Мейсон улыбнулся и потянулся за шляпой.
– Вам понадобилось достаточно много времени, чтобы прийти к этому заключению, – заметил он. – Поехали.
– Вам не кажется, что сейчас уже слишком поздно заниматься делами?
– Учиться никогда не поздно, – сказал адвокат. – И мы, по крайней мере, узнаем что-нибудь новое.
5
Вечер был ясным и прохладным. Мейсон ехал быстро – машин почти не было, за исключением автомобилей спешащих из театра домой зрителей.
– Быть может, было бы лучше приставить к дому Стонтона несколько детективов, чтобы он не мог перевезти рыбок? – предложила Салли Мэдисон. А завтра вплотную заняться им?
Мейсон покачал головой.
– Мы должны сами все выяснить, – сказал он. – Это дело наконец-то заинтересовало меня.
Они молчали, пока Мейсон не притормозил у несколько вычурного оштукатуренного дома с широкими окнами, под красной черепичной крышей.
– Вот нужный нам дом.
– Да, – подтвердила Салли. – Они еще не ложились. В боковом окне горит свет.
Мейсон подвел машину к поребрику и выключил зажигание. Потом они прошли по бетонной дорожке к трем ступеням, ведущим на крытое черепицей крыльцо.
– Что вы собираетесь им сказать? – спросила Салли чуть более высоким, чем обычно голосом.
– Не знаю. Все зависит от того, как будут развиваться события. Я привык планировать кампанию, только после оценки клиента.
Мейсон нажал кнопку звонка рядом с дверью и через несколько секунд на пороге появился высокий джентльмен лет пятидесяти.
– Мистер Джеймс Л.Стонтон? – поинтересовался Мейсон.
– Именно.
– Это – Салли Мэдисон из зоомагазина Роулинса, – сказал Мейсон. – Я Перри Мейсон, адвокат.
– Ах да! К сожалению, меня не было дома, когда вы приезжали, мисс Мэдисон. Должен признать, результаты применения вашего препарата превзошли все ожидания. Я полагаю, вы хотели бы получить оставшиеся деньги. Я все уже подготовил.
Стонтон с серьезным видом отсчитал пятьдесят долларов и как бы вскользь заметил:
– Вы дадите мне расписку, мисс Мэдисон?
– Думаю, дело приняло несколько другой оборот, мистер Стонтон, вступил в разговор Мейсон.
– Что вы имеете в виду?
– Я имею в виду то, что возникли вопросы, касающиеся настоящего владельца ваших рыбок. Не соизволите ли сказать, где вы их взяли?
Стонтон попытался чрезмерной напыщенностью скрыть испуг:
– Не соизволю. Это абсолютно не ваше дело.
– Полагаю, я должен сообщить вам, что эти рыбки были украдены.
– А они были украдены?
– Не знаю, – честно признался Мейсон. – Но определенные обстоятельства вызывают подозрения.
– Вы предъявляете мне обвинение?
– Совсем нет.
– Ваши слова прозвучали именно так. Я слышал о вас и считаю вас способным адвокатом, мистер Мейсон, но мне показалось, что вы могли бы более тщательно подбирать слова. Простите, но я способен сам разобраться в своих делах, и почему бы вам не заняться своими?
Мейсон усмехнулся и достал из кармана портсигар.
– Не желаете?
– Нет, – резко отказался Стонтон, сделав шаг назад и намереваясь захлопнуть дверь.
Мейсон протянул портсигар Салли Мэдисон и небрежно заметил:
– Мисс Мэдисон обратилась ко мне за советом. Я как раз собирался сказать ей, что если вы не представите удовлетворительных объяснений, она обязана сообщить обо всем в полицию. Возможно, возникнут затруднения, но если вы выбираете этот путь, я не стану возражать.
Мейсон зажег спичку и поднес ее сначала к сигарете Салли Мэдисон, потом – к своей.
– Теперь ваши слова прозвучали как угроза, – неуклюже попытался Стонтон повторить свои обвинения.
К этому времени Мейсон отчетливо представлял с кем имеет дело. Он выпустил струю дыма в лицо Стонтону и сказал:
– Вы верно все поняли.
Стонтон отпрянул, пораженный такой наглостью адвоката.
– Мне не нравятся ваши манеры, мистер Мейсон, я не желаю выслушивать оскорбления на пороге собственного дома.
– Понимаю вас. Но вы уже упустили последнюю возможность хоть как-то повлиять на ситуацию.
– Что вы имеете в виду?
– Если бы вам нечего было скрывать, вы еще пять минут назад послали бы меня к дьяволу и захлопнули дверь. Вам не хватило мужества. Вы одновременно испытывали любопытство и страх. Вам не терпелось выяснить, что мне известно, в то же время, возможные действия с моей стороны вселяли в вас страх. Вы так и застыли в нерешительности, раздумывая: не стоит ли вам захлопнуть дверь и связаться по телефону с человеком, поручившим вам заботу о рыбках.
– Мистер Мейсон, – сказал Стонтон, – как адвокату вам несомненно известно, что ваши слова можно классифицировать как клевету.
– Несомненно, – согласился Мейсон. – Как адвокату мне также известно, что лучшее средство защиты от клеветы – это правда. Принимайте решение, Стонтон, только побыстрее. Что вы предпочтете, поговорить со мной или с полицейскими?
Стонтон замер на мгновение, схватившись за дверную ручку, потом оболочка величественности, оказавшаяся столь неэффективной защитой от атаки адвоката, рассыпалась в прах.
– Входите, – сказал он.
Мейсон пропустил вперед Салли Мэдисон.
– Что случилось, дорогой? – послышался из гостиной женский голос.
– Деловая встреча, – ответил Стонтон, потом добавил: – Нужно обсудить условия страховки. Я буду в кабинете.
Стонтон распахнул дверь и пригласил гостей в комнату, обставленную как контора. Здесь были старомодное бюро-цилиндр, сейф, стол, несколько стальных шкафов для картотек и стол для секретаря. На одном из шкафов стоял продолговатый аквариум, заполненный водой. В нем лениво плавали две рыбки.
Мейсон подошел к аквариуму, как только Стонтон включил свет.
– Так это и есть вуалехвостые мавританские телескопы, которых иногда называют «рыбками смерти»?
Стонтон промолчал.
Мейсон с любопытством разглядывал рыбок, их развевающиеся как черные мантии плавники, глаза навыкате, черные, как и тела рыбок.
– Мне все ясно, – наконец сказал он. – Что касается меня, мне эти рыбки безразличны, но в них, несомненно, есть что-то зловещее.
– Прошу садиться, – предложил Стонтон с некоторым сомнением в голосе.
Мейсон подождал, пока сядет Салли Мэдисон, потом удобно развалился на стуле, вытянув ноги. Он улыбнулся Стонтону и сказал:
– Вы избавите себя от неприятностей и нервного напряжения, если начнете рассказ с самого начала.
– Быть может, вы скажете мне, что именно вас интересует?
Мейсон указал на телефон:
– Я свой вопрос задал. Все остальные вопросы вы услышите от полицейских.
– Полицейских я не боюсь. Вам не удалось провести меня, мистер Мейсон, и я докажу это.
– Прошу вас.
– Мне нечего скрывать, я не совершал никакого преступления. Я принял вас в столь небывало поздний час, потому что знаю о вас и, в определенной степени, уважаю как профессионала. Но оскорблять себя я не позволю.
– Кто передал вам рыбок?
– На этот вопрос я отвечать не собираюсь.
Мейсон вынул из рта сигарету, легким движением встал и подошел к телефону. Сняв трубку и набрав номер, он произнес:
– Соедините меня с Управлением полиции.
– Одну минутку, мистер Мейсон! – воскликнул Стонтон. – Вы слишком спешите! Вы пожалеете, если официально обвините меня.
Не оборачиваясь и не отпуская трубки, Мейсон бросил через плечо:
– Кто передал вам рыбок, Стонтон?
– Если вы так настаиваете, – раздраженно бросил Стонтон, – мне передал их Харрингтон Фолкнер!
– Я так и думал, – сказал Мейсон и положил трубку.
– Итак, – вызывающим тоном произнес Стонтон. – Рыбки принадлежат Харрингтону Фолкнеру. Он попросил меня позаботиться о них. Я страховал многие сделки компании по торговле недвижимости Фолкнера и Карсона и был рад оказать мистеру Фолкнеру услугу. Несомненно, такие действия не запрещены законом, и теперь вы, я надеюсь, понимаете, насколько опасны инсинуации, касающиеся кражи рыбок и моего преступного сговора с ворами.
Мейсон вернулся к стулу, сел, скрестил длинные ноги, и улыбнулся охваченному негодованием Стонтону.
– Как доставили вам рыбок? В аквариуме, который сейчас стоит на картотеке?
– Нет. Если мисс Мэдисон действительно работает в зоомагазине, то она сразу же узнает лечебный аквариум. Вытянутая форма выбрана для установки покрытых препаратом панелей.
– В каком аквариуме были доставлены рыбки в ваш дом?
Стонтон замялся, потом ответил:
– Мистер Мейсон, я не понимаю, зачем вам знать все это?
– Эти сведения могут иметь большое значение.
– Я так не думаю.
– Тогда выслушайте меня. Харрингтон Фолкнер доставил вам этих рыбок, он сделал это ради осуществления мошеннического замысла, частью которого явилось заявление о краже этих рыбок в полицию. Происходящее вряд ли понравится властям. Если вы как-то замешаны в этом деле, лучше снять с себя подозрения немедленно.