Вперед! Пошли!
Джонсон выкатился из-за колонны и вскочил на ноги. Легионеры зашумели на полную катушку: одни выкрикивали боевые кличи, другие вовсю матерились.
В их сторону полетела ракета и несколько арбалетных стрел. Всего в метре от Джонсона разорвался снаряд, капрал зашатался и споткнулся, но Деландри поддержала его.
Бегущий рядом Аббан упал на одно колено и выпустил три коротких гранатных очереди по кочевникам, скопившимся на стене. Он поднялся на ноги и собрался бежать дальше, но ракета попала ему прямо в лицо.
Деландри бросилась к упавшему легионеру, но резко остановилась и побежала вперед. Ракета оставила от головы Аббана кровавое месиво, помощь ему уже не требовалась. Элизе стало дурно.
Джонсон стрелял до тех пор, пока его магазин не опустел, затем снял рожок и заменил его новым, поместив обойму в боковую прорезь ФЕКа. Все эти действия он проделал невероятно быстро, прямо на ходу. Стрела арбалета отскочила от нагрудной бронированной пластины его скафандра, не причинив легионеру никакого вреда.
Капрал снова поскользнулся в липкой грязи, но на этот раз ему никто не помог. Удар при падении был таким сильным, что Джонсон потерял сознание. Его ФЕК отлетел в сторону, он словно выпал на дно разбушевавшегося моря битвы.
Поле боя покрылось убитыми и ранеными легионерами. Наконец роте Альфа удалось добраться до стены, где можно было укрыться.
Джонсон оперся на руки и встал на колени, рядом в грязи валялся его ФЕК. Даже маленький кривой нож в настоящий момент был более опасным оружием, чем забитое грязью ружье.
Джонсон тщательно прочистил ствол гранатомета, затем выпустил в противника залп десятимиллиметровых гранат. Серия взрывов окутала дымом место, где только что стоял ближайший станковый пулемет кочевников.
Но это был всего лишь дым. Джонсон заметил, как многоствольный монстр развернулся в его сторону и выплюнул сноп пламени.
Пули приближались к нему, как в замедленной съемке. Маленькие грязевые всплески напоминали жадную поступь голодного хищника.
Капрал попытался подняться, но вновь потерял равновесие и упал в густую грязь. Затем последовала вспышка, скрежет и обжигающая боль в ноге… Он увидел склоненное над ним лицо Элизы Деландри. Губы девушки шевелились, но он не слышал слов, наверно, его передатчик вышел из строя. – Оставь меня… оставь меня здесь, – простонал он, понимая, какую удобную цель они собой представляют. – Уходи, спасайся… Темнота поглотила его.
Карацолис зажмурился от яркой вспышки. Туземец с ракетным пистолетом исчез. Спиро собрался с духом и ринулся вперед. Через мгновение рядом появился Сандовал, успев перед этим расправиться с парой вражеских солдат.
Карацолис сцепился с крупным кочевником. Туземец замахнулся огромным кулаком и ударил легионера по руке. У Карацолиса потемнело в глазах, и он выронил нож.
Развитая мускулатура рук водяных была рассчитана на непрерывное плавание и карабканье по скалам. Туземцы были во много раз сильнее людей, а также значительно проворней. Карацолис вцепился в руку противника, стараясь разжать пальцы туземца. Внезапно пистолет оказался у грека в руке.
Спиро замахнулся н ударил водяного в голову, пытаясь попасть в то место, где располагались дыхательные отверстия… затем ударил еще раз… и еще. Кочевник отшатнулся, из разбитого лица хлынула темная кровь. Карацолис прицелился из странного пистолета и нажал на курок, но расстояние между ним и кочевником было слишком мало. Пуля вылетела из ствола и отскочила от тела пришельца прежде, чем успел сработать ракетный ускоритель. Ракета не успела набрать максимальную скорость.
Сандовал ринулся на помощь товарищу, в одной руке сжимая нож, а в другой – ФЕК.