Всего за 480 руб. Купить полную версию
odin-fakt.ru/vysockii/ponyat_i_ne_shutit/
Один факт. Нам до всего есть дело.
Универсальная городская газета.
Одинцово и Одинцовский район.
Статья из газеты «Собеседник» №32, 1991.
Рубрика «Взлётная полоса».
ПОНЯТЬ И НЕ ШУТИТЬ
(отрывки)
Можно по-разному относиться к тому, что его называют «вторым Высоцким»: то ли считать это за честь, то ли за упрек в подражательстве? Так или иначе Сергей СЕМЯННИКОВ – личность неординарная. Когда два полярных издания «Литературная газета» и «Молодая гвардия» присуждают ему лауреатство – это уже говорит о многом. А если в аннотации к стихам пишут «уральский поэт» – это уже признание. Даже в сорок лет это уже немало.
– Я начал писать в «одиночке». В армии вступился за земляка, пустил в ход нож – «их было восемь»… Жутко, больно, с кем-то хотелось поговорить, взялся за карандаш. В камере был сквозной «волчок». В него я и орал свои стихи, надеясь быть услышанным соседями по гауптвахте. Так что первыми моими слушателями были люди из «спецконтингента». Впрочем, это были и не стихи вовсе – так, подражательство. Потом все это забросил. Но в лагере стал книги почитывать, тяга к литературе появилась…
– Мне кажется, что тюрьма – не самые лучшие университеты для молодого человека. Другое дело «политические»; как правило, они попадали в «зону» с большим культурным багажом, со сложившимся мировоззрением. И если человек не «ломался», он выходил на свободу окрепшим и закаленным физически и духовно. Но когда в уголовный мир попадает парень, успевший похулиганить и побеспризорничать, надежды мало…
– Все зависит от человека. Уж если дана ему Богом голова на плечах, он останется человеком в любой ситуации. При любых обстоятельствах. Мы в «зоне» работали в литейке по десять часов. Работа адская, условия скотские. После смены нас вели на помывку. Не мытье, а сплошное издевательство: на одну лейку – 50 человек. В первую очередь мылись блатные, те, кто, по сути дела, и не работал. Затем те, кто пошустрее. Остальные падали на шконки прямо в одежде. Через два-три дня у них постели блестели от грязи, как кирзовых сапог. Я же, честное слово, не мог лечь в постель, пока не вычищу грязь из-под последнего ногтя. Вот так… Иной раз трудно сохранить человеческое лицо, но и найти себя не менее сложно; когда лагерь выплюнул меня в жизнь, я долго искал занятие рукам и голове. Окончил курсы шоферов, плотничал, слесарил, окончил радиотехникум. Я думаю, что поэту нужно знать какое-то ремесло, и даже не одно. Через ремесло он познает жизнь. Не хвалюсь, но, мне кажется, я мог найти общий язык хоть с дворником, хоть с министром. Любое общение обогащает, если ты ставишь задачей понять человека. Когда голова думает, не остывает сердце.
– Сергей, кто был твоим учителем?
– Особо почитаю Николая Тряпкина. Как-то сидели мы с ним ночь, и все стало ясно: вот моя цель, вот мой порог… Нет в нем никакой фальши, чистый и светлый человек, как и поэзия его. Немудреные стихи, но стоит погрузиться – словно в тихую реку с глубоким омутом вошел. Еще могу назвать Есенина, Евтушенко, Рубцова, Кузнецова. Правда, на Евтушенко я долго обижался.
– ?
– Как-то по простоте душевной решил зайти в номер гостиницы, где он жил. Стучу: «Кто там?» Отвечаю: «Свои!» Открывает: «Что надо?» Я говорю: «У нас на Урале через порог не разговаривают!» Он дверью хлопнул – чуть нос не обрезал! Так меня еще никто не унижал. Ну, думаю, если я когда-нибудь перед кем-то дверь захлопну – застрелюсь. Кровную обиду затаил. А потом его понял. Однажды на ночь глядя зашли ко мне трое: мы, мол, проездом, хотим о твоих стихах поговорить. Я к таким визитам привык, но что-то неладное почуял. Так и случилось. Вот посмотри, шрамы: два удара ножом в легкое и один – выше сердца. Оказалось, опасное это дело – перед каждым душу распахивать.
– Прежде поэты гибли на дуэлях, но тогда, по крайней мере, шансы были равны. В наше время стали стрелять в журналистов: кинокамера против «калашникова» – здесь пули летят в одну сторону. Но и сами журналисты разделились на «наших» и «ненаших», и борьба эта, не дай Бог, может обернуться еще большей кровью. Ненависть – страшное оружие!
– Ты прав, сейчас особенно четко видно, кто какую позицию занимает, достаточно взглянуть, кто при каком журнале кормится. Примкнуть к определенному лагерю выгодно, как-никак коллектив, он поддержит, поможет взойти на вершину, вот какую – другой вопрос. Я придерживаюсь мнения: поэт должен быть вне политики, у него одна позиция – мировоззренческая. Сейчас особенно важно не дуть на пламя. Примирение – вот к чему надо стремиться. (Прости, я, наверное, чересчур декларативен?) Взять реку: у нее два берега – левый и правый, но под толщей воды есть русло, которое их соединяет. Так и поэт. У Сименона (я его книги, честно сказать, не люблю) есть девиз: «Понять и не судить!» Это и мое кредо.
А слово – действительно страшная штука. И хотя поэты не собирают тысячные залы, как это было во время «оттепели», их влияние по-прежнему огромно. Есть и у литераторов свои фанаты. Я это почувствовал на своей шкуре……
– Сергей, в «Заносчивых стихах» ты писал: «Я – поэт провинциальный. Я – поэт принципиальный! Не сменяю я Челябинск на какую-то Москву. Не зовите, не поеду…», но ведь ездил и в салонах пел, не так ли?
– Было. Ну, а кто не ездил? Что там ни говори, а в Москве сбивались наши «литературные сливки», вот и мне хотелось узнать, каков я на вкус. Двери в редакции центральных изданий мне открыл опять-таки Тряпкин. Как-то в «Литературке» попросили его принести что-нибудь «свеженькое». А он порекомендовал меня. Там меня встретили по-домашнему, без столичного снобизма. А потом раз – звание лауреата, причем в компании с кем-то из «великих» – от радости даже забыл, каюсь! В том же 1988 году напечатался в «Молодой гвардии», там меня основательно «подредактировали», хотел было ругательное письмо отправить, а тут премия! После того как получил звание лауреата, мне на родном Урале, признаюсь, дышать стало легче. Хотя все это суета…
Автор статьи – Сергей Смирнов.
Как говорят, С. Семянников ещё с 90-х годов входил в число поклонников хитов музыкального проекта «А. НЕМЕЦЪ». И песня «По острогам всё, как над пропастью», за основу текста которой было взято стихотворение «Время есть», уже в 1998 году находилась в студийной разработке музыкального проекта «А. НЕМЕЦЪ». Но в официальные альбомы вошла другая песня, сделанная на слова С. Семянникова – «Аванс» (альбом «Не грустите, лысые», 2001). Сейчас известно, так же, что к 2001 году была записана и песня «Притча о беде» (автор слов – С. Семянников, автор музыки – А. Немец), которая, предположительно, входила в качестве бонуса в экземпляры альбома «Не грустите, лысые», реализуемые только на компакт дисках в картонных коробках.
И известно, так же, что, в общем плане, все эти три песни В. Воронежским позиционировались в 2003 году, как незавершённые, черновые работы, которые, по разным причинам, тогда, ещё так и не были продолжены.
Кроме того, в альбом «История Тридевятого Государства» музыкального проекта «А. НЕМЕЦЪ» в 2011 году входил хит «Лицо Мадонны» автором которой ошибочно считался В. Шайбель. Но, как выяснилось позднее, эта песня была сделана А. Немцем на стихотворение С. Семянникова «Грустный романс», и вошла в репертуар МП «А. НЕМЕЦЪ» в 2003 году.
С.Л.Семянников умер, в возрасте 70-ти лет, 9 декабря 2020 года.
Помимо изданных книг, его стихотворения разной поры можно прочитать и на авторской странице сайта «Стихи.ру» – stihi.ru/avtor/sersem.
07 Дай махорочки, браток
Школьная история
Текст хита «Школьная история»
(т01-к11-хит07, «Неизданное-1», Урал, 2003)
(т01-к13-хит03, «История Тридевятого Государства», 2011)
(т01-к15-хит10, «Монтировщикам оперных театров», 2016)
ШКОЛЬНАЯ ИСТОРИЯ
I
Дай махорочки, браток,
Расскажу историю.
За злодейство был мне срок,