– Аллея перекрыта! – крикнул он, снова стреляя по толпе. – Похоже, здесь собрался весь город!
Келли потребовалось некоторое время, чтобы осознать слова капитана. Туземцы были исполнены решимости разделаться с тремя инопланетянами – так повелевала им кровь.
– Туда! Вон они, Башар! – орал Карацолис, стараясь перекричать визг турбин «Ветра». Грек указывал рукой на узкую аллею по левому борту транспорта.
– Не волнуйся, я их вижу, Спиро, – невозмутимо ответил Башар. Он направил «Ветер» резко вниз, устремившись к трем одиноко стоявшим фигурам, и разразился отборным турецким матом. – Я не смогу приблизиться к ним, пока они сидят в этой норе. Даже «Ветер» не развернется на этой узкой улочке!
Карацолис наклонился вперед и набрал команду на панели управления. Подвешенный под брюхом «Ветра» громкоговоритель мгновенно ожил и загромыхал.
– Выйдите на открытое место! – сказал в микрофон грек. – Выходите на открытое место, чтобы мы смогли прикрыть вас!
– Держись крепче! – закричал Башар, и «Ветер» стал снижаться. Транспорт опасно раскачивался, дома ринулись на них с такой скоростью, что в какой-то миг Карацолис решил, что турок собрался покончить жизнь самоубийством. Он сосредоточил внимание на прицеле пушки и выстрелил по двум группам местных жителей, вплотную подобравшихся к трем землянам.
Шквал пуль с транквилизаторами обрушился на толпу водяных. Большинство свалились на землю немедленно, парализованные наркотиком, для некоторых требовалось несколько попаданий. Карацолис не выпускал из рук гашетку гауссового ружья, беспрерывно стреляя по толпе. «Ветер» развернулся на крутом вираже и направился в другой переулок. Спиро с трудом подавил тошноту, которую вызывали в нем головокружительные маневры Башара. Дома загородили обзор, лишив грека возможности стрелять, но туземцы разбегались уже от одного вида воздушного транспорта.
– Птицелов, Птицелов, здесь Кавалерия, – раздались из динамика позывные Леонида Нармонова, командира БМП.
– Кавалерия, здесь Птицелов, – ответил Карацолис. – Двигайте к центру города.
– Выхожу на позицию через шесть минут, – прозвучал голос Сандовала, водителя БМП. – Может, понадобится чуть больше времени, если толпа не рассеется. Как у вас дела? Сможете продержаться?
– А что, у нас есть выбор? – пробормотал Башар.
– Сделаем все от нас зависящее, Кавалерия, – ответил грек. – Но лучше вам поторопиться, если не хотите опоздать на вечеринку.
– И не думай об этом, Кавалерия. Конец связи.
«Ветер» завис над толпой, и Карацолис выпустил целое облако транквилизаторов в гущу беснующихся аборигенов. Он снова включил громкоговоритель.
– Говорит шкипер. Выходите из аллеи, чтобы мы могли прикрыть вас!
Он махнул рукой Фрейзеру, и три землянина стали прокладывать себе путь, продвигаясь к центру площади. Карацолис выстрелил снова и с беспокойством посмотрел на индикатор боеприпасов. «Ветер» имел не такой уж большой запас патронов, а расходовались они с неимоверной быстротой.
Капитан может не продержаться до прибытия БМП.
Трое попавших в ловушку землян бежали со всех ног. Фрейзер прокладывал путь, а Воскович поддерживала Келли, которую ранили в ногу. Наперерез им бросился туземец с самодельной дубиной, но капитан выстрелил прежде, чем тот успел замахнуться. Водяной повалился на спину, схватившись за обожженную руку. Над ними ревели турбины «Ветра». Воздушный аппарат парил на бреющем полете над аллеей.