Всего за 249 руб. Купить полную версию
Глава 2. Вопрос уже решен
По маминому твердому взгляду Настя поняла, что вопрос уже решен и обсуждению не подлежит.
– Новый год на носу, – жалобно заныла она, пытаясь напомнить о приближающемся любимом празднике с чудесными подарками и длинными выходными.
– Дочка, это ненадолго, недели две-три всего, – отчего-то виновато сказала мама.
Настя насторожилась. Что это с ней?
Мама оставила свой обычный приказной командирский тон, и даже про ремень забыла.
Конечно, летом Настя собиралась в маленький городок Ярославской области, даже хвасталась одноклассникам, что скоро уедет из ветреного лета казахских степей в тепло маленького уютного зеленого городка. Обычно они жили там с бабушкой все лето.
Но зимой?! И почему не подождать одну неделю до Нового года, зачем такой скорый незапланированный отъезд?
Обиженная Настя ушла в свою комнату – собирать чемодан.
А что там собирать? Настя бросила во внутренность громадного кожаного чемодана пару своих зачитанных до дыр книжек, любимый пушистый свитер, школьную форму и пару комплектов нижнего белья.
А может быть, форму она зря положила? Она ведь уезжает ненадолго, всего на две-три недели. Совсем скоро вернется обратно.
– Мама, можно я к Оле сбегаю, попрощаться?
– Чего прощаться, наверняка виделись сегодня, вы же ненадолго расстаетесь, – попыталась возразить мама.
Но вдруг тем же виноватым тоном сказала:
– Ладно, беги, может, долго не увидитесь.
– Какой долго, каникулы две недели всего, – уже в дверях, выбегая из квартиры, крикнула Настя.
Подружка Оля радостно встретила Настю в дверях своего маленького домика.
Оля была полной противоположностью белокожей и светловолосой Насте – брюнеткой со смуглой кожей и с черными, как смоль, волосами. Она всегда носила одну и ту же прическу – аккуратную стрижку каре и ровно подстриженную челку.
В черных шоколадных глазах у Оли застыл немой вопрос.
Настя не знала, как объявить подруге новость, она нерешительно встала на пороге, не заходя вовнутрь.
– Оля, я должна уехать, – вымученная фраза прозвучала как-то жалобно.
– Куда? Зачем? Как уехать?! Почему ты не заходишь?
– Сама не знаю, почему, и зачем уезжать так неожиданно, – еще жалобнее проговорила Настя.
Она, наконец, вошла.
Оля жила в домике, состоявшем из двух крошечных комнаток и такой же крошечной кухни, вдвоем с бабушкой. Настя никогда ее не спрашивала, почему она живет с бабушкой, хотя мама с мужем и двумя Олиными сестрами живут в соседнем доме.
Наверное, потому, что кто-то должен присматривать за старенькой бабушкой.
У казахов принято жить большими семьями и растить восемь или даже больше детей.
Оля провела ее в кухоньку и налила чай в колоритную пиалу, украшенную разноцветными розочками. По казахскому обычаю они уселись на циновки возле низкого квадратного столика. Чай здесь пили только из пиал, чашек не признавали, а плов вообще ели руками.
Услышав неожиданное известие, подруга никак не могла поверить, что вскоре им предстоит расстаться. Обнявшись, они долго сидели на диване и просто молчали.
Ближе к ночи из соседней комнаты раздался шум.
Звала Олина бабушка, голосок у нее сейчас был совсем слабеньким и тоненьким.
– Бабушка, тебе плохо? – озабоченно спросила Оля, заглянув в комнатенку.
Бабушка часто и давно болела, у нее случались приступы, то ли инфаркта, то ли инсульта, Настя точно не знала.
Она тут же вызвалась:
– Оля, я сбегаю за твоей мамой, позову ее.
Оля кивнула в знак согласия.
Стремглав Настя выскочила на улицу, как была, без теплой одежды и в домашних тапочках.
Олина мама ничуть не удивилась, она поблагодарила Настю и по телефону вызвала «скорую помощь». Они вместе вышли, Олина мама накинула Насте на плечи свое пальто.
Войдя с мороза обратно в теплый дом, Настя внезапно почувствовала, как сильно першит в горле.
– Оля, я тогда пойду, – сказала она, – я маме обещала, что долго не буду. А вам тут не до меня сейчас.
– Да не волнуйся, с бабушкой моей все будет хорошо, не в первый раз, – успокоила ее Оля. – Давай сядем и обнимемся на дорожку.
Подруги обнялись, как в последний раз.
– Пиши мне, ладно? – попросила Оля. – Пообещай!
– Обещаю! – заверила ее Настя.
Вернулась домой она уже поздно ночью, но мама ее дожидалась.
– Я собрала твой чемодан, – сказала мама.
– Да я сама уже все собрала, что там собирать на пару недель? – недоуменно поинтересовалась Настя.
– Думаю, да, я добавила совсем немного вещей, – согласилась мама.
Настя не узнавала свою маму, которой быть бы не мамой, а дрессировщиком в цирке, учить слушаться злобных зубастых тигров. В ее руках любой тигр быстро стал бы котенком.
Такой спокойной и покладистой она маму никогда не видела. Мама как будто бы уже забыла о сегодняшней беготне по крыше, и даже не произнесла привычного нравоучения:
– Когда ты только повзрослеешь и будешь девочкой, а не сорванцом? Когда вы меня перед соседями позорить перестанете?
– Мама, у меня горло болит, – жалобно сказала Настя. – Может, отменим отъезд?
Мама взяла столовую ложку и обратным концом прижала Настин язык, заглядывая в горло.
Похоже, картина, которую она увидела, ей совсем не понравилась.
– Ну, и что прикажешь? – спросила она, – отложить отъезд? Это невозможно. Билеты уже куплены.
Внезапно в Настину голову стрельнула догадка – это все из-за этого военного, капитана.
Глава 3. Догадки
Совсем недавно в жизни Настиной мамы все изменилось – папа куда-то исчез, а вместо него появился новый мужчина – мамин ухажер.
Конечно, жизнь родителей нельзя было назвать безоблачной, скорее, ее можно было назвать непрекращающимся кошмаром и адом. Ссорились мама с папой постоянно, часто дело доходило до драки.
Папа работал мастером на заводе, и на работе его очень ценили. Но вот с мамой у них была совершенная несовместимость характеров. Они скандалили так, что стены дрожали во всем подъезде.
В конце концов, мама пошла на завод к начальству и папу отправили на принудительное лечение, а семья осталась без папиной зарплаты.
Мама всегда работала в торговле, и ее зарплаты продавца хватало только на оплату коммунальных услуг в трехкомнатной квартире. Девчонки постоянно ходили голодные.
Когда мама привела нового кавалера к девочкам знакомиться, он им совсем не понравился, они подумали, что он казах. Конечно, браки с казахами у русских случались, но все же это были два совершенно разных мира.
Да и какой брак – девочки любили своего папу, вылечится и вернется, здоровенький и веселый.
Кавалер показался им совсем молоденьким, моложе папы. Так и оказалось – ему не было и тридцати, а познакомился он с мамой, когда она устроилась работать в буфет военного гарнизона.
Там полно военных, почему она выбрала такого молодого и нерусского, оставалось для них с сестрой загадкой.
Капитан стал приходить к ним каждый день и готовить разные среднеазиатские вкусности – настоящий узбекский плов, манты, корейскую морковку, и даже рыбу со странным названием «хе». А его жареные пирожки с картошкой просто таяли во рту, никогда в своей жизни потом Настя не ела таких вкусных пирожков. Он готовил их не на подсолнечном масле, как мама, а на сливочном высшего качества.
Собственно, у мамы пирожки никогда и не получались, с плитой она не дружила, в отличие от кавалера.
Тогда они с сестрой Тамаркой начали называть его «Капитан Кук». По справедливости, надо было бы Кок, но Кук им понравился больше.
Капитан умел все – и рисовать, и шить, и на гитаре играть, ремонтировать любую вещь, чинить электронику. Наверное, не было ничего такого, что бы он не умел.
Они поняли, что маму он полюбил с первого взгляда и на всю жизнь.
Девчонки и представить не могли, живя среди вечных драк и скандалов родителей, что можно жить в мире и согласии и никогда не ссориться.