Всего за 40 руб. Купить полную версию
– А что там за штраф, командир, сколько нужно? На месте можно оплатить?
– Можно на месте. Штраф составляет 300 рублей после недавнего принятия нового закона о ПДД.
– Что так много?
– Штрафы выросли. Вот, смотри.
Инспектор достает мне тонкую синего цвета брошюрку по правилам дорожного движения, находит соответствующий моему нарушению пункт, где действительно говорится о том, что штраф за него предусмотрен в размере 300 рублей. Я читаю и не верю своим глазам. Надо же мне было попасться. Вот тебе и все, что называется, приехали. Это я весь вечер гонял «королей», чтобы потом всё, что заработал непосильным трудом, отдать жадным до халявы инспекторам, да ещё и остаться должным. Ведь я точно не набрал с клиентов за весь вечер 300 рублей. А дома меня ждёт голодная семья.
– А если на месте оплатить, то пополам, так? – интересуюсь у патрульного.
Я знаю, что если составят протокол, то изымут и права. Дадут временную справку вместо прав, по которой можно какое-то время будет ездить на своем автомобиле. Но права все равно надо будет забирать, а значит ехать в ГАИ и заплатить штраф в два раза больше, чем оплатить сейчас.
– Хорошо, давай так.
Иду в машину, считаю, что я за вечер заработал. Насчитал 140 рублей. Не густо. Я думал, что будет больше. Возвращаюсь назад и отдаю все купюры до одной. Все по 1,3,5 и 10 рублей. Их много. Получилась целая пачка мятых купюр.
– На, считай, – протягиваю деньги.
– Ты что, под церковью целый вечер стоял и их там собирал? – лыбится гаишник. Он или смеется, или шутит, я не знаю. Мне не до шуток. Мне хочется сквозь землю провалиться от отчаяния. Причем не самому, а вместе с наглыми инспекторами. Отомстить им за то, что они меня сейчас «раздевают».
– Можно сказать и так, – отвечаю нехотя.
– Держи, и не нарушай.
Инспектор протягивает мне мои документы. Патрульная машина разворачивается и уезжает. А я в свою очередь еду домой. Настроения нет. Работать больше не могу и не хочу. Я полностью выпотрошен и опустошен. Мне надо восстановить силы после такого стресса. Хорошо бы дома выпить водки граммов двести, только вот где её теперь взять? У нас нет ни капли спиртного.
Дома меня встречают у двери жена и маленькая дочь. Она почему-то еще не спит.
Смотрят любопытными и голодными глазами, что я им принес. А я впервые за все время пришел домой с пустыми руками после своей вечерней работы. Обычно, когда я шел таксовать, я всегда что-то зарабатывал. А на этот раз у меня просто все отняли более крутые и наглые охотники-разбойники, чем я, и с этим ничего не поделать.
– Ну что, как поработал, много натаксовал? – интересуется жена.
А я прячу от нее глаза. Мне почему-то становится стыдно и неудобно.
– Было много. Да все инспекторы отобрали. Видно, им больше нужно, чем нам. Они всегда голодные…
Жена несколько секунд молчит.
– Не переживай. Я вот борщ сварила. Из того, что нашла. Иди, садись, поешь. А им пусть это вылезет боком, – наконец, заключает она.
– Чтоб они перевернулись на своем патрульном драндулете, – добавляю я, все ещё злясь и обижаясь, то ли на себя, то ли на обобравших меня инспекторов. – И отыгралось это на них горькими слезами.
А потом я ем пустой без навара борщ, а сам думаю, какая у меня хорошая и понимающая жена, и что мне очень повезло, что я нахожусь с ней рядом. А деньги, ну а что деньги? Это дело наживное. Я завтра опять вечером поеду таксовать… Главное, не встретить на своем пути «охотников» покруче. А ещё не нарушать правила дорожного движения, внимательно следить за дорогой и знаками, чтобы не было повода ко мне приставать и меня до нитки обирать.
Глава 2 Нападение
Говорят, что когда берёшь в долг крупную сумму денег, то твой долг через какое-то время обязательно станет больше. Ты возьмёшь еще, чтобы рассчитаться с первым, а значит долг вырастет опять. А ещё говорят, что беда не приходит одна, за ней следует другая. Так произошло и со мной.
Мой заводской цех сократил выпуск продукции, а потом и вовсе остановился, и я остался не у дел. Пришлось не просто подрабатывать время от времени таксистом-бомбилой, как я всё время это делал раньше по вечерам, а срочно переквалифицироваться на эту профессию. Сделать эту работу основной, которая будет приносить семье доход, и за счёт этого жить и кормить себя и детей.
Таким образом, я, как и многие граждане нашей страны после того, как лишился работы, занялся частным извозом. А что мне ещё оставалось делать? Жить за что-то ведь было надо.
Первое время у меня на моей новой работе всё было хорошо. Я был ей доволен.
А потом пришла беда.
В тот предпраздничный день «королей» (богатых клиентов) было много. На работе у людей проходили «корпоративы», и многие труженики после них возвращались домой поздно и «навеселе». К тому же многие люди специально по этому случаю оставили дома свои автомобили, чтобы после принятия спиртного на грудь вечером в честь праздника не садиться пьяными за руль.
«Мотаться» на своей старенькой Ладе и подвозить пассажиров мне в тот холодный вечер приходилось по заваленному снегом городу постоянно. Не успевал я доставить на место одних клиентов, как от диспетчера поступал новый заказ, и я его брал. «Не отказываться же от работы, пока прёт, завтра такого уже не будет», – думал я. – «Опять настанут „голодные“ дни».
К 22 часам вечера я успел неплохо заработать, да и «вымотаться» хорошо тоже, и даже подумывал, не поехать ли домой, чтобы отдохнуть, поужинать, лечь пораньше и выспаться, наконец. Всех денег ведь никогда не заработаешь. А дома меня ждали молодая жена и мой ребёнок, и я предвкушал, как мы все вместе сначала поужинаем, а потом вдвоём с женой приятно проведем романтический вечер при свечах и бокалах с шампанским, а затем завалимся в постель.
Но тут у меня на пути на заснеженной обочине чёрной укатанной машинами дороги появились очередные голосующие клиенты, кутающиеся от пронизывающего ветра в свою зимнюю тёплую одежду с поднятыми воротниками. А я неожиданно для самого себя вдруг остановился возле них, чтобы их подобрать, и сделал это скорее по привычке, машинально, особо над этим не задумываясь.
А посадил их к себе в машину ещё потому, что они назвали адрес их доставки, который был как раз по дороге ко мне домой. Я ещё подумал, отвезу их, последних на сегодняшний вечер, и уже тогда поставлю машину на стоянку и пойду со спокойной совестью отдыхать.
Чтобы не попасть впросак и не посадить к себе в машину опасных людей, я относился к пассажирам всегда очень осторожно. Подозрительных, голосующих на дороге, в частности, нескольких мужчин, обычно не брал, ощущая грозившую мне опасность интуитивно, пользовался помощью диспетчера.
Мне помогало в этом «шестое» чувство. Я словно видел таких людей насквозь. Может поэтому ночная работа для меня всегда оканчивалась хорошо, без особых приключений.
Но так было только до этого вечера. Подсознание на этот раз, очевидно, не сработало, когда я посадил к себе в машину трёх крепких молодых парней, голосовавших на обочине. Может из-за усталости, может по другой причине, кто знает?
Как только они оказались в салоне моей машины, у меня засосало где-то под ложечкой. От них исходила опасность и угроза, и я это сразу почувствовал.
К тому же весь их вид и манера поведения не внушали ничего хорошего. Их голоса были грубыми, с акцентом, и, не церемонясь, они начали повелевать.
Парни сразу дали мне понять, кто хозяин в машине. А потом велели притормозить у обочины и приставили к горлу блеснувший в руках одного из них нож, угрожали использовать его, если я хотя бы пошевелюсь.
– Ладно, ладно, буду смирным, – старался я их успокоить.
Парни обчистили мои карманы, отобрали деньги, документы, и пересадили меня в пассажирское кресло на переднем сидении.