Всего за 339 руб. Купить полную версию
Его весьма привлекательный водитель выглядела так, словно готова была провалиться сквозь землю, если бы ей пришлось остаться здесь еще на секунду, принимая поздравления.
– Готов. – Линк под предлогом усталости и ранения закинул здоровую руку ей на плечо. Она на секунду напряглась, а потом сместила свою и его сумки, чтобы легче было поддерживать его тяжелое тело.
Сделав первый шаг, он понял, что это не шутки. Он был слаб, как сраный котенок. Опустошенный, голодный и измученный. Стиснув зубы, он старался не показать, как глотает ртом воздух.
Он опустил руку ей на талию. Было больно. «Твою мать».
– Вы оба сегодня отлично поработали, – неохотно проговорила доктор Линг, когда они пробирались к выходу.
– Спасибо. Вы тоже, – бросила в ответ красивая докторша, служившая ему опорой.
Медленно продвигаясь в направлении приемного покоя, они остановились, чтобы пропустить медсестру, которая поспешно вела пожилую женщину.
– Ваш муж вот здесь, мадам, – сказала медсестра, отдергивая шторку одной из первых кабинок.
Слегка помятый Нельсон счастливо улыбался со своей кровати. Его голова была перевязана, как и левая рука. От него тянулось так много проводов, что можно было бы оживить чудовище Франкенштейна. Но он был жив и улыбался своей жене так, словно они были влюбленными подростками.
Линк почувствовал, что Дрими замедлила шаг.
– Я оставила тебя одного всего на час, и вот во что ты вляпался, – выпалила супруга Нельсона. Склонившись над ним, она смахнула прядь седых волос с его лица и очень нежно поцеловала в лоб.
– Я должен кое-что рассказать тебе, – сказал Нельсон. – Вот. Я купил их для тебя. – Он показал на цветы, которые медсестра заботливо поставила в уродливый пластиковый кувшин для льда. Они увяли, покоричневели, гипсофила была опалена так, что хрустела.
– О, Нельсон. – Расплакавшись, жена осторожно присела рядом с ним на кровать.
Подняв глаза, пациент заметил Линка.
– Спасибо вам, – беззвучно проговорил он.
Линк кивнул Нельсону, а потом прокашлялся. Дрими тоже. Оба стойких сотрудника службы оперативного реагирования старались не показывать своих чувств.
– Пойдем отсюда, Дрими, – тихо проговорил Линк.
Они вышли через парадные двери в тишину летнего вечера. Линка прошиб пот от того, что он изо всех сил старался не хромать и не стонать, он понимал, что ему крайне необходимо принять душ. Не такое первое впечатление ему хотелось произвести.
– Ты можешь сильнее опереться на меня, – сказала Дрими. – Я выдержу.
– Фу. Я в порядке. Это просто предлог для того, чтобы обнять тебя, – проговорил Линк сквозь стиснутые зубы.
– Ты заслужил повышение от Левши до Отчаянного, – решила Дрими.
Бросив взгляд через плечо, Линк убедился, что за ними больше никто не наблюдает.
– В таком случае. – Он навалился на нее всем своим весом. Все его чувства пришли в смятение от этого запаха лаванды.
– Я припарковалась довольно далеко, – сказала Дрими. – Подожди здесь, а я подгоню машину.
– Ни за что. Нужно двигаться, – возразил Линк. Если бы он остановился и сел, то заснул бы через несколько секунд. А храпя на скамейке автобусной остановки, невозможно очаровать красивую женщину.
Дрими вздохнула, и он понял, что она уступила.
– Как хочешь. Как ты думаешь, не познакомиться ли нам? – задумчиво проговорила она, когда они медленно, мучительно шагали мимо самой длинной в истории парковок череды машин.
– Нет. Что в этом хорошего? – сказал он.
– Верно замечено. Чтобы немного ободрить тебя, Отчаянный, в моей машине сиденья с кондиционером.
Это звучало многообещающе, поскольку новый ручей пота прокладывал себе путь по его спине. Линк надеялся, что электрику в ее машине не закоротит от потопа.
– Мы почти дошли, – сказала Дрими.
Он опирался на нее всем телом, и она едва дышала под его весом. Сжимая ее плечо, он чувствовал, как предательски напрягается ее хорошо развитая мускулатура.
Наконец они дошли до толстозадого черного внедорожника. Прислонив Линка к крылу машины, Дрими загрузила обе их сумки в багажник.
– Ты сможешь сам забраться на сиденье или тебе нужна помощь?
Линк хотел ответить как-нибудь игриво или подобрать подходящий эвфемизм, но у него ничего не вышло. Он обвинил в этом усталость и голод.
Дрими улыбнулась, и у Линка потеплело на душе.
– Расслабься, Отчаянный. Мы не занимаемся сексом. Тебе не нужно производить на меня впечатление. Тебе позволено выглядеть уставшим.
– Почему мы не занимаемся сексом? – спросил он, сваливаясь на пассажирское место безупречно чистой машины.
– Я здесь новенькая. Я могла бы оказаться черной вдовой с вереницей мертвых мужей за спиной.
Он окинул ее нарочито быстрым оценивающим взглядом, задержавшимся на безымянном пальце ее беззащитной левой руки.
– Я готов попытать счастье.
– Да, могу поспорить, что это так. И при других обстоятельствах, если бы мы встретились несколько месяцев тому назад, я была бы не против использовать твое впечатляющее тело в качестве велотренажера.
Линк почувствовал себя слегка неодушевленным предметом, но потом решил, что слегка не считается.
– Ладно, теперь я должен спросить, что привело к тому, что теперешняя Дрими так не похожа на прежнюю?
– Нет. Не должен, – весело ответила она. Мотор ожил. – Точно так же, как я не спрашиваю о «твоей девочке».
– Если мы не будем спать вместе, значит, мы станем друзьями. А друзья обо всем друг другу рассказывают, – сказал Линк, меняя тактику.
Дрими ухмыльнулась, глядя на него, и дала задний ход.
– Мне всегда хотелось быть подружкой.
Он засмеялся. Она была острой на язык. А Линк был достаточно умен для того, чтобы находить это очень привлекательным.
Веселье прервал его желудок, агрессивно напомнивший о том, что он пуст.
– Послушай, я знаю, что ты героически сопротивляешься моим чарам. Но как насчет того, чтобы поесть? Я не хочу настаивать, но я мог бы прямо сейчас съесть твою очень красивую руку.
– Конечно, сегодня мне не предлагали ничего более занятного, чем каннибализм, – сказала она, выезжая с парковки и направляясь в сторону шоссе, идущего параллельно больничной стоянке.
Несколько минут они ехали молча. Линк думал о Нельсоне и его жене. Еще бы минута, и от него самого, от Нельсона и всех остальных, кто помогал вытаскивать его из машины, остались бы только угли.
«Им всем необычайно повезло».
Они съехали с магистрали за две остановки до Биневеленса, и Линк поблагодарил свою счастливую звезду, когда Дрими въехала на асфальтированную парковку у закусочной.
Он позволил Дрими помочь себе, скорее по необходимости, чем из желания пофлиртовать. Они устроились в кабинке с поцарапанным столиком из нержавеющей стали и блестящей салфетницей.
– Не хочешь поговорить? – спросила Дрими, подзывая официантку. – Можем обменяться рассказами о войне, только представим себя в более героическом и привлекательном свете.
– Дрими, посмотри на нас. Невозможно выглядеть лучше.
– Фу. Послушай, Отчаянный, если ты настолько хорош, попытайся хотя бы прикинуться скромным. Никто не любит красивых кретинов.
Он усмехнулся, глядя на нее, и решил, что, возможно, встретил свою половинку.
Подошла официантка – без всяких выкрутасов, похоже, уже отработавшая целую смену – и изучающе посмотрела на них поверх очков для чтения в голубой оправе.
– Что будете, ребятишки?
Дрими заказала зеленый чай и белковый омлет с ломтиком свежего фрукта. Линк выбрал большую чашку кофе, три бутылки воды и мясной рулет, а вместо гарнира – сэндвич с индейкой.
Официантка и глазом не моргнула, но Дрими усмехнулась.
– Должно быть, ты сжег довольно много калорий, – предположила она.
Сделав заказ, они обменялись рассказами о дежурстве, вызовах, жертвах.
– Все из-за алкоголя. Водитель грузовика нажрался в хлам и не заметил знака, предупреждающего о строительных работах. Он просто врезался в остановившийся поток машин, – рассказал Линк.