- Не беспокойтесь насчет газеты, - сказал Мейсон, встретившись взглядом с Деллой Стрит. - В киоске внизу есть еще. Пожалуйста, выбросите из головы.
- Нет, нет, простите. Я… Дайте мне исполнить епитимью, пожалуйста, мистер Мейсон.
Она аккуратно разгладила газету, затем грациозно поднялась.
- Что в статье привело вас в такое раздражение? - поинтересовался Мейсон.
- Идиот! - воскликнула она. - Полный кретин! Они не должны были допустить, чтобы этот хвастливый, громогласный эгоист вел дело. Его даже близко нельзя было подпускать!
- Мортимера Дина Хоуланда?
- Мортимера Дина Хоуланда, - с презрением повторила она. - Посмотрите, что он наделал.
- Очевидно, заключил неплохую сделку, - заметил Мейсон. - Наверное, миссис Балфур, он подошел к обвинителю, пока присяжные совещались, высказал предположение, что, скорее всего, они не придут к единому мнению. Обвинителю не хотелось снова проводить слушания по этому делу. Таким образом, они достигли соглашения, что в случае, если присяжные не придут к единому мнению, дело передается на рассмотрение лично судье Кадвеллу, чтобы судья принял решение на основании уже представленных доказательств. Конечно, это, в общем и целом, эквивалентно заявлению подсудимого о признании своей вины. Но только таким образом, обвиняемому удается уберечь себя от клейма позора. Обвинитель, со своей стороны, согласился на приговор с отсрочкой исполнения и на закрытие дела. Конечно, при заключении подобных сделок иногда возникают проблемы, в случае, если судья вдруг решит показать зубы и объявит приговор, в результате которого подсудимого ждет тюрьма. Однако, судья Кадвелл известен тем, что принимает во внимание практические проблемы, с которыми сталкиваются юристы. Он всегда идет навстречу, если достигается подобная договоренность.
Миссис Балфур внимательно выслушала объяснения Мейсона. В ее огромных карих глазах отражалась сосредоточенность.
Когда адвокат закончил, она сказала ровным тоном:
- Есть вещи, о которых Тед Балфур не имеет ни малейшего понятия, следовательно, и от его адвоката нельзя ожидать, что он примет их во внимание. Но они жизненно важны.
- Что, например? - спросил Мейсон.
- Аддисон Балфур.
- И что с ним?
- Он самый богатый член семьи, но обычно имеет пристрастное, предвзятое мнение.
- Мне казалось, что богач в семье - это ваш муж, - признался Мейсон.
- Нет. Насколько я понимаю, Гатри прекрасно обеспечен. Я никогда не интересовалась его финансовым положением. При сложившейся ситуации, мои мотивы могли бы быть истолкованы неправильно.
Она нервно рассмеялась.
- Продолжайте, - попросил Мейсон.
- Аддисон Балфур умирает и знает это. Полтора года назад врачи предрекали, что ему осталось жить шесть месяцев. Аддисон в самом деле выдающаяся личность. Он богат, эксцентричен, упрям, полностью непредсказуем и решителен. В одном я уверена - если Аддисон когда-либо узнает, что Теда Балфура осудили за убийство человека, совершенное, когда Тед находился за рулем, то он немедленно лишит Теда наследства.
- Тед упоминается в его завещании?
- У меня есть основания так считать. Тед должен получить большую часть имущества, но Аддисон имеет предвзятое мнение о том, что он называет "легкомысленным отношением молодого поколения". Понимаете, Тед отслужил в армии. Он закончил колледж, а в настоящий момент отдыхает шесть месяцев перед тем, как окунуться с головой в семейное дело Балфуров. У Теда есть деньги, оставленные ему его отцом - без каких-либо условий, включаемых иногда в завещание. Аддисон это совсем не одобрил. Также в пользу Теда был учрежден траст, которым управляет доверенное лицо - там целое состояние. Тед купил мощную спортивную машину, развивающую на автостраде скорость до ста пятидесяти миль в час. Аддисона чуть удар не хватил, когда он услышал об этом. Понимаете, у моего мужа нет детей. У Аддисона тоже детей нет. Тед - единственный, кто может продолжить дело Балфуров, сохранить традиции Балфуров и продолжить род Балфуров. Поэтому, он является важным членом семьи.
- Но в ночь убийства Тед ехал не на своей спортивной машине? - спросил Мейсон.
- Нет, на одной из больших машин.
- Их несколько?
- Да.
- Одной марки?
- Нет. Мой муж - беспокойный человек. У него мятущаяся душа, он неугомонный физически. Большинство людей покупают машины одной марки. Если она их удовлетворяет, то они в дальнейшем будут покупать машины только этой марки. Гатри совсем не такой, даже, можно сказать, полная противоположность. Сегодня он приобретает "кадиллак", завтра "бьюик", а послезавтра "линкольн" и так далее. Мы женаты с ним только два года, но за это время я успела уже поездить на машинах, наверное, полдюжины различных марок.
- Ясно, - сказал Мейсон. - А что, конкретно, вы хотите от меня?
- Во-первых, от Хоуланда мы избавляемся. Вы случайно не в курсе, как так получилось, что Тед обратился к нему?
Мейсон покачал головой.
- Мы вместе с мужем отправились в Мексику в день того несчастного случая. Он произошел вечером того дня, когда мы уехали. Тед постарался, чтобы мы о нем ничего не узнали. Мы находились в дикой местности, изрезанной оврагами и сухими речными руслами с крутыми берегами. Мы вернулись в Тихуану за почтой и провиантом, потому что наши запасы подошли к концу. Нас ждало письмо от доверенного лица, управляющего траст-фондом, учрежденным в пользу Теда. Гатри позвонил вам сразу же, как прочитал письмо. Ему было просто необходимо вернуться в базовый лагерь, а оттуда он собирается в опасную, но страшно интересную экспедицию исследовать первобытную культуру.
- Вы ехали поездом?
- Да. Мой муж не любит самолеты. Он считает, что это автобусы с крыльями. Он предпочитает поезда с кондиционерами, обычно один занимает целое купе, вытягивается на полке, расслабляется и думает. Он признавался мне, что лучшие мысли приходят к нему в поездах, и он высыпается там, как нигде.
- Дело закончено, - сообщил Мейсон. - Теперь ни я, и ни кто другой ничего сделать не в состоянии.
- Мой муж так не думает. Несмотря на решение суда, ему хотелось бы, чтобы вы проверили показания, представленные свидетелями, проходившими по делу.
- А как это поможет?
- Вы потребуете отмены решения суда и назначения нового слушания дела.
- Это окажется очень сложным.
- Но разве вы не способны этого добиться, если докажете, что кто-то из главных свидетелей врал?
- Не исключено. А вы считаете, что кто-то из главных свидетелей врал?
- Мне хотелось бы, чтобы вы провели расследование и сообщили мне.
- Я не имею права ничего предпринимать, пока Теда представляет Хоуланд.
- С ним теперь покончено.
- А сам он об этом знает?
- Узнает.
- Я должен поставить вас в известность еще об одном факте, - сказал Мейсон.
- Каком?
- Я не стану обсуждать детали, но вчера меня нанимали для того, чтобы я весь день провел в зале суда и слушал представление доказательств по этому делу.
- Кто вас нанимал?
- Я не имею права открывать имя того человека. И я не представляю, кто тот человек.
- Боже мой, но зачем кому-то требовалось нанимать вас, чтобы вы просто сидели в зале суда и слушали, как идет процесс?
- Я сам не перестаю задавать себе этот вопрос, - признался Мейсон. - Но дело в том, что я находился в суде. Я не хочу, чтобы между нами оставалось какое-то недопонимание. У меня по этому делу уже был один клиент, который просил меня сходить в зал суда и послушать, как идет процесс.
- И вы сидели там и слушали?
- Да.
- Что вы думаете о деле?
- При ответе на этот вопрос мне тоже следует быть очень осторожным. Я пришел к выводу, что один из свидетелей, возможно, врал.
- Свидетель со стороны обвинения?
- Да. Защита не представляла своей версии.
- И это лишает вас права сделать то, что мы просим? - спросила миссис Балфур.
- Только если вы сами так считаете. Ситуация осложняется еще тем, что Хоуланд решит, что я специально присутствовал на слушании, чтобы украсть у него клиента.
- А вас волнует, что решит Хоуланд?
- В какой-то степени, да.
- Но это не очень важно.
- Не очень важно. Мне хотелось бы, чтобы вопрос был утрясен таким образом, чтобы Хоуланд понимал ситуацию.
- Оставьте Хоуланда мне, - заявила миссис Балфур. - Я с ним переговорю, а после того, как я ему сообщу кое-какие вещи, он поймет, что по этому поводу думаем мы с мужем.
- Кстати, скорее всего, его нанимал Тед, - заметил Мейсон. - Теду уже исполнился двадцать один год, а, следовательно, он может делать то, что захочет.
- С Тедом я тоже переговорю, - пообещала миссис Балфур.
- Пожалуйста, - попросил Мейсон. - Свяжитесь со мной после того, как ситуация прояснится. Я воздержусь браться за это дело, пока официальным адвокатом является Хоуланд.
Миссис Балфур достала чековую книжку.
- Я нанимаю вас прямо сейчас, - заявила она.
Женщина вынула авторучку и выписала чек на тысячу долларов, подписав его: "Дорла Балфур от имени Гатри Балфура". Миссис Балфур вручила чек Мейсону.
- Я чего-то не понимаю, - сказал Мейсон. - Слушание по делу закончилось, решение принято - и тут появляетесь вы с авансом.