Всего за 189 руб. Купить полную версию
Пива и дочку! заявил юноша. И то и другое побыстрее, пожалуйста!
Таверна замерла. Это была уже наглость. Даже не всем присутствующим в таверне было известно, что глава всех портовых воров по прозвищу Горсть Камней является не просто женщиной, но и дочерью владелицы «Кривого зуба», но те, кому это было известно, совершенно ошалели от подобных слов. Тем более что свидетелей разговора Грона с громилой на той узкой улочке здесь вроде как видно не было.
В зале таверны повисла напряженная и очень недобрая тишина. Несколько мгновений ничего не происходило, а затем из кухни послышался стук каблуков. Он приближался, становился громче, а затем из дымного марева вынырнула женщина средних лет, с довольно простым, но добрым и спокойным лицом, одетая в слегка поношенное, но чистое платье, изрядно застиранный, однако еще не потерявший форму передник и белый, вернее даже белесый, чепец, с подносом в руках. Дробно грохоча каблуками деревянных сабо, она торопливо подскочила к столу, шваркнула на него поднос и проворно бухнула перед Гроном и Шуршаном по паре кружек, увенчанных белой шапкой пены.
Чего еще изволите, ваша милость? по-служаночьи приторно улыбнувшись, поинтересовалась она.
Грон усмехнулся:
Больше ничего, Горсть. Присаживайся. Рад знакомству.
На лице мнимой служанки тут же возникла гримаса досады. Она зло зыркнула на Грона и, сдвинув на угол стола поднос, с совершенно уже другим выражением лица уселась за стол.
Пару мгновений они молча разглядывали друг друга, а затем Горсть Камней сердито буркнула:
Что надо, ваша милость?
На этот раз вполне привычное уху обращение в ее устах прозвучало почти издевательски. Грон нахмурился и едва заметно качнул головой:
Не хами мне, Горсть, те из твоих соратников, кто рискнул нахамить мне в Загулеме, потом очень пожалели об этом некоторые до сих пор жалеют, надо сказать.
В Загулеме? Горсть Камней недоверчиво уставилась на Грона, затем ее взгляд переместился на Шуршана, и она насмешливо осклабилась. А это, значит, тот самый знаменитый Шуршан? Игил! вдруг рявкнула она во все горло.
Да, Горсть! Перед столом мгновенно возник тот самый громила, с которым Грон днем разговаривал в переулке.
Так как, ты говоришь, этот белокурый мальчик звал своего телохранителя? Шебуршок?
Д-да вроде
Горсть Камней размахнулась и со всей силы отвесила своему подручному увесистую затрещину. Грон даже подивился, как женская рука смогла нанести такой удар. Мужика аж чуть отбросило в сторону.
Ты тупой, Игил. Причем намного тупее, чем я раньше думала, понятно? заявила Горсть громиле, ухватившемуся за ухо.
А Грон сгреб со стола кружку, сдул пену и, сделав большой глоток, добавил:
Ну а я тебе о чем днем говорил?
Таверна на мгновение замерла, не зная, как реагировать, но тут лицо Горсти расплылось в такой усмешке, что уже одно это породило легкие смешки за соседними столиками. А когда Горсть весело, звонко, будто добропорядочная мать многочисленного семейства, залилась тонким, высоким смехом, весь зал дружно грохнул.
Отсмеявшись, Горсть Камней подтянула к себе одну из двух лишних (ну или запасных) кружек пива, которые сама же и поставила на стол, и, сделав щедрый глоток, уперла в Грона тяжелый взгляд.
Итак, чем же это я так заинтересовала графа Загулема, что он напросился на встречу со мной?
Грон соразмерно отхлебнул в ответ и задумчиво спросил:
А ты уверена, что это именно то место, где стоит обсуждать такие вещи?
Горсть Камней повела взглядом по многолюдному залу, чуть сморщила лоб, а затем решительно поднялась:
Шакиф!
Да, Горсть! Перед столом на смену куда-то испарившемуся Игилу тут же нарисовался довольно щуплый, но чрезвычайно юркий мужичок, внешность которого, если бы это происходило на Земле, Грон бы отнес к явному кавказско-средиземноморскому типу.
Когда гости прикончат первую кружку, проводи их в мою светелку, чуть усмехнувшись, приказала Горсть Камней. И организуй, чтобы матушка доставила туда все, что я люблю. Ну и что гости закажут сами.
Отсмеявшись, Горсть Камней подтянула к себе одну из двух лишних (ну или запасных) кружек пива, которые сама же и поставила на стол, и, сделав щедрый глоток, уперла в Грона тяжелый взгляд.
Итак, чем же это я так заинтересовала графа Загулема, что он напросился на встречу со мной?
Грон соразмерно отхлебнул в ответ и задумчиво спросил:
А ты уверена, что это именно то место, где стоит обсуждать такие вещи?
Горсть Камней повела взглядом по многолюдному залу, чуть сморщила лоб, а затем решительно поднялась:
Шакиф!
Да, Горсть! Перед столом на смену куда-то испарившемуся Игилу тут же нарисовался довольно щуплый, но чрезвычайно юркий мужичок, внешность которого, если бы это происходило на Земле, Грон бы отнес к явному кавказско-средиземноморскому типу.
Когда гости прикончат первую кружку, проводи их в мою светелку, чуть усмехнувшись, приказала Горсть Камней. И организуй, чтобы матушка доставила туда все, что я люблю. Ну и что гости закажут сами.
Конечно, Горсть. Шакиф расплылся в улыбке столь широкой, что, если бы ему в этот момент поднесли бутерброд из разрезанного вдоль батона, он мог бы отправить его в рот целиком, не откусывая.