове в северной норвегии. У меня есть брат, которому десять лет, и сестра, которой пять лет. Папа выходит ловить рыбу, а мама сидит дома с Камиллой. Я люблю слушать музыку и смотреть кино. Мой любимый фильм «Чемпион». Еще я гуляю по деревне с подружками Вивиан, Хильдегюнн и Ливе. Тут скучновато, но когда мы станем старше и будем ходить на вечеринки, сделается веселей!
Прежде мне Андреа и Вивиан казались одинаковыми, как близняшки, и те два раза, что я их видел, я с трудом отличал девочек друг от друга, но из их ответов я понял, что они довольно разные. Или, возможно, это впечатление сложилось у меня оттого, что одна из них написала более искренне, чем другая?
Я написал комментарий в тетради Андреа, прочел еще три сочинения, представлявшие собой нечто среднее между первым и вторым, откомментировал их, убрал тетради в сумку и, поставив «My Bag» Ллойда Коула, уставился в окно. От музыки волосы у меня под мышками зашевелились, а тело пришло в движение сперва я лишь взмахивал рукой или притопывал, но потом выключил свет, чтобы меня не было видно с улицы, и пустился танцевать, закрыв глаза и громко подпевая от радости.
В ту ночь я кончил во сне. Меня окатило волной наслаждения и понесло к пробуждению, туда, куда мне ни за что на свете не хотелось и куда меня так и не донесло, потому что не успел я вернуться к осознанию и сообразить, кто я такой и отчего мне так сладостно, как снова погрузился в тяжелую темноту, где и пребывал, пока не прозвонил будильник и я не открыл глаза и не увидел, что комната залита светом, а мои трусы спермой.
Сперва мне стало стыдно. Бог его знает, что мне там приснилось. Потом, когда я вспомнил, где я и чем тут занимаюсь, ощущение тяжести в животе вернулось. Я встал и направился в ванную, говоря себе, что бояться нечего, класс у меня маленький, ученики еще дети, однако легче не становилось, чувство было такое, будто мне выходить на сцену, а все реплики я забыл. Я попытался вернуть то удивительное настроение, в котором пребывал накануне вечером, проверяя тетради и с наслаждением примеряя на себя роль учителя, представляя себе их всех, придумывая, как им помочь, но все это испарилось, и теперь я, мокрый, стоял посреди ванной, перед запотевшим зеркалом, потому что никакой я не учитель и даже не взрослый, а лишь смешной подросток, который ни в чем не разбирается.
Сука! завопил я. Протерев полотенцем зеркало, я вгляделся в собственное отражение, пока зеркало спустя несколько секунд опять не запотело.
Выглядел я просто охрененно.
Перед отъездом сюда я остриг длинные волосы, оставив везде сантиметра по три с филировкой на висках и затылке. В левом ухе болталась сережка с крестом.
Я улыбнулся.
Зубы были белые и ровные. В глазах появился блеск, на который было приятно посмотреть, чем я и занимался, пока до меня не дошла невероятная пошлость ситуации надо же, я улыбаюсь и подмигиваю собственному изображению, и в животе у меня снова потяжелело.
Ну что за херня.
Я надел футболку с принтом «Dream of the Blue Turtles», черные джинсы, белые носки без пятки и ненадолго завис перед зеркалом, выбирая между тонкой курткой защитного цвета и синей джинсовой, надел первую, примерил берет, но он не подошел, и через две минуты я с непокрытой головой и с набитым тетрадями и всякими школьными принадлежностями белым пакетом с рекламой кофе уже поднимался к школе.
В третьем классе, на всех уроках объединенном с четвертым, было двенадцать человек пять девочек и семеро мальчиков. Но казалось, что их больше: все ходили туда-сюда, скакали, кричали и никак не желали сесть за парты. Но и когда все наконец расселись, ноги их по-прежнему двигались туда-сюда, руки двигались туда-сюда, а мысли скакали, как взволнованные собаки.
Познакомиться с ними я еще не успел они лишь слышали обо мне и издалека меня видели, поэтому, когда я появился на их территории, все уставились на меня во все глаза.
Я улыбнулся и положил на стол пакет.
Что у вас там? спросил один из них. Чего у вас в пакете?
Я посмотрел на него. Белая, какая-то щенячья кожа, карие глаза, коротко стриженные волосы.
Как тебя зовут? поинтересовался я.
Рейдар, ответил он.
А меня Карл Уве, сказал я. И еще один момент, который вам полезно будет усвоить с самого начала, прежде чем сказать что-то, поднимайте руку.
Рейдар поднял руку.
Какой сообразительный.
Да?
Так чего у вас у тебя в пакете, Карл Уве?
Это секрет, сказал я, узнаете попозже. Сперва давайте знакомиться.
Светловолосый мальчик, сидящий за Рейдаром, малыш с голубыми и, как бывает в этом возрасте, суровыми глазами, поднял руку.
Как тебя зовут? спросил я.
Стиг, ответил он. А вы строгий или как?
Строгий? Нет! сказал я.
Мама говорит, ты для учителя слишком молодой! выпалил он и огляделся.
Все остальные рассмеялись.
Я все равно старше вас! парировал я. Поэтому, думаю, все у нас получится.
А почему у тебя крест в ухе? спросил Рейдар. Ты верующий?
А как насчет руку поднять?
Упс. Он засмеялся и поднял руку.
Нет, я не верующий, сказал я, я атеист.
А это чего? не понял Рейдал.
Рука? Она где?
Ой!
Атеист это человек, который не верит в Бога, сказал я. Ну а сейчас скажите, как вас зовут. Начнем с этого края.
Они один за другим принялись называть имена.
Вибеке