Всего за 109 руб. Купить полную версию
Они с грибами…» «Ну, скорей,
Давай же их – я в нетерпеньи!»
«Себе оставлю я варенье,
А пирожки – возьмите все.
Без них идти и легче мне!»
Так Шапочка скормила волку
Все пирожки, но не без толку:
Ведь сытый волк был не опасен.
И для него стал день прекрасен,
Он подобрел и говорит:
«Спасибо, девочка! Я – сыт!
Тебя, пожалуй, провожу
Я до села и расскажу
Одну историю простую
Про то, как спас я не живую,
А душу мёртвую Ивана.
Но, может быть, не без изъяна
Мораль истории моей,
Но всё в ней – правда! Я своей
Не стал бы шкурой рисковать,
Что бы тебе вот так соврать!
Случилось это как-то в год,
Когда я молод был, и вот
Мне довелось загрызть коня,
Который прямо на меня
Сам напоролся. От такой
Удачи был я сам не свой!
Но – без обид! К чему страдать?!
И всем коням пора бы знать,
Что «в лес ходить–волков кормить»!
И эту истину «испить»
Пришлось коняге. У него
Хозяин был-то самого
Царя сынок, то бишь – царевич!
Стрелял он где-то рядом дичь,
И я ему, как добрый малый,
Сказал: «Царевич! Не пристало
Так убиваться о коне!
И если хочешь, то на мне
Ты можешь дальше прокатиться!»
Он мне в ответ: «Да, я решиться
Могу на всё: ведь надо мне
В какой не знаю стороне,
Найти Жар-птицу, что летала
К нам в сад и яблоки клевала».
«Тогда считай, везёт тебе.
Из нас двоих известно мне,
Где птицу Жар-перо искать.
И на твоём коне скакать
Тебе бы суток трое надо!
А я за час домчу до сада,
Где в клетке золотой сидит
И на весь мир одна глядит
Та птица, что царю Афрону
Усладой служит. По закону
Её добыть-то не удастся,
Поэтому тебе пробраться
Придётся ночью в этот сад
(Ведь ночью легче во сто крат).
Когда все сторожа заснут,
Возьмёшь Жар-птицу. Я же тут,
За изгородью буду ждать.
Но помни, что не смей забрать
Ту клетку, где сидит она-
Иначе ждёт тебя беда!»
Вдруг волк прервался ненадолго
И Шапка здесь спросила волка:
«Всё это очень интересно,
Но до сих пор мне неизвестно —
Что за царевич и зачем
Искал Жар-птицу он меж тем?»
«То был Иван – сын Берендея.
Ему и братьям двум скорее
Отец велел найти злодея,
Что разорял их сад. Быстрее
С задачей справился Иван,
Хотя и пойман был он сам,
Так как ослушался меня
И клетку взял, и тем себя
Он выдал. Царь Афрон серчал
Сначала, а потом сказал:
«Есть у царя Кусмана конь,
И с гривой – словно бы огонь —
Так ярко пышет – всем на диво.
Его зовут так: «златогривый».
Как приведёшь коня ты мне,
Отдам Жар-птицу я тебе!»
«Ну, делать нечего, опять
С Иваном едем мы искать
Того коня царя Кусмана.
Тут видно, снова без обмана
Никак уж нам не обойтись.
Нашли мы крепость. «Торопись!-
Сказал Ивану я, – и помни,
Когда найдёшь среди огромной
Конюшни лошадь, то возьми
Её, уздечку ж – не бери,
Не то тебе не сдобровать!»
Ну, что ты думаешь! Опять
Забыл он напрочь мой совет,
И поплатился. Дать ответ
Ему пришлось царю за то,
Что называют «воровство»!
Но царь Кусман был не простак.
Ивану отвечал он так:
«Тебя прощу я, если ты
К исходу утренней зари
Доставишь от царя Далмата
Мне дочь его. Её я сватал
Недавно: он мне отказал!
Но я ему пообещал,
Что станет мне женой Елена.
Её я вытащу из плена
Дворцовых нянек, ведь она
Девиц прекрасней всех одна.
Поэтому её зовут
Вокруг все люди – там и тут:
«Прекрасной девицей». Она,
Конечно, будет мне жена!
И если привезёшь девицу,
Тогда с конём смогу проститься!
Да, что с конём, уж ты тогда
Бери хоть всех коней сполна!»
На том они и порешили.
И мы с Иваном поспешили
Туда, где за большим забором
В саду гуляла под присмотром
Трёх нянек и семи солдат
(Уж так велел им царь Далмат)
Его прекраснейшая дочь.
«Теперь тебе смогу помочь
Я по-другому, – говорю
Ивану я, – ты в сад к царю
Уж не ходи – иди домой.
Боюсь я, что ты сам не свой
От красоты девицы станешь,
И перед ней двух слов не свяжешь.
Я сделаю всё сам, как надо.
Я спрячусь в недрах того сада,
Где ходит девица-краса.
И умыкну её я сам!»
Так всё и вышло: я Елену
Схватил и, перепрыгнув стену,
Которой сад был окружён,
Помчался, что есть сил. Нашёл
Ивана, и быстрей на мне
Они, как на лихом коне,
К Кусману поскакали вместе.
Но, притомившись, в добром месте,
Решили разом отдохнуть.
И я тогда часок вздремнуть
Подумал. Вижу сам не свой
Царевич ходит под сосной.
«Ты что, Ванюша, сам – не рад?
Али не жаждешь ты наград:
Тебя ждёт конь, да и Жар-птица!»
«К Кусману мне уж торопиться
Совсем не хочется, поверь!
Елена мне мила теперь!
И я ей, вроде, приглянулся.
Так вот – не рад я, что вернулся.
И нынче надо здесь признать,
Что не хочу её отдать!»
«Да, влип ты, брат! Ну, что же делать?
Придётся мне опять изведать
Всё чародейство на себе:
Я снова помогу тебе!»
При тех словах, я обернулся,
Вокруг себя перевернулся,
И стал похож, ну прям точь-в-точь,
Как у царя Далмата дочь.
Явившись во дворец Кусмана,
Иван и я путём обмана,
Забрали чудного коня.
«Ты, Ваня, здесь оставь меня.
Тебя я после догоню.
Когда уедешь ты, царю
Сюрприз я сделаю один.
Надеюсь, будет невредим
Он, как увидит, что невеста
Совсем уж из другого теста!
Кусман, конечно, удивится:
Куда же делась тут девица?
И вряд ли, здесь возьмёт он в толк —
Откуда появился волк!»
«Хотел бы видеть я в тот миг,
Как исказится его лик»,-
Сказал Иван, сев на коня.
Он прочь уехал, а меня
К царю Кусману отвели.
Там отсидев часочка три,
Решил Кусмана испугать,
И превратившись тут опять,
Я в образ волка возвернулся.
Кусман в тот миг чуть не рехнулся:
Когда я прочь-то убегал,
Он рот открыв – так и стоял.
Да что Кусман – пусть будет знать,
Как царских дочек воровать!»
Догнал Ивана я, смотрю
Опять он грустен, говорю:
«Ты, что печален и не весел —
Камзол, как будто, тебе тесен
Иль жмут в лодыжках сапоги?»
«Что ж не грустить? Ты посуди:
Как мне отдать коня Афрону?
Я лишь за гриву его трону —
Так свет вокруг идёт такой —
Как сто свечей зажглись..»«Постой,
Зачем же сразу отдавать!
Ведь и Афрон может узнать,
Как конь вдруг станет серым волком
Да, что нам говорить без толку!
Пусть конь с Еленой ждут в лесу.
Конём я стану, отнесу
Тебя к Афрону; ты ж меняй
Коня на птицу и «прощай»!
Как я сказал – так всё и вышло.
И далеко всем было слышно,
Как царь Афрон потом кричал,
Когда внезапно он узнал,
Что конь прекрасный «испарился»,
А волк в конюшне очутился.
Затем к Ивану я вернулся,
В свой облик снова обернулся,
И говорю Ивану я:
«Хотя с тобою мы друзья,
Но надо нам теперь расстаться.
Возможно, скоро повстречаться
Ещё придётся, а сейчас
Пришёл для расставанья час».
И я ушёл. Они вдвоём,
С Жар-птицей и лихим конём
Помчались дальше к Берендею.
Как не спешили, а быстрее
Они устали – отдохнуть
Им было нужно хоть чуть-чуть.
И вот, когда Иван заснул,
В лесу под елью прикорнул,
Откуда ни возьмись – два брата
Его явились. Но не рады
Они, увидев, что Иван
Их обошёл по всем статьям.
Решили Ваню извести:
И без зазренья совести
Они лишили его жизни.
Елену ж – запугали. Мысли,
Что это даром не пройдёт,
У них и не было. Так вот-
Они умчались на коне,
С Еленой, птицей, ну, а мне
Пришлось Ивана выручать,
И повстречать его опять.
Над ним уж вороны кружили,
Когда вернулся я, и были
На теле раны глубоки.
И тут я вспомнил: две реки
Когда-то я встречал на свете.
Да не простые реки эти,
А с мёртвой и живой водой.
И если будешь неживой,
То после этих вод очнёшься,
Как будто ото сна проснёшься.
Смотрю тут: ворон с воронёнком
Сидят над телом. Я тихонько
Подкрался, младшего схватил,
И говорю здесь: «Что б ты жил
Так долго, как отец – пусть ворон
Летит и принесёт мне скоро
Воды и мёртвой, и живой.
Тогда и встретится с тобой!»