– Ну так вот, мистер Мейсон, я был уверен, что поступаю если и не разумно, то, по крайней мере, правильно, хотя и не покидали мысли, что, возможно, меня заманивают в ловушку. Но ничего ужасного, тем не менее, не произошло. Я заплатил за номер в коттедже, менеджер проводил нас и показал домик, я припарковал машину и пожелал мисс Вагнер доброй ночи. Я еще раз предложил ей заявить о краже в полицию, но она ответила, что с полицией не стоит связываться, и на то есть свои причины, о которых она не может мне рассказать, и что она не хочет, чтобы полиция, или кто другой, совал свой нос в это дело. Так что я дал ей десять долларов, пожелал еще раз спокойной ночи, и направился домой.
– Сколько было времени, когда вы вернулись домой?
– Где-то в районе часа или около того. На часы я не посмотрел.
– А ваша жена?
– Моя жена уже была в постели.
– Она проснулась, когда вы явились?
– О, да, она проснулась и задала мне несколько вопросов о том, как прошла вечеринка.
– Вы рассказали ей о мисс Вагнер?
– Не прошлой ночью, нет. Я рассказал ей все сегодня утром. Моя жена тетка, что надо. Она давно общается с коммерсантами и коммивояжерами и в курсе таких сборищ, встреч и всего прочего. Она женщина широких взглядов и может посмеяться над тем, как мы называем наши встречи, которые всегда начинаются обсуждением новых наименований товаров или каталогов, а заканчиваются старым добрым стриптизом. За завтраком она спросила меня, а чего это вдруг вечеринка закончилась чуть позднее обычного. Вот тогда-то я и рассказал ей о девушке, и она посочувствовала ей. Она сказала, что мне следовало привезти ее в наш дом, а потом настояла, что мне следует вернуться в мотель "Бьюти Рест" и на месте решить, чем можно ей помочь.
– И вы вернулись?
– Да. Жена поехала со мной. Когда мы оказались возле коттеджа номер пять, который я снял, в дверях торчали ключи. Я вошел внутрь. Несомненно, в постели кто-то спал, но больше никакого намека на присутствие девушки.
– Что дальше?
– Да вот, собственно говоря, и все, мистер Мейсон. Конец истории. Девушка просто-напросто проснулась рано утром, оставила ключи в двери и уехала. Жена боится, что я втянул себя в какие-нибудь неприятности. Конечно, двадцать долларов за комнату в мотеле я заплатил. Вполне возможно, что из-за этого я показался менеджеру, оформлявшему на меня номер, несколько подозрительным. Но тут уж ничего не попишешь. Я хотел побыстрее убраться домой, потому и заплатил двадцать баксов. Да я бы заплатил и двадцать пять, назови он такую сумму.
– Итак? – спросил Мейсон.
Кирби развел руками, жест был более чем красноречив.
– Именно так и было, мистер Мейсон. Это весь мой рассказ.
– Ну что же, очень занимательная история, – согласился Мейсон. – И весьма необычное приключение! Кстати, жена вам поверила?
– Ну конечно, поверила. А почему нет?
– Вы не почувствовали в ее словах оттенка скептицизма?
– Конечно, нет. Какого черта ей быть скептически настроенной?! Что в в моем рассказе такого, что звучит неправдоподобно? Все это правда.
– Но она настояла на вашей встречи с адвокатом...
– Только ради того, чтобы я находился под надежной защитой в случае если... ну, в случае если я вляпался во что-то вроде ложного обвинения или тайного сговора. После вчерашней ночи эта девица может через какое-то время явиться и доставить мне массу неприятностей из-за того, что я зарегистрировал ее, как свою жену. Нельзя сказать, что она подгадила бы моей семейной жизни. Моя жена мне всецело доверяет и знает, что я говорю правду.
Мейсон и Делла Стрит переглянулись.
– Когда вы увидели эту девушку, она несла красную канистру с бензином?
– Так и было.
– Одногаллоновую канистру?
– Да.
– В них наливают тем, у кого неожиданно кончился бензин?
– Да, именно так.
– Как она была одета?
– О, я не знаю, мистер Мейсон. Не думаю, что мужчины обращают много внимания на то, во что одеты женщины. Во что-то серое. Я наверняка запомнил серую юбку, коричневые туфли и чулки.
– Туфли с острым носом?
– Нет. Очень симпатичные туфли с тупым носом.
– На высоком каблуке?
– На высоком каблуке. Симпатичные туфли из крокодиловой кожи.
– Добравшись до мотеля, – продолжил Мейсон – вы, что совершенно естественно, сопроводили ее в коттедж вместе с канистрой?
– Нет, я поступил иначе. Я... это выглядело бы крайне абсурдно поместить девушку в мотель без сумочки или зубной щетки, или других необходимых вещей, но оставить ее наедине с канистрой бензина.
Кирби нервно рассмеялся.
– Значит, – заключил Мейсон, – галлоновая канистра с бензином по-прежнему в вашей машине.
– Да, так. Конечно. Я надеюсь, что так и есть.
– Где сейчас ваша машина?
– Внизу, на стоянке.
– Я спущусь вместе с вами, чтобы взглянуть на канистру. Возможно, это даст нам дополнительную информацию.
– Да, знаете, – протянул Кирби, приглаживая жидкие волосы обратно на затылок, – над этим следует подумать, мистер Мейсон. Я что-то не припомню, видел ли утром эту канистру с бензином в своей машине.
– Вы не видели?!
– Нет.
– Вы ставите машину дома? В гараж?
– Да, в свой гараж.
– Двойной гараж?
– Гараж на три машины.
– Вас возит шофер? Кто-нибудь еще пользуется вашей машиной?
– Нет... То есть, нерегулярно.
– В таком случае, кто предположительно мог вытащить канистру из машины?
– Мистер Мейсон, я не знаю. Я говорю вам правду. Я даже приблизительно не могу сказать, куда запропастилась канистра с бензином.
– Действительно, гораздо проще будет мне самому выяснить все о машине, зарегистрированной на имя Лоис Вагнер. Мы здесь все проверим и выйдем на торговца, продавшего автомобиль, и таким образом получим описание машины и...
– Одну минуту, мистер Мейсон, – перебил Кирби. – Вы что-то со всем этим слишком спешите!
– Вы пришли ко мне, как к адвокату, – напомнил Мейсон.
Кирби прочистил горло, провел пальцами под воротничком рубашки.
– Мне кажется, что вы пытаетесь вдребезги разбить мою историю, заметил он.
– Разбить?! – воскликнул Мейсон. – Но ведь в вашем рассказе одна лишь правда, разве не так?
– Конечно! – жестко произнес Кирби. – Просто вы заставляете все это звучать так, словно я стараюсь... обеспечить себе алиби в деле об убийстве, или что-то вроде того. Боже праведный, эти часы идут правильно?
– Да.
– В таком случае, я вас покидаю. Мои часы отстают на добрые полчаса. У меня назначена еще одна встреча, очень важная встреча, и я уже на нее опаздываю.
– Если бы ваши часы отставали, – заметил Мейсон, – вы бы явились ко мне на полчаса раньше.
– Ну, знаете ли... я хотел быть полностью уверен, что не опаздываю на встречу с вами. Так что, я очень вам признателен, мистер Мейсон. Я вам еще перезвоню. Ужасно сожалею, что приходится убегать. Но мы еще с вами обязательно встретимся!
В одно движение он сорвался со стула и выскочил в дверь.
Делла Стрит посмотрела на Перри Мейсона.
– Итак? – спросил ее адвокат.
– Он уже мчится покупать канистру для бензина на один галлон. Затем он ее покрасит красной краской и слегка обшарпает.
– На сей раз, Делла, – улыбнулся Мейсон, – он понял, что его история не прошла, расползается по швам.
– Я слышала его фамилию, причем совсем недавно... – Делла Стрит нахмурилась. – Что-то заставило мою память запечатлеть его имя. Я... О, Боже!
Мейсон с удивлением поднял брови. Глаза Деллы Стрит широко раскрылись.
– Шеф! – воскликнула она. – Все сходится.
– Успокойся, Делла, – сказал Мейсон. – Так в чем дело?
Возбужденное состояние подталкивало слова Деллы Стрит, которые наскакивали одно на другое.
– Шеф, когда я ехала сегодня утром... я слушала радио в машине. Новости и прогноз погоды, а потом последовали местные сообщения... В том числе о докторе Ф.Локридже Бэббе, живущем где-то на Санлэнд-драйв, на которого вчера было совершено нападение. Его ударили по голове. Обнаружили в бессознательном состоянии, лежащим на полу. Сейчас он находится в больнице, состояние критическое. Соседи слышали крики женщины, а так же звуки удара и видели молоденькую женщину, выбегавшую из дома. Насколько я запомнила, описание, данное свидетелями, практически идентично описанию девушки, которую подобрал мистер Кирби.
– Это описание не многого стоит, Делла, – сказал Мейсон. – Соседи могли охарактеризовать идентичным образом практически любую молоденькую девушку.
– Я понимаю, шеф. Просто я вспомнила, где слышала фамилию Кирби. Полиция считает, что напавший – человек, назначивший поздно вечером встречу с доктором Бэббом. Они считают, что молодая женщина была, возможно, просто наркоманкой, и после того как она проникла в дом доктора Бэбба, она ударила его тяжелым толстостенным стаканом, выгребла весь его запас наркотиков и убежала. Полиция изучила книгу регистрации визитов к доктору Бэббу, исходя из предположения, что доктор, без предварительной договоренности о встрече, никого не впустил бы в дом так поздно.
– Насколько поздно? – спросил Мейсон и его глаза заблестели от интереса.
– Около половины девятого вечера.
– Понятно. Продолжай. Что насчет книги регистрации визитов?
– В ней две фамилии. Вторую я забыла, но первую помню совершенно точно – Кирби. Возможно, я бы не вспомнила об этом, не повторись фамилия после утреннего сообщения еще и в полдень. Это как звоночек, который стучал у меня в голове весь день – я знаю кое-что интересное о нашем клиенте.